Бетси

Роббинс Гарольд

— Бифштексы. Если мы потом проголодаемся.

Я рассмеялся и пошлепал ее по попке.

— Иди в душ.

Она подумала обо всем.

Девчушка из агентства «Хертц» лезла на стенку.

Две сигареты с «травкой», одна маленькая красная таблетка — и она ступила на дорогу, ведущую лишь в одном направлении. Моя голова была у нее между ног, и она тянула за волосы так, словно хотела засунуть ее внутрь.

Внезапно она оттолкнула меня.

— Ты не думаешь, что я вконец испорчена?

Я

покачал головой.

— Я хочу, чтобы ты кончил мне в рот.

— Но сначала мы потрахаемся? — осведомился я.

— Да, но я хочу, чтобы ты кончил мне в рот.

Она улеглась на живот, я — на нее. Руку она подсунула под себя, схватила меня за яйца, сжала.

— О боже! Какие они полные и тяжелые!

Я почувствовал, что вот-вот кончу. Она — тоже. Выскользнула из-под меня, извернулась и заглотила мой член. Сперма устремилась вперед, а она сосала и сосала, стискивая и отпуская мошонку, пока не выдоила меня до конца. Я лежал без сил, удовлетворенный. А она улыбалась.

— Это было чудесно. Вкус, как у густого сладкого крема.

Она все еще играла моим членом.

— Хочешь отлить?

— Раз уж ты упомянула об этом, пожалуй, — я начал подниматься.

Мелисса последовала за мной в ванную.

— Позволь мне подержать его.

Я посмотрел на нее.

— Будь так любезна.

Она встала сзади и попыталась направить струю в унитаз, но лишь залила сиденье.

— Так я и думал, — прокомментировал я. — Женщины не имеют ни малейшего понятия, как это делается.

— Попробуем еще, — она забралась в ванну. И на этот раз струя угодила в цель.

Я смотрел на ее лицо. И видел сосредоточенность, какое-то детское изумление. Она подняла голову, а затем, словно зачарованная, подставила ладонь под струю. И направила ее на себя.

Крантик мой инстинктивно закрылся.

Она сердито дернула меня за член.

— Ну что же ты! Это прекрасно! Искупай меня в ней!

— Каждому нравится что-то свое, — отреагировал я.

Если она этого хотела, чего отказывать.

Это была дикая, безумная ночь. В довершение всего она оказалась крикуньей. Да и с соседями вышла неувязочка. Будь они сварливыми, наверняка вызвали бы полицию.

В семь утра она высадила меня у дома Номера Один.

Протянула руку. Попрощалась сухо, почти формально.

— Благодарю, Анджело. Это был самый романтический вечер в моей жизни.

Я не мог не согласиться с ней. Она уехала. Я поднялся по ступеням. У двери меня встретил Дональд.

— Несколько раз звонила некая леди Эйрес. Она оставила свой номер. Сказала, что дело срочное.

— Откуда она звонила?

— Из Нью-Йорка. Соединить вас с ней?

— Пожалуйста, — я последовал за ним в библиотеку.

На столе стоял полный кофейник. Я налил себе чашку.

Дональд

махнул мне рукой. Я взял трубку параллельного аппарата.

— Слушаю.

— Анджело, — голос ее вибрировал от напряжения. — Я должна увидеться с тобой. Немедленно.

— А что ты делаешь в Нью-Йорке? Я думал…

— Алисия знает, что мы с Лореном были на Гавайях.

В конторе пытались найти его и допустили ошибку, позвонив ему домой.

— Зачем его искали?

— Что-то связанное с тобой. Точно не знаю. Но он очень рассердился и заявил, что за свои проделки ты можешь оказаться за решеткой. Потом позвонила Алисия, и он рассказал ей обо всем.

— Чертов болван.

— Да, в подобных делах он не искушен. Для него это вопрос чести. Теперь он хочет жениться на мне.

— Где он?

— В Детройте. Я должна повидаться с тобой. Могу я прилететь к тебе?

— Нет. Я приеду в Нью-Йорк. Где ты остановилась?

— В «Уолдорфе».

— Жди меня во второй половине дня.

— Я люблю тебя, Анджело, — по голосу чувствовалось, что у нее отлегло от сердца.

— До свидания, дорогая, — попрощался я, и тут же в библиотеку вкатился Номер Один.

— Кто тебе звонил?

— Женщина, о которой я вам говорил. Игры кончились. Лорен в курсе событий.

— Знаю, — фыркнул Номер Один. — Мы разговаривали вчера вечером. Но случилось что-то еще.

— Да, — кивнул я. — Алисия накрыла его с этой женщиной. Он хочет разводиться.

— О господи! — простонал Номер Один. — Наверное, он никогда не вырастет из коротких штанишек.

Глава 15

— Просто не пойму, какого черта я здесь, — она мерила шагами гостиную номера «Вифлеем моторс» в «Уолдорф Тауэрс». — Все произошло так стремительно.

Я сидел в кресле, поглядывая на нее, и молча пил виски.

— «Остановись в номере компании в „Уолдорфе“, — сказал он, — и жди моего звонка», — она перестала ходить и досмотрела на меня. — Только выходя из самолета в Нью-Йорке, я задумалась о том, что могут означать его слова. Я ничего не ждала от поездки на Гавайи. Между нами ничего не было.

Я по-прежнему молчал.

— Ты что, мне не веришь?

— Разумеется, верю.

— По твоему тону этого не скажешь.

Она пересекла комнату и остановилась передо мной.

Я наклонился, поцеловал ее в пупок, затем поднял голову.

— Теперь ты веришь, что я тебе верю?

Ее губы изогнулись в улыбке.

— Это очень сложный вопрос. Ты сумасшедший.

— Вот-вот. А теперь успокойся и расскажи мне в точности, что произошло. То, что для тебя кажется пустяком, для меня может иметь совсем иное значение. Помни, мы говорим об очень добропорядочном человеке.