Бенони (пер. Ганзен)
Шрифт:
Молчаніе.
— Приду, — сказалъ затмъ Бенони.
— А еще хозяинъ проситъ васъ захватить бумагу.
Оставшись одинъ, Бенони задумался. Такъ Роз непремнно хотлось отдлаться отъ него? Почему? Онъ въ толкъ не могъ взять. И неужто онъ опять приметъ команду на шкун? Положимъ, не больно-то сладко и коротать зиму дома, въ такомъ одиночеств. А теперь заодно удастся побывать кое-гд и купить золотыя побрякушки, кольца, о которыхъ столько думалъ.
Смеркалось уже. Бенони зажегъ свчку, досталъ закладную и сунулъ ее въ карманъ. Собираясь задуть свчку и отправиться, онъ опять вынулъ бумагу
Онъ снова спряталъ бумагу въ надежное мсто, въ сундукъ, погасилъ свчку и пошелъ въ Сирилундъ.
Въ полутемныхъ сняхъ онъ наткнулся на Макка, который шушукался о чемъ-то съ одной изъ своихъ работницъ… Ахъ, этотъ старый хватъ! Все тотъ же. Зорокъ и блудливъ впотьмахъ, какъ котъ.
— Пожалуйста, Гартвигсенъ, — сказалъ Маккъ и прошелъ впередъ, въ контору. — Я забылъ сказать теб давеча… И мн все время казалось, что я забылъ что-то… Это насчетъ шкуны. Не возьмешь ли ты на себя команду и ныншній годъ?
Дальше разговоръ перешелъ на то, что до сихъ поръ не было никакихъ встей о сельдяхъ, и что Бенони, слдовательно, ничего не прогадалъ бы, ухавъ на Лофотены.
— Отчего бы вамъ самимъ не похать?
— Я предпочитаю доврить судно теб. И ты же закупишь грузъ для яхтъ. Теб я могу доврить какія угодно тысячи.
Бенони былъ и польщенъ, и тронутъ. Онъ снова будетъ адмираломъ на «Фунтус»! Онъ уже побывалъ на этомъ судн въ моряхъ, — и въ Вестфьорд, и въ Фольден, и въ Хустадвиг,- такъ ничего не стоило добраться и до Лофотенскихъ острововъ. А что до скупки рыбы, такъ онъ торговался не по-Макковски; покупалъ куда дешевле всхъ прочихъ, потому что крпко держался за каждый грошъ и туго раскошеливался. Ну, что же, онъ попытается, если Макку такъ хочется. Потомъ они договорились и насчетъ жалованья.
Бенони собрался уже уходить, когда Маккъ напомнилъ:- Ахъ да, при теб закладная?
— Позабылъ. Вотъ такъ штука! Я какъ разъ думалъ о ней…
— Ну, захвати въ другой разъ…
Теперь у Бенони опять нашлось чмъ заняться; онъ сталъ готовиться къ поздк на Лофотены, словно въ кругосвтное плаванье. Какъ только погода выдавалась помягче, онъ придумывалъ себ дло на «Фунтус», который стоялъ и покачивался въ гавани, черный и безобразный, но внушительный, словно маленькій китобой. Что были об яхты въ сравненіи съ «Фунтусомъ»! Он стояли около шкуны, словно дв скорлупки, нагруженныя сельдью до самой ватерлиніи. Сельдь тоже предназначалась для Лофотенъ, когда тамъ окажется нехватка въ наживк для ярусовъ. Но эти дв яхты были въ такомъ маломъ почет, что одну велъ бывшій сторожъ на пристани, Вилласъ Пристанной, а другую Оле Человчекъ.
