Борьба
Шрифт:
— Черт возьми! — Он перешел на бег трусцой.
Я тоже, хотя сегодня надела туфли на каблуках в тон своему серому платью. Я хотела хорошо выглядеть в суде.
Пиджак Ронана развевался у него за спиной, когда он бежал. Юбка моего платья хлестала по икрам, когда я старалась не отставать.
Эмбер не остановилась, когда он подошел к ней, поэтому Ронан обежал ее, подняв руки.
— Подожди, ребенок.
Она попыталась обойти его, но он подвинулся, преградив ей путь, как раз когда я догнала ее.
Я
— О, Эмбер.
Слезы текли по ее лицу. Из носа у нее текли сопли. Выражение горя на ее лице тронуло и меня.
Я потянулась к ней, но она увернулась от моей руки, отпрянув в сторону.
— Вы все испортили! — Ее голос сорвался, когда она закричала. Она взмахнула руками, ее рюкзак был таким тяжелым, что она едва не потеряла равновесие. Она покачнулась, но устояла на ногах, затем стянула лямки, и он упал к ее ногам.
— Эй. — Когда Ронан потянулся к ее плечу, она отпрянула.
— Мне нужно поступить в колледж. Мне нужно найти хорошую работу. Мне нужно