Жена дитя
Шрифт:
Он признавался самому себе, что у нее появились подозрения. Она гостеприимно принимала его в Америке. По хорошо известным причинам он не ответил ей тем же в Англии.
Правда, он встречался с американками в Париже; однако здесь, в Англии, лорд должен был бы проявить большую щедрость; и миссис Гирдвуд должна быть рассержена его скупостью.
Однако по аналогичным причинам он еще не навестил своих американских знакомых в Лондоне.
Напротив, после их приезда сюда он старался не попадаться у них на пути.
В Англии он у себя дома: почему в таком случае он и здесь живет под вымышленным
Последнее можно объяснить: лорды бывают и бедные, хотя такое встречается редко. Мало лордов, которые не могут позволить себе модно одеваться и роскошно обедать. Содержать красивый дом, если испытывают к этому расположение.
После возвращения в Англию все это Свинтону недоступно. Как же тогда он может выдать себя за лорда, пусть даже бедного?
Он почти отчаялся в своей возможности продолжать обман; но тут покровительство лорда, настоящего и влиятельного, дало ему новую надежду. Благодаря ему перспективы Свинтона совершенно изменились. Теперь у него достаточно денег в кошельке и будет еще больше. Что еще важнее, теперь он может утверждать, что действительно находится на дипломатической службе. Правда, это служба шпиона ; но она всегда входила в обязанности дипломата.
Он теперь близко знаком с известным вельможей и дипломатом; постоянно будет навещать его большой особняк на Парк Лейн. Странно, если бы все эти обстоятельства не позволили бы ему пустить пыль в глаза мадам Гирдвуд.
План его еще может осуществиться. Новое назначение открыло перед ним множество возможностей; и он принялся обдумывать новый план, основанный на этих возможностях.
Посоветовался с Фэн: жена по-прежнему была готова помогать ему. Конечно, думала она не о нем и не о его будущем: перед ней тоже открылись новые перспективы; и появилась надежда когда-нибудь снова появиться на Роттен Роу.
Если она понимала истинную цену своего супруга, то в его способности к интригам она не сомневалась. Доказательством этого служили их изменившиеся обстоятельства. И хотя она знала источник их неожиданного процветания, одновременно понимала, какие возможности перед женщиной с ее способностями открывает положение жены. «Объединившись, мы устоим; разъединившись, погибнем», – должна была она думать; так это или нет, но она готова была помогать мужу в заключении второго брака!
У нее свидетельство о первом браке, тщательно спрятанное в потайном ящике; с таким документом ей нечего опасаться. Разве что случайного и маловероятного разоблачения.
Этого она не боялась, пока существует перспектива богатой добычи, которой с ней поделятся. Дик пообещал быть «верным как сталь», и она дала такое же обещание.
Сидя за графином шерри и коробкой сигар, они обсуждали план дальнейших действий.
Глава LIX
Изысканный обед
Стоял холодный ноябрьский вечер; но в доме на Южном берегу, который занимал мистер Ричард Свинтон, было тепло.
В доме собралось общество.
Стол накрыт на девять персон. Обед уже съеден; обедающие перешли в гостиную.
Нечетное число присутствующих
Четыре из присутствующих женщин уже известны читателю. Это миссис Свинтон, миссис Гирдвуд, ее дочь и племянница. Пятая была незнакома не только читателю, но и миссис Гирдвуд и ее девушкам.
Из четверых присутствующих джентльменов трое – это сам мистер Свинтон, мистер Луис Лукас и его друг мистер Спиллер. Четвертый, как и леди, незнакомец.
Но миссис Свинтон он не кажется незнакомым; на протяжении всего вечера она обращается с ним с подчеркнутой фамильярностью, называя «дорогой Густав»; А он, в свою очередь, всем дает понять, что она – его жена !
Говорит он с французским акцентом, и Свинтон именует его «граф».
Незнакомая леди тоже его знает – и очень близко. Ее зовут достопочтенная (В Англии таков титул детей пэров. – Прим. перев.) мисс Кортни – Джеральдина Кортни.
С таким именем (Кортни – одно из наиболее известных аристократических семейств Англии, первые упоминания о котором восходят к 11 веку. – Прим. перев.) она не может не выглядеть аристократически.
Она не только хорошо воспитана, но и красива; с той свободой в речи и манерах, которые отличают леди высшего света от жены или дочери «торговца».
В мисс Кортни эта свобода кажется несколько чрезмерной. Такая мысль могла бы прийти в голову ханже.
Но миссис Гирдвуд не ханжа. Особенно в присутствии таких людей. Достопочтенная Джеральдина приводит ее в восторг. Она удивляется не ее странному поведению, а только ее дружелюбной снисходительсти.
Она также очарована графом и его прекрасной графиней.
Его светлость наконец поступил правильно – представил ее такому обществу. Хотя он по-прежнему фигурирует под вымышленным именем Свинтон – даже среди друзей, – приглашение на обед развеяло все ее подозрения. Еще более развеял сам обед; и она больше не пыталась проникнуть в тайну его инкогнито.
К тому же он повторил предлог, который до сих пор удовлетворял ее. По-прежнему дипломатия!
Даже Джули стала менее холодна с ним. Дом, прекрасно обставленный; стол с изобильным угощением; титулованные гости за столом; ожидающие хорошо одетые слуги – все это доказывает, что мистер Свинтон – зачительная личность. И ведь это только его временное городское жилище, снятое с определенной целью – опять дипломатия. Она еще не видела его великолепное поместье в сельской местности, но он намекнул, что вскоре их туда пригласит.
Хоть Джули Гирдвуд гордилась своими республиканскими взглядами, она все равно была дочерью парвеню.
А окружающая обстановка действовала на нее. Она видела, что этот человек, мистер Свинтон, к которому она до сих пор относилась несколько легкомысленно, среди друзей выглядит по-иному и пользуется уважением. И какие у него друзья! Все титулованные, все образованные, среди них две красавицы; и обе так любезны с ним!
Больше того, все видят, что мистер Свинтон и сам красив. В ее глазах он никогда не выглядел лучше, чем в этот вечер. Подобная ситуация не только возбуждала любопытство, но и порождала мысли о соперничестве.