Аконит
Шрифт:
– Первый помилуй, куда ты в такую погоду? – удивилась мама. – Пусть он зайдет.
– Нет! – вдруг резко ответила Лотти, хмурясь, но спохватилась, возвращая прежний милый вид: – Не стоит, тетушка. Хочу поскорее встретиться с ним.
– Вздор! – покачала головой мама. – Я не могу тебя отпустить.
– Боюсь, удерживать вы тоже меня не можете, – смело ответила Лотти, не переставая очаровательно улыбаться.
Кора даже рот приоткрыла, пораженная такой отвагой кузины.
– Ну что за чепуха? Ты набралась от Корнелии? – мама тут же вперила взгляд в нее. Это
– Вовсе нет. И все же я ухожу. Мне пора. Спасибо, что приняли меня на время, я…
– Дорогуша, умоляю, дождись жениха под крышей. Ты права, я не могу удержать тебя силой, но разве стоять под ливнем – здравая мысль? Так ведь, Корнелия?
– Да, мама, – поддержала Кора. Ее смущал даже не дождь, а спешка Лотти и ее нервозность.
– Вынуждена отказать. Благодарю за предложение, но я покину вас! – чтобы не препираться больше, Лотти поспешила к выходу.
– Возьми хотя бы лакея с собой! – кинула мама вдогонку, видя, что не сможет переубедить обычно послушную племянницу.
– Нет!
Мама вновь посмотрела на Кору очень выразительно, и та со вздохом поднялась, следуя за кузиной.
– Точно все в порядке? – уточнение в такой ситуации не лишнее.
– Абсолютно.
– Ты же знаешь, что если что-то случилось, мы всегда…
– Я знаю! Ничего не случилось, просто… Помнишь, я… Что? – рявкнула Лотти, взглянув за спину Коры. Там мялась беспокойная мама.
– Дорогуша, право слово, я беспокоюсь, не стоит тебе…
– Оставьте меня! Ясно вам? Отстаньте! Я не маленькая девочка, я могу позаботиться о себе! Идите, лучше своими делами занимайтесь! Вы надоели! – взорвалась Лотти.
Мама обиженно поджала губы. А на крики начали выглядывать слуги, даже сверху послышались шаги мистера Спенсера, который был в кабинете отца. Наверняка спускался, чтобы узнать, в чем дело, и уведомить лорда.
– Возьми хотя бы зонт, – Кора подала свой именной зонтик. Красный и яркий.
Лотти остервенело выхватила его, напоследок хлопнув дверью. Мама закусила губу, в глазах ее блестели слезы, она едва смогла выдавить:
– Не понимаю, что на нее нашло?
Как обычно, после ссоры у мамы разыгралась мигрень, а тут еще погода… За окном уже вовсю громыхало.
Мистер Спенсер все же послал Джека следом за Лотти. Он выскочил из дома буквально через интер, но уже не смог отыскать ее. На улицах темнело, а никто не знал, куда делась Лотти и действительно ли ее забрал жених?
Папа послал записку дяде Тумусу, который уверил, что ничего не знал о планах ни дочери, ни ее жениха, но постарается поскорее все выяснить. Стоит ли говорить, что в ту ночь никто в доме Нортвудов не сомкнул глаз?
– Даже ты не такая безрассудная, – уверила Эмма Кору, подкладывая грелку в ее постель.
Кора могла бы поспорить. Но все же когда сама вытворяешь такое, то волнуешься не так сильно…
Утро наступило преждевременно. Рассветная Инти летом и так поднималась на небо рано, а на сей раз она не успела и окрасить облака у горизонта, как Кора вскочила, прислушиваясь к гомону внизу.
Накинув
– …и сойдя с поезда, сразу прибыл к вам. Шарлотте я не писал и не говорил ничего, да я и не мог, – объяснял мужской голос, вероятно, принадлежавший жениху Лотти.
– Дома она так и не появилась! – возмутился дядя Тумус.
– Нужно обратиться в полицию, – уверенно отозвалась мама. – Сердцем чую, что-то не так!
– Да брось, просто ерепенится, – вздохнул дядя. – Предсвадебный мандраж.
– Как ты можешь, Тумус? Она же твоя дочь! – воскликнула мама. – Если бы Кора такое учудила, я бы еще ночью весь город перевернула! А мы и так ждали, пока ты «выясняешь», а то тут же вовсе не ясно, видите ли!
– Шерил права, Тумус.
– Как вы не понимаете? – раздраженно начал дядя. – Это же такой удар по репутации!
– ТУМУС! – мама гаркнула так, что Кора едва не упала. – Чарли, немедленно поезжай! Не слушай моего брата, он всегда был идиотом!
– Не волнуйся об этом, Шерил, лучше поднимись и постарайся отдохнуть. А мы с Тумусом отправимся в полицию.
Кора поспешила скрыться в своей комнате, но все еще прислушивалась к глухим, едва различимым голосам. Впрочем, ничего путного узнать ей не удалось.
Привычного завтрака дом был лишен. Кора растерянно пила кофе в полном одиночестве, кажется, впервые в своей жизни.
Может, с Лотти все-таки все хорошо? Не факт ведь, что случилось что-то ужасное. С кузиной просто не может случиться что-то плохое. Конечно, ее найдут, она поплачет, ее простят, и все вернется на круги своя. А предчувствие… Ну что, разве раньше Кора не умудрялась накрутить себя?
Никаких прогулок, чаепитий и гостей. Дом замер на целый день, до самого вечера, пока не вернулся папа. И Кора сразу поняла, что случилось что-то плохое. Потому что второй раз в жизни она видела что-то в его взгляде. Впервые она увидела это, когда папа понял, что Кора была так близко к преступнику, когда убили миссис Шарп. Теперь это повторилось. Папа посмотрел на Кору, а потом приобнял рукой, уводя в чайную, где уже сидела мама. Наверное, она тоже увидела что-то в глазах папы, потому что ей не понадобилось ничего узнавать больше – она вдруг заплакала.
Слова папы ужасали, но их нужно было произнести, чтобы все поняли, что случилось:
– Лотти мертва. Аконит убил ее.
29. Подражатель
Первое, что поняла Кора – Аконит не убивал Лотти. Не только потому, что в подобное нельзя было поверить, но и потому, что Лотти не связана с лабораторией. Ее не было в списке и быть не могло. Мотива для убийства не существовало. А без него Аконит не убивал. Следовательно, кто-то хотел, чтобы подумали на Аконита, но не более.
Какое-то время из маминой спальни раздавались всхлипы и папин голос, но потом затихли и они. Кора сидела в своей комнате. Она молча и напряженно вслушивалась в звуки дома, иногда вытирая одинокие слезы. С Лотти они никогда не были близки, но ее внезапная гибель стала очередным страхом. Смерть снова прошла совсем близко.