Банка с червями

Чейз Джеймс Хедли

– Эй, мистер!

Я остановился. Ко мне бежал немытый мальчик-индеец лет девяти.

– Там Джоя не найдете, мистер.

Я вынул платок и вытер вспотевшее лицо:

– Почему?

– Он тут больше не живет. Вчера уехал.

– Куда уехал? Мальчишка словно онемел.

– Не знаю, мистер, – сказал он наконец. Я вытащил доллар.

– Куда он уехал? – повторил я. Мальчишка не отрывал от доллара жадных глаз.

– Вы мистер Андерсен, мистер?

– Да.

– Он не сказал мне, куда едет, мистер, но велел передать

вам, что тот человек еще там.

– Ты правда не знаешь, где он? Я его друг. Мне надо повидаться с ним. Я вытащил еще один доллар.

– Не знаю. Он сел в автобус. С чемоданом, – В какой автобус?

– В автобус на Ки-Уэст.

– Ну ладно. – Я отдал ему два доллара. – Слушай, если увидишь его, скажи, пусть он мне позвонит.

Мальчишка схватил деньги и заулыбался:

– Будет сделано, мистер.

Домой я возвращался встревоженный, мне было одиноко и проводить ночь в одиночестве не хотелось. Я развернулся и поехал к дому Берты.

Она распаковывала вещи.

– Это ты, милый? – воскликнула она, открыв дверь. – С чего бы вдруг? У меня туг такой беспорядок…

Хотя сама Берта выглядела всегда безупречно, в квартире у нее вечно царил полнейший хаос, а сейчас, когда чемоданы были раскрыты и повсюду валялись платья, и вовсе ступить было некуда.

– Накинь-ка что-нибудь, малышка, – сказал я. – Пойдем пообедаем. Нам нужно поговорить.

Она бросила на меня изучающий взгляд и скрылась в спальне. Полностью одетая для выхода, она вернулась минут через десять, что было для нее настоящим рекордом.

– Что-нибудь случилось?

– Да, но это подождет. Мы едем в “Чез-Луи”. Там и поговорим. И вот еще что, беби, мне нужна компания на ночь.

– Ну, это не проблема, – Берта вела меня под руку.

И только когда мы подошли к машине, я понял, с чего это она такая покладистая, ведь обычно мы с ней всегда спорили, где будем обедать. Усмехнувшись, я помог ей сесть в машину. Она вообразила, что миллион долларов уже у меня в руках!

Но свои новости я рассказал ей только тогда, когда мы уселись за столик в маленьком ресторанчике и заказали краба-луи и бифштексы, фаршированные устрицами.

Подкрепившись коктейлем с шампанским, Берта слушала спокойно, не тараща глаза.

– Может быть, это совпадение, – проговорила она, когда я замолчал.

– Черта с два! Хайби погибла позавчера ночью, Джимбо – вчера, – возразил я. – Я тебе говорил, крошка, эти парни сеют смерть.

– Тебе они ничего не могут сделать.

– Надеюсь, что так.

– Значит, чем скорее ты поговоришь с Хэмелом, тем легче нам будет упаковать чемоданы и убраться отсюда.

– Пока я не могу с ним поговорить.

– Почему?

– Погибла жена его адвоката и лучшая подруга его жены, – стал терпеливо растолковывать я. – Для свидания с ним момент неподходящий. Даже без этих осложнений встретиться с ним будет нелегко.

Берта расправлялась с крабом.

– А

почему так трудно с ним встретиться? – спросила она наконец.

– Я не могу просто взять и прийти к нему, – сказал я и объяснил, как охраняют Парадиз-Ларго.

– Ну и ну! Вот что значит быть богатым, – вздохнула Берта.

– Вот именно. Так что придется подождать, пока пыль осядет, а уж тогда попробую позвонить. Писать не стану, ведь если дела пойдут плохо…, это будет улика.

Берта продолжала есть, но по ее наморщенному лбу, я понимал, что она думает. Когда на тарелке не осталось ни крошки, она положила вилку и выпалила:

– Пойди на похороны.

– Какого черта? Что мне там делать? С чего это я заявлюсь на похороны Пенни Хайби?

– А твое агентство никогда не работало на Хайби?

– Дай подумать, раз двенадцать мы выполняли их поручения.

– Ну вот…, выразишь соболезнование от имени агентства.

– А почему ты решила, что Хэмел там будет?

– Барт! Ну не будет, и Бог с ним. А если ты его увидишь, скажешь, что тебе необходимо поговорить и дело крайне важное. Во всяком случае, попробовать-то можно, правда?

Идея мне не очень понравилась, но я решил, что это лучше, чем искать Хэмела по телефону.

– Я не знаю, где будут похороны и когда.

– О, Боже, дай мне силы! – простонала Берта. – Но ты же все-таки сыщик, черт побери! Узнаешь!

Гленда Кэрри подняла глаза от писем, покрывавших весь стол, и уставилась на меня холодным, ничего не выражающим взглядом.

– Привет, радость моя! – сказал я. – Вот я и готов к работе. Что тут происходит?

– Тебе поручена вахта у Солли Хершенхаймера, приступать сегодня в полдень. Я удивленно воззрился на нее:

– Шутишь?

– Они просили тебя. Не могу понять почему. Я хотела поручить это Чику, но они хотят только тебя.

– Приятные новости, ничего не скажешь! Конечно, они хотят меня: я образован, хорош собой. Ладно, буду на месте как штык.

"Вахты” у Солли Хершенхаймера, как это называлось у нас в агентстве, случались каждый год. Это была самая легкая работа из всех, какими мы занимались. Я представления не имел, сколько платил агентству Хершенхаймер, но не сомневался, что много. Меня это не волновало: работа не требовала никаких усилий, а уж кормили там сказочно.

Солли Хершенхаймер бы чудовищно богатый чудак с навязчивой идеей, что на него готовится покушение. Никому, даже начальнику полиции Терреллу, не удавалось убедить его в обратном. Он отказывался назвать своих врагов и, по общему мнению, был просто безобидный псих. Жил как затворник, держал двух телохранителей, которые всегда должны были быть готовы отразить нападение. Когда одному из них наставала пора уходить в отпуск, заменять его вызывали кого-нибудь из агентства Парнэлла. Мне повезло: в прошлом году эта работа досталась мне, и вот теперь мне поручали ее снова.