Жена №5

Луганцева Татьяна Игоревна

— Врач сказал, что у нас обоих скальп прирастет обратно к голове, если мы не будем его больше смещать. Нельзя мыться, причесывать волосы, шевелить бровями и стоять на голове, — ответил парень вполне серьезным тоном.

Яна снова схватилась руками за голову, а Максим прыснул со смеха.

— Яна, он шутит!

— Мою «зубную фею» зовут Яна? — спросил Рустем.

— Ах, мы еще и шутники! — всплеснула руками Яна, поднимаясь с кровати, чувствуя легкое головокружение. — Откуда же это мы взялись такие экстранеординарные?

— Блондинки

знают такие слова?

— То блондинки, а я — так просто поседела после таких полетов, — ответила Яна, с вызовом смотря в его дерзкие глаза.

— Прости, что напугал, — улыбнулся Рустем, причем сразу же поразил Яну самой красивой и располагающей улыбкой на свете, которая не была ни слащавой, ни наглой.

— Так это еще кто кого, — несколько смутилась она.

— Ладно, ребята, брейк! — попытался остановить их перепалку Максим, обращаясь к Яне. — Может, чего-то принести?

— Мартини со льдом, — ответила Яна, и он испарился, оставив их наедине.

Яна с Рустемом снова схлестнулись взглядами. Почему-то она всей кожей и всеми нервами и чувствами сразу поняла, что перед ней очень сильный противник. Сильный психологически. У парня были очень умные глаза, смелый взгляд, как она сразу отметила, и мощнейшая аура.

— Живу я здесь, — сразу пояснил Рустем, — в квартире номер пятнадцать.

— Что-то я не видела тебя среди спасенных пожарными людей, когда всех выводили из дома, — сказала Яна.

— А я и не выходил, — пожал плечами Рустем.

В глазах Яны возник немой вопрос, она даже вспомнила в окне мелькнувший силуэт.

— Я вообще не выхожу из дома, — ответил Рустем, — вот уже пять лет. Не спрашивай, почему, долгая история.

— А по крыше гуляешь?

— Не каждую ночь, но говорят, что часто, — улыбнулся Рустем, — и по этому и по многим другим поводам я посещал специалиста, то есть он посещал меня.

— Психотерапевт? Психиатр то есть? Ты серьезно?

— А как же! Не одна ты испугалась моего голого вида, пришлось проконсультироваться, — спокойно признался он.

— И что? — тут же заинтересовалась она.

— Таблетки, гипноз… и еще много разной фигни. Ничего не помогло, так что я продолжаю свои ночные путешествия, но ты первая и единственная, кто полез за мной вслед.

— Почему ты решил, что мне вздумалось спасать тебя? Может, я тоже ненормальная? Увидела голого мужика и рванула в бой! — с вызовом в голосе сказала Яна.

— А ты тоже шутница!

— Ага! Юморесса, юморица, юмортесса, — кивнула Яна.

— Почему-то я всегда думал, что со мной когда-то должно такое произойти.

— Что?

— Такая вот бредовая история. Но я зашел все-таки для того, чтобы сказать, что мне было бы не все равно, если бы из-за меня разбился человек. Извини.

— Ладно, проехали! — хлопнула его по плечу Яна, отчего парень отшатнулся, как укушенный.

— Чего

ты дергаешься? — удивилась она.

— Нервный я, — пояснил парень, покрываясь липким потом.

«И правда, какой-то странный…» — мелькнула мысль, но виду Яна не подала. Теперь-то она уже видела, что находится в квартире Изольды Игоревны, и ее даже уложили на кровать в спальне хозяйки, что успокаивало.

— Врач нас действительно осмотрел, — подал голос Рустем, хитро улыбаясь, — Макс за тебя сильно переживал.

— Какой врач? — не поняла Яна.

— Осмотрел, сделал тебе успокаивающий, вернее снотворный, укол и уехал, но обещал еще вернуться, словно Карлсон.

— Как долго я спала? — спросила Яна.

— Часов шесть, — предположил Рустем, распахивая шторы и впуская в комнату яркий дневной свет. — Уже день, а свой полет мы совершили глубокой ночью.

Яна присвистнула, смотря на его красивый силуэт на фоне света.

— То-то я чувствую, что мне хреново. Я всего лишь переспала.

— С кем?

— Это не смешно! Совсем в другом смысле! — фыркнула Яна.

Она развернулась к Рустему и заметила, что он переместился в более темную часть комнаты, словно боясь солнечного света. Она также отметила, что он очень, если не сказать мертвецки, бледен.

— Ну, господин загадка, и чего ради вы пять лет не выходите из дома?

— Только дома чувствую себя в безопасности, — ответил Рустем.

— Мистер «улитка»? — Яна подняла над собой руки, сложенные треугольником и крикнула: — Я в домике!

— Точно! — засмеялся он, совершенно не обидевшись, что тоже импонировало Яне. Больше всего она не любила людей без чувства юмора, с ними Яне общаться было архисложно.

— Ты что, действительно пять лет не выходишь из дома? — с некоторым испугом в голосе спросила Яна.

— Я же тебе сказал.

— А с кем ты живешь?

— Один.

— Один?!

— Ну, у меня есть домработница Софья Изосимовна, которая много делает для меня.

— Носит продукты? Убирает дом?

— Это сейчас не так важно, все можно заказать. Ну, конечно, убирает, моет, стирает, в конце концов, готовит для меня обалденной вкусноты ежевичный пирог. — Рустем присел на край кресла, напряженно и прямо держа спину.

— Вот и я! — вошел к ним Максим с подносом в руках. — Сообразил тут немного перекусить. Не подрались еще? Знаешь, Рус, раньше я думал, что ты — самый странный тип на свете, но эта мадам вполне может дать тебе фору. Она въехала сюда только вчера, а уже двое мужчин, в том числе и твой покорный слуга, чуть не лишились глаз, и еще вот ты — волос.

— Я не жалуюсь, — улыбнулся Рустем.

— Говорят, что хотят взорвать соседние дома, чтобы построить новые, не портящие архитектурного лица нашего района. Так, может, ребята, вам объединиться и не нужно будет никаких взрывов — все само уйдет?