Ашдир-Кфаар
Шрифт:
– Ах! Досточтимый государь, рад встретить вас в этом чудесном местечке!
– медоточиво запричитал чародей, однако его маленькие глазки с цепкой холодностью изучали лицо коменданта Нарлаха.
– Ронтус Тарвион, дипломированный алхимик, магистр кафедры Материального воплощения первоэлементов Тирполисского университета, кавалер Ордена Ребиса к вашим услугам.
– Сиречь ты - маг?
– без обиняков вопросил благородный отрок.
– Никоим образом, нет!
– всплеснул руками седовласый мэтр.
– Алхимия - не есть магия, алхимия - сугубо тварная
– Не мели чепухи, колдун, - оборвал старика Морнингер.
– Отвечай ясно, куда и зачем ведешь свой отряд? Имеешь ли на то дозволение властей?
– Прошу простить мое вопиющее невежество, но не могу не поинтересоваться, с кем имею честь вести беседу?
– совершенно иным, преисполненным стали тоном, осведомился дипломированный алхимик.
– Комендант Нарлаха, барон Эдвард Морнингер, - чванливо задрал острый подбородок юнец.
– Ах, ваше благородие! Я столько слышал о вас и теперича несказанно рад встретить вас лично, - сызнова нацепил маску лживой куртуазности магистр Тирполисского университета.
– Вестимо, мы имеем все надлежащие бумаги, печатью самого наместника скрепленные. Эй, Грумо!
– окликнул увешанного торбами гнома кавалер Ордена Ребиса.
– Предъяви почтенному господину, нашу подорожную и разрешение на охоту.
Услышав последние слова адепта сугубо тварной области знания, Дрогг невольно столкнулся взглядом с Филлианом. Щеки человека вздулись от подкатившего смеха, происходящее мнилось ему крайне забавным. Хотя орку было далеко не так весело, ведь он слыхом не слыхивал ни про какое разрешение, а, следовательно, все его походы в Ашдир-Кфаар являлись противозаконными. А как барон Морнингер обращался с нарушавшими установленные порядки, болдырь помнил отлично. До сих пор перед глазами зеленокожего стоял широкий деревянный помост с крестами, колесами и столбами, на коих под горячими лучами разлагались изуродованные трупы.
Тем временем подозванный Тарвионом карлик выудил из горы котом и вьюков похожий на трубу футляр. Сняв крепившуюся на цепочке крышку, подгорный житель вывалил прямо на землю кипу перетянутых шнурками свитков. Дебелые руки почали деловито копаться в образовавшейся куче.
– Да не соизволит гневаться на мое старческое любопытство веледостойный милорд, - вкрадчиво обратился к юному барону алхимик.
– Но мне страсть как хочется разобраться, что за причудливую зверушку вы водите на поводке?
– где-то глубоко в голосе магистра кафедры Материального воплощения первоэлементов таилась насмешка. Седовласый мэтр прекрасно ведал, насколько опасны грумзарды и втихомолку потешался над скудоумием таскавшегося с собой подобную тварь рыцаря.
– Это не зверушка, а коварный и вероломный лиходей, совершивший ни один десяток злодеяний супротив Садрийской короны и Его Величества, - выспренне отмолвил дворянчик.
– Но зачем же вы держите под боком такого отвратительного преступника, позвольте поинтересоваться?
– с притворным недоумением вопросил милорд Тарвион.
– Сие не вашего ума дело, господин маг, - сухо отрезал отрок.
–
– патетически возопил кавалер Ордена Ребиса.
– Ваше благородие, извольте лицезреть подорожную. Все как полагается, - пристал к коменданту гном по имени Грумо.
Впрочем, дворянчик удостоил желтый пергамент лишь мимолетным взглядом.
– Милостивые государи, почтенные сеньоры, - перекрывая гомон толпы, зычно заголосил Гарип Добродел.
– Милости прошу к столу.
Толстяк указывал на выделенную для гостей хибару. Верно, нагрянувшие на ночь глядя странники его изрядно утомили, и он зело алкал поскорее спровадить их со двора.
Тем не менее, никто не спешил исполнять пожелание хозяина заимки. Солдаты Морнингера почали выгружать из повозки какие-то ящики и тюки, видимо, наполненные провизией. Гномы Кьерн и Фендур накинулись с разговорами на сородича в сиреневом берете, а подле Дрогга выросли Филлиан и полуэльф.
– Фриветштвую, родич. Меня зовут Аэлан, - осклабился болдырь, протянув орку изящную бледную ладонь. Увечная губа серьезно коверкала его речь.
Зеленокожий не соизволил подать руки.
– Ффф...
– с деланным возмущением засопел полукровка.
– Не волнуйша, фриятель, нам нет нужды враждовать друг ш другом, я фочитаю кичливых лешных негодяев не более твоего.
– Вожможно, сто и так, - пожал плечами Дрогг, но пожимать худую длань все равно не стал.
– Ну как служиться у милорда Морнингера, клыкастый?
– разрешил неловкое положение Филлиан.
– Я не нанималша к нему во шлужение, - холодно уточнил орк.
– Так, значить, ты - его раб?
– ехидно сощурился человек.
– Рабам не платят жолотом, - тем же ледяным тоном ответил зеленокожий.
– Угу, - глумливо закивал сумасброд.
– Им отвешивают кнута.
– Досточтимые господа, поспешите, брашно остывает, - прервал их разговор какой-то дошлый мальчуган.
– От похлебки не откажусь, знамо дело, буде хозяин не соизволил в нее помочиться, - задумчиво покачал головой Филлиан и неторопливым шагом тронулся к продолговатому силуэту постройки.
Орк и полуэльф последовали за ним. На полпути к хибаре их догнал ратх. Спешащий крысочеловек спотыкался и едва не падал, путаясь ногами в длинных полах одеяния.
– Погодите, друзья, - на ходу пищал грызун.
– Чего тебе, поганка?
– Филлиан обернулся, состроив самую суровую из своих гримас.
– Я хотел поприветствовать великого охотника, - в темных буркалах мерцали колючие искорки - блики горящих поблизости факелов.
– Совсем умом крянулся, хорек?
– деланно изумился человек.
– Ты желал мне здравия еще сегодня в полдень в "Доброй кружке".
– Я веду речь не о тебе, Звероборец, - крысочеловек говорил с плохо скрываемым презрением.
– Дык, о ком? О клыкастом, что ли?
– сумасброд изобразил вящее недоверие.
– Тоже мне великого нашел. Ты бы видел, как он давеча улепетывал от стаи древесных тараканов!