Бенони шагалъ по палуб «Фунтуса», оглядывалъ снасти, и высматривалъ погоду, словно уже шелъ на всхъ парусахъ; совтовался съ компасомъ и картами, смазывалъ саломъ штаги и приводилъ въ порядокъ трюмъ. Но почему онъ навщалъ свое судно только въ мягкую погоду? О, этотъ дока Бенони былъ себ на ум! Его новый непромокаемый костюмъ изъ промасленной парусины не годился для большихъ морозовъ, — тогда онъ топорщился коломъ и трескался. Зато въ легкій морозецъ тотъ же костюмъ имлъ такой шикарный
— Зачмъ теб хочется спровадить меня? — спросилъ однажды Бенони у Розы.
— Мн хочется тебя спровадить? — отвтила она — Что ты выдумываешь?
— Похоже на то на мой взглядъ.
Она опять постаралась урезонить его, чтобы самой имть покой. Она сказала, что собиралась ухать домой, но Маккъ попросилъ ее остаться помогать ему въ лавк, когда начнется предпраздничная горячка. Дальше она разсказала, что упросила Макка пригласить на помощь и Бенони.
— Онъ ничего не говорилъ.
— Ну, скажетъ сегодня… Такъ видишь теперь, что мн вовсе не хочется спровадить тебя.
Бенони затрепеталъ отъ такой ласки, какъ мальчикъ, и обнялъ Розу. Это уже въ третій разъ онъ цловалъ ее, да и того было мало! — ты настоящій цвточекъ! — сказалъ онъ ей.
И впрямь Маккъ пожелалъ, чтобы Бенони помогалъ ему въ это горячее время. Но его не обязывали работать больше, чмъ ему самому было желательно; главное, чтобы онъ находился тутъ и присматривалъ тамъ и сямъ, былъ какъ бы правой рукой. При этомъ случа Маккъ опять справился насчетъ закладной.
— Я искалъ ее тогда, да не нашелъ, — отвтилъ Бенони.
— Не нашелъ?
— Надо будетъ поискать хорошенько. Запропастилась куда-то…
Бенони заперъ свой домъ на замокъ и отъ нечего длать сталъ помогать въ лавк Макка.
Въ сущности, довольно пріятно было расхаживать за прилавкомъ, за этой преградой, памятной ему еще съ дтства, и которой ему до сихъ поръ не доводилось переступать. По мр того, какъ праздники подходили, покупателей въ лавк съ каждымъ днемъ все прибывало; въ нижнемъ отдленіи, въ винномъ погребк, съ утра до вечера стояла грязь, настоящее мсиво. Бенони помогалъ, гд только была въ немъ нужда; присматривался, какъ вели дло опытные приказчики, и безпрерывно учился чему-нибудь. И даже заразился торговымъ языкомъ; день-деньской такъ и сыпалъ: первый сортъ, второй сортъ, нетто, брутто.
Но двое молодцовъ Макка, опытныхъ въ дл, порядкомъ косились на этого чужака, этого почтаря Бенони, который вчно торчалъ у нихъ на дорог и рдко приносилъ какую-нибудь пользу. Зато они и пускались съ нимъ на разныя уловки и хитрости! Они узнавали покупателей сразу, еще на порог, и зная, кто за чмъ пришелъ, по большей части устраивали такъ, что Бенони приходилось лазить въ подвалъ съ тми, кому нужно было патоки, ворвани или махорки, а сами оставались на верху и отпускали матеріи, крупу и деликатесы. Такимъ манеромъ удавалось выживать Бенони изъ лавки надолго. Благодатная патока такъ туго лилась въ зимнюю стужу!
Роза сначала не участвовала въ работ, но въ одно горячее субботнее утро сошла внизъ, въ лавку, и стала за выручку. Она была закутана въ песцовую шубку, и на маленькихъ ручкахъ были надты перчатки. Вс покупательницы знали ее; Роза спрашивала, какъ он поживаютъ, и это такъ имъ льстило, что он не знали, какъ и благодарить ее. Къ тому же она не была такъ прижимиста, не гналась за лишнимъ вершкомъ матеріи, или двумя-тремя пуговками, прикинутыми къ дюжин.
— Вотъ славно, что и ты пришла къ намъ! — сказалъ ей Бенони.