Безграничье
Шрифт:
– Оказывается, нашему Пограничью нравится, когда им управляют… Со времен Пенелопы, а то и раньше им постоянно кто-то управлял… если это не наш министр, то кто? Нужно найти этого великолепного человека!
У меня в голове начала шевелиться какая-то мысль.
– А меж тем, солнце клонится к закату, пора бы и о ночлеге озаботиться, - задумчиво сказал доктор.
Из переулка донеслись человеческие крики и какие-то странные хрипы. Доктор укоризненно покачал головой.
– Пауль!- осенило меня, - этот человек Пауль!
–
– с интересом посмотрел на меня доктор.
– Он не вписывался, чего-то не хватало! Теперь все ясно…
– Мне, допустим, совершенно не ясно ничего.
– Нужно сформулировать… оно так вертится… - я не знала, с чего начать.
– Раз вертится, даю тебе пять минут. По истечении их я начну умирать от любопытства! Ты рискуешь оставить моих детей сиротами, Брижит!
– "смилостивился" доктор.
Глава 16.
– Ну! Ты, наконец, сформулировала?
– болтал ножкой доктор, сидя на скамейке в парке.
Мы решили передохнуть, от долгой ходьбы.
– Почти, - буркнула я.
– Давай опустим ту часть, где ты говоришь, что все это бред, а я тебя успокаиваю, хорошо?
– Ван Чех так сгорал от любопытства, что захотелось его помучить, - И не вздумай специально тянуть!
– Мы знаем о том, что Пограничье способно подчиняться от Андреса, пациента Пенелопы. Пенелопа долгое время управляла пограничьем. Когда ее не стало, в Пограничье стало затягивать меня, а вы оградили меня от попаданий туда. После был Серцет, который был настолько силен, что смог перестроить параллель. Мы думали, что потом никто им не управлял, но был Тор, все время ведший исследования Пограничья, которым правил… Тор умер. Пограничью нужен хозяин. Ни один больной не подходит, остаются сновидцы. Я не могу быть, потому что вы обучили меня, как не стать жертвой.
Сновидцев много. Пограничье нашло одного из них, может первого попавшегося, может… не знаю. Им стал Пауль. Он смог оценить преимущества этого места, но все-таки его тянуло домой, сюда. Могло Пограничье последовать за ним? Альберт нам сказал, что могло. Оно подчинилось его воле. Плюс легче это удалось, потому что больных распустили. Может, министр как-то помог, что-то знал…
– Ну, что этот балбес обладал даром предвидения, ты, конечно, загнула, - усмехнулся доктор, - Но в целом неплохая теория. Теперь нам необходимо найти своих и уговорить Пауля увести Пограничье, - доктор постучал пальцами по крашеной зеленой скамейке, - Тебе не кажется, что план слишком прост для исполнения?
– Мне не кажется!
– недовольно сказала я.
– Какая ты бука!
– расстроился доктор, - Мы что-нибудь придумаем, а то, ну право слово, безобразие творится!
Мы встали и пошли дальше.
– Кстати, мое предположение объясняет то, почему Роуз заключила Пауля в каменный мешок, откуда, нельзя перенестись.
– Горшочек, не вари!
– сладко улыбнулся доктор и погладил меня по голове, - Она его туда засунула, потому что не знает, что с ним делать, но боится, что он сбежит, вот и все.
Необходимо было искать место для ночлега. До дома мы добраться не успевали, пришлось доктору снова применять свой талант взломщика. Мы попали в чужую однокомнатную квартиру, пустующую уже давно. Доктор выбрался перед самым закатом на улицу и добыл еды, поговаривая что-то на счет того, что если мародеры не хотят он сам все унесет.
Весь ужин доктор талдычил одно и то же: чтобы я готовилась, и придется сделать шутку былью, и что если я хочу жить, то придется лечь с ним в одну постель.
– А разве нельзя постелить матрац?
– начала паниковать я.
Доктор шутил угрожающе.
– Он здесь один, и тот на постели… Я проверял, - печалился доктор, - Я сам, знаешь ли, не в восторге. А если Британия узнает? Виктор переживет… А Британию не переживу я!
– Вы так говорите, как будто мы с вами не спать будем… а я не знаю…
– Все ты знаешь, - хитро состроил мне глазки доктор, - можешь не бояться меня, я уже стар.
– Уже который раз за эти три дня вы меня пугаете. Вы так шутите, что мурашки по спине.
– Мы рождены, чтоб шутку сделать былью, дитя мое!
– философски отозвался доктор, - Постельное белье есть в шкафу, я посмотрел. Я в душ, а ты стелить!
– Я не хочу…
– Ничего не знаю, - отмахнулся доктор и исчез в крохотной ванной комнате.
Вечер заставил меня задуматься над новой присказкой доктора: "Мы рождены, чтоб шутку сделать былью". Мир и так встал с ног на голову, а тут еще у нас не осталось выбора. Хотим выжить, значит, нужно лечь в одну постель и проспать в ней ночь.
Я волновалась, потому что доктор совершенно непредсказуем, с ним работать-то подчас невозможно, а уж ночевать…
Ван Чех был спокойнее, я бы даже сказала педантичнее. За все время нашего с ним знакомства мне впервые выпала возможность наблюдать за ним в непосредственной близости. Никогда бы не подумала, что Ван Чех может складывать свои джинсы минут пять. А педантично сложив свои вещи, приняться за мои шмотки.
Уморенная событиями последних дней, я упала на скрипучий диван и закрыла глаза.
– Я у стенки, - буркнул доктор, судя по лицу, мысль о ночевке в одной постели со мной его не ободряла, - Ты, кстати, посреди ночи встаешь?
– Нет, вроде бы… Лунатизмом…
– К черту, твои шуточки, - фыркнул доктор, - По нужде встаешь?
Я чувствовала, как краснею.
– Нет.
– Это правильно. По ночам тем более не следует шляться…
Я была в недоумении. Да, опасно, но это не повод не ходить… так сказать, по необходимости.
– А руки ноги раскидываешь?
– пробасил доктор, когда я уже почти заснула.