Жена дитя
Шрифт:
Конечно, она еще очень молода. От танца у нее могла закружиться голова, и она ушла немного отдохнуть.
Так думали те, кто обратил на это внимание.
Но таких было немного. Чаровницы с широких юбках больше думали о себе; старые девы спокойно играли в вист в другом помещении; и отсутствие Бланш Вернон никак не отразилось на общем веселье.
Но было замечено состояние ее отца, его задумчивость. Многие гости заметили, что весь остаток вечера сэр Джордж вел себя странно; его задумчивость бросалась в глаза. Даже
Несмотря на все его усилия скрыть свое состояние, люди, близко знавшие его, поняли, что что-то случилось.
В результате ночное веселье кончилось раньше обычного; во всяком случае раньше, чем ожидали замерзшие кучера карет.
Соответственно и гости, остановившиеся в доме, раньше разошлись по своим комнатам.
Но сэр Джордж пошел не в спальню, а в библиотеку.
Он был не один. Его сопровождал Фрэнк Скадамор.
Он поступил так по просьбе дяди после того, как остальные пожелали спокойной ночи.
Тема разговора дяди и племянника станет ясна из нижеследующего.
– Фрэнк, – начал баронет, – я хочу, чтобы ты был со мной откровенен.
Произнес он это без желания поиграть словами (Слово «Фрэнк» по-английски означает «откровенный». – Прим. перев.): не такое у него было настроение.
– Относительно чего, дядя? – спросил Скадамор, выглядя слегка удивленным.
– Относительно того, что ты видел между Бланш и этим…человеком.
Слово «человек» было произнесено презрительно, почти с шипением.
– Что я видел?
– Да, что видел и слышал.
– Я рассказал вам, что видел и слышал. Вплоть до событий сегодняшнего вечера – час назад.
– Час назад? Ты имеешь в виду свидание под деревом?
– Нет, дядя, не это. Я видел кое-что еще.
– Но ведь капитан Мейнард сразу уехал!
– Да. Но прихватил с собой кое-что, чего ему не следовало брать.
– Прихватил с собой! О чем ты, племянник?
– Ваш почетный гость унес листок бумаги, на котором что-то написано.
– Кем написано?
– Моей кузиной Бланш.
– Когда и где?
– Ну, вероятно, когда он собирался. Полагаю, что Бланш написала это у себя в комнате. Она ведь ушла туда – вы видели.
Сэр Джордж выслушал это сообщение со всем хладнокровием, на какое был способен. Тем не менее мышцы на его лице дергались, щеки побледнели, чего не мог не заметить племянник.
– Продолжай, Фрэнк, – сказал сэр Джордж неуверенным голосом, – продолжай и рассказывай все. Откуда тебе это известно?
– По чистой случайности, – отвечал добровольный информатор. – Я вышел из гостиной, отдыхая между танцами. Как раз в это время капитан Мейнард уходил. С того места, где я стоял, видна была верхняя площадка лестницы. Он там разговаривал с Сабиной и, как мне показалось, очень конфиденциально. Я видел, как он что-то вложил ей в руку – монету, вероятно, –
– Ты в этом уверен?
– Абсолютно уверен, дядя. Я тогда не сомневался в увиденном и сказал себе: «Эту записку написала моя кузина; она послала Сабину, чтобы передать ее». Я бы остановил его на лестнице и заставил отдать записку, но не хотел поднимать шум в доме. Вы знаете, что я бы его заставил!
Сэр Джордж не слышал этого хвастливого замечания. Он вообще перестал слушать племянника. Слишком был поглощен болезненными размышлениями – думал о странном поведении дочери.
– Бедная девочка! – печально про себя говорил он. – Бедный невинный ребенок! И это после всей моей заботы, после ревностной опеки, моего более чем необычного одиночества! О Боже! Подумать, что я впустил змею в свой дом, и она обернулась против меня и ужалила!
Чувства, испытываемые баронетом, не давали ему продолжать разговор; Скадамору было разрешено ложиться спать.
Глава LXII
Необщительные спутники
Поезд, в котором ехал Мейнард, остановился на станции Сайденхем, куда подходит линия от «Кристал паласа» (Огромный выставочный павильон из стекла и чугуна, построенный в 1851 году для «Великой выставки». – Прим. перев.).
Остановка не вырвала Мейнарда из задумчивости, в которую он погрузился – после неприятного происшестия.
Он только слышал за вагоном голоса, один их которых показался ему знакомым.
Выглянув, он увидел на платформе группу леди и джентльменов.
Место, где они находятся, свидетельствовало, что они побывали на выставке в «Кристал паласе», а некоторая излишняя говорливость – что после этого они пообедали в отеле «Сайденхем».
Они шли по платформе в поисках вагона первого класса на Лондон.
Их шестеро, и им требуется целое купе – на Лондон и Брайтон ведет узкоколейная дорога.
Но такого вагона в поезде не оказалось, и поэтому они не могут ехать вместе. Придется им разделиться.
– Какая досада! – воскликнул джентльмен, казавшийся предводителем. – Но, навейно, ничего не поделаешь! А, вот и купе всего с одним пассажиуом!
Говорящий показался у входа в купе, в котором сидел Мейнард – один и в углу.
– Есть места для пятеуых, – продолжал джентльмен. – Лучше сядем здесь, леди! Один из джентльменов должен поискать себе дуугое место.
Вначале вошли три леди – их было три.
Возникла проблема: кому их троих джентльменов придется расстаться с такими приятными спутницами – две из них молодые и хорошенькие.
– Я уйду, – вызвался один из джентльменов, самый молодой и наименее значительный.
Остальные двое с готовностью приняли его предложение, особенно тот, что придерживал дверь купе.