Ашдир-Кфаар
Шрифт:
– Слышишь, клыкастый, тебя зовут, - острослов пихнул зеленокожего локтем в бок, изображая, что совершенно не понимает, в чем дело.
– Мне надобен не орк, а ты - человек по имени Филлиан, - солдат не пытался утаить полнившей его ненависти.
– Зачем же я нужен тебе, позволь узнать?
– сумасброд в недоумении захлопал глазами.
– Отойдем подальше - расскажу, - хищно ощерился беглый преступник, кивнув в сторону окружавших бивак полей.
– Расскажи здесь, никуда не хочу идти, ноги опосля долгой дороги ноют, - точно упрямый
Лицо рябого исказилось в ярости. Он сделал шаг вперед, нагнулся к человеку и гневно зашипел:
– Хватит придуриваться, выродок. Не пойдешь со мной - я тебе прямо здесь харю исполосую.
В опущенной к бедру руке блеснула тонкая полоска лезвия. Солдат попытался ухватить Филлиана за шиворот, дабы прижать к горлу нож. Но только этого и ждавший шутник, ловко увернувшись, вскочил на ноги и тотчас истово заголосил в расчете привлечь всеобщее внимание:
– Ты что творишь, приятель?! Где ж такое видано?! На порядочных людей да с ножом!
Острослов, видимо, полагал, что воин, испугавшись крика, стушуется и отступит. Однако, зык сумасброда подействовал на щедривого иначе. Каторжанин отточенным движением выбросил руку. Как и все охотники одаренный недюжинной ловкостью, Звероборец сумел уклониться от устремившегося ему в лицо острия. Серебристый росчерк короткого клинка едва скользнул по складкам просторного капюшона. Толстая парусина разъялась, точно податливое масло.
– Ты, видать, из ума выжил, подлюка?! Кто тебе разрешил кромсать мою одежду?! - выдохнул Филлиан, откатившись на несколько шагов от нападавшего и хрипло, с присвистом отдуваясь.
– Я еще только начал, - ядовито улыбнулся рябой, подступая к жертве легкой, как у кошки, поступью.
Не сговариваясь, Дрогг и Аэлан одновременно попытались вскочить. Широкие лапищи усатого толстяка метнулись к плечам орка. Верзила попробовал схватить полуэльфа. Уловив движения солдата, зеленокожий резко рванулся вбок. Обличенные в грубую юфть рукавиц длани пронеслись рядом с головой охотника. Походя разворачиваясь, Дрогг ухватил воина за запястье и толкнул вперед. Покачнувшись, человек не удержался на ногах и рухнул лицом в рыхлую землю. Полукровка позволил ему перевернуться на спину и с ощутимым нажимом поставил обутую в порушень ногу на грудь.
Во время короткой схватки, орк краем глаза наблюдал за тем, что происходило с полуэльфом и накинувшимся на него громилой. Аэлан не стал вертеться, напросто выставив перед собой костистый кулак. Худая, но твердая рука вонзилась в пах могутному солдату. Бугай глухо взвыл и, схватившись за промежность, повалился ничком.
Филлиан тем временем стремглав понесся в середину прогалины. Сумасброд сбросил распоротый плащ, оставшись в плотной кожаной курте из бычьей кожи. Улепетывая, Звероборец хохотал, аки умалишенный.
Острослов и его преследователь стремглав пронеслись по поляне, едва не опрокинув булькавший на огне котелок. Всполошились кухарившие солдаты. Встревожено нацепил стекляшки на глаза алхимик. Комендант Нарлаха
Шутник с разгона врезался в желтую стену колосьев. Щедривый собирался кинуться за Филлианом. Внезапно промчавшийся по поляне громадный шар сбил бывшего каторжанина с ног. Послышался смачный хруст, солдат бухнулся наземь и замер, не делая попыток подняться. Над слабо постанывающим воином застыл гном Фендур. Карлик важно подбоченился, безусловно, довольный тем, как изящно ему удалось приструнить смутьяна.
К коротышке и поверженному им человеку, точно учуявший падаль коршун, подлетел Морнингер.
– Опять ты. Я тебя предупреждал, Хагим, - зашипел на лежащего юнец. Голос коменданта Нарлаха звучал глухо и слабо. В булькающей хрипоте безошибочно угадывалась обыкновенная простуда. Вряд ли подобная болезнь могла повлечь за собой смерть, как того чаял Кьерн Ражий. Впрочем, люди в отличие от гномов и эльфов частенько умирали и от куда менее серьезных расстройств.
Опасливо озираясь, из зарослей высунулся Филлиан. Заметив, что его жизни более ничего не угрожает, острослов приосанился и важной походкой подошел к распростершемуся солдату.
– Десять ударов плетью, - объявил наказание провинившемуся бойцу отрок.
– Полноте, барон. За что его пороть? Парень немного побузить решил. У нас, в Нарлахе, каждый второй на прохожих с ножом бросается, - паче чаяния вступился за рябого Звероборец.
– Мои решения не обсуждаются, - суровым взглядом окинул собравшихся Морнингер.
– Этот солдат, - легкий кивок в сторону скорчившегося на земле.
– Уже имел проступок, на кой я закрыл глаза. Теперича снисхождения не будет.
– Ваше благородие, позвольте мне исполнить приговор, - покорно склонив голову, обратился к рыцарю вислоусый урядник.
– Нет, - сухо отрезал юнец, разгадав намерение старого солдата вполсилы отхлестать не совершившего по его мнению ничего предосудительного соратника.
– Я поручаю сие Кьерну.
– тонкий палец указал на стоявшего в отдалении гнома.
– Чего?
– спохватился карлик, заслышав свое имя и вырвавшись из пелены собственных мыслей.
– Высеки этого шалопая, десять ударов за нарушение порядка несения службы, - барон с изящным пренебрежением махнул в сторону щедровитого и, надменно развернувшись, величаво зашагал обратно к алхимику.
– А, энто я могу, - на румяной физиономии дверга заиграла мерзкая улыбочка.
Усатый толстяк осторожно выбрался из-под ноги замершего Дрогга, и, бережно подняв все еще сжимавшего отбитые причиндалы верзилу, заковылял к сослуживцам.
Хмурые, с беспокойными лицами ратники начали готовить место для расправы над рябым. Ни у кого не возникало сомнений, что раздосадованный ссорой с приятелем гном забьет человека до смерти. Воины Морнингера вбили в землю четыре колышка. Бывшего каторжанина раздели до пояса и растянули между столбиками, привязав конечности к оным сыромятными ремнями.