Апрель! Апрель!
Шрифт:
Самюэль Элиас соглашается и легко побеждает Магнуса. После чего Магнус все равно теряет вкус к гонкам.
— Все! — кричит он, бросая велосипед на землю. — Больше не интересно! Привет!
И он ныряет в свой подъезд, а Самюэль Элиас идет домой к папе.
— Обязательно человек должен все время либо побеждать, либо проигрывать, — сетует он, — Просто беда!
Но папа с ним не согласен.
— И вовсе это не обязательно, — говорит он. — Стал чем пионом мира — и все!
— Так ведь сперва надо им стать.
— А ты уже чемпион!
— Я?
— Ну да, разве нет?
— Когда же это
Он в самом деле пытается припомнить, когда и в каком виде спорта мог стать чемпионом, но в памяти ничего такого нет.
— Наверно, это было очень-очень давно, — произносит он наконец.
— Вот именно, — соглашается папа. — Это было совсем давно — когда ты родился первым у нас с мамой!
Ну, если так давно, не удивительно, что он этого не помнит!
Самюэль Элиас пристраивается в кресло рядом с папой, который тоже в свое время стал чемпионом. А сколько еще таких чемпионов, да только они позабыли об этом и теперь знай себе состязаются, кто поднимет самую тяжелую штангу, кто быстрее всех пробежит шестьдесят метров с барьерами и так далее! И кто быстрее проедет на велосипеде!
— И вовсе мне не нравится ночевать у Пильбумов! — вырывается у него, когда приходит время отправляться на ночь к Магнусу.
Его слова заметно огорчают маму, но ее огорчение — ничто перед папиным! У него такой расстроенный вид, что Самюэль Элиас спешит взять обратно свои слова.
— Ой, что это я! Я хотел сказать наоборот! А теперь вам пора собираться в театр! Становитесь у окна и помашите мне! — заговаривает он им зубы и бежит к двери.
Когда он во дворе оборачивается, чтобы помахать маме и папе, у них по-прежнему невеселые лица. Приходится долго махать, прежде чем мама и папа вспоминают, как надо улыбаться, когда прощаешься. И когда здороваешься.
А затем происходит нечто невероятное: Самюэль Элиас во дворе наступает на бумажку, а это оказываются деньги, целых пять крон! До чего же он все-таки везучий! О таком везении невозможно не рассказать Магнусу после того, как они легли и Магнус повключал и повыключал свою лампу и в комнате воцарилось безмолвие. Тут-то Самюэль Элиас, улыбаясь в темноте, и рассказывает про свою находку. Некоторое время Магнус лежит молча, не говорит ни слова. Странно! Обычно Магнус так интересуется деньгами, даже иногда предлагает копить их. А тут словно воды в рот набрал, можно даже подумать, что уснул. Но нет, он вовсе не уснул, потому что вдруг произносит:
— Надо же. И продолжает: — А вот я никогда не нахожу пять крон. Я только теряю их! Вот и сегодня потерял пятерку!
— Правда? — говорит Самюэль Элиас, зевая. — Но ведь ты ее потерял не во дворе?
Во дворе, — звучит в темноте спокойный голос Магнуса.
Самюэль Элиас на раскладушке. Он пытается рассмотреть сквозь мрак лицо Магнуса.
— Думаешь, это та самая, которую я нашел? — тревожно осведомляется он.
— Возможно, — отвечает Магнус. — Точно сказать не могу, но я узнал бы ее, если бы увидел.
— А как ты ее узнаешь?
— По году выпуска, известно! — говорит Магнус и включает свой ночник.
Самюэль Элиас нерешительно достает пятерку.
Магнус встает с кровати и внимательно изучает бумажку. Даже пробует ее на зуб.
— Тысяча
Он лезет под кровать, достает пустую банку из-под чая, и пятерка исчезает в банке. После чего Магнус прячет банку под матрас.
— Гуляй обманутый! — говорит он, снова выключая ночник.
— Почему ты так говоришь? — спрашивает Самюэль Элиас.
Магнус объясняет, что это его девиз. Что-то новое, раньше у него ничего подобного не водилось! Интересно, что это такое?
— А что такое «девиз»? — спрашивает Самюэль Элиас немного погодя.
— Это трудно объяснить, — отвечает Магнус.
Но так как Самюэль Элиас настаивает, Магнус говорит, что девиз — это такие слова, которые человек предпочел всем другим словам своего родного языка и старается употреблять возможно чаще! Магнус громко смеется, очень довольный своим девизом, а насмеявшись, снисходительно добавляет:
— А ты вот, Самоха, никогда никого обмануть не сможешь!
— Еще как могу! — защищается Самюэль Элиас. — Но ты представь себе, что я обману тебя! Тебе будет весело?
— Меня? — Магнус задумывается, перестав смеяться. — Меня ты в жизни не обманешь! Ничего у тебя не получится, Самоха, хотя бы ты тренировался день и ночь!
— Тренировался? А как надо тренироваться, чтобы обманывать? — хмуро спрашивает Самюэль Элиас.
— Ну-у, — соображает вслух Магнус, — сначала пробуют что-нибудь полегче! Например, говорят понедельник, когда на самом деле вторник. Это для новичков.
— Понятно, — говорит Самюэль Элиас, хотя совсем не понимает, зачем это нужно. — Вернул бы ты мне мои пять крон.
Но Магнус не отзывается. Может быть, уснул? Потому что когда Самюэль Элиас повторяет свою просьбу, в ответ он слышит только сопение и даже легкое похрапывание…
Первый день тренировок
Самюэль Элиас начинает тренироваться уже на другой день. Сперва он проверяет свои способности на маме и папе.
— Я сегодня видел Хокана Ульссона, — осторожно обманывает он, когда они под вечер пьют кофе и просматривают газетные объявления в поисках новой работы для папы.
Но родители не замечают, что их обманули, знай себе продолжают пить кофе и листать газеты.
— Правда, видел! — снова обманывает он, хотя давно уже не встречал Ульссона и сам желал бы, чтобы это была правда.
Встав из-за стола, он захватывает булочку и направляется к двери.
Во дворе пусто, но, выйдя на улицу, он видит человека, который тащит сумку с продуктами, борясь с встречным ветром. Человек этот — та самая девочка, которую они зовут Тюлле и которую привязывают к кривой березе на большой перемене. Ей это очень нравится! Самюэлю Элиасу известно, что у Тюлле есть три секрета. Один заключается в том, что она сама себя считает симпатичной; два других секрета он еще не сумел выведать, и ничего страшного, потому что секреты его теперь не занимают, не то, что несколько недель назад! Теперь Самюэля Элиаса занимает совсем другое — он учится обманывать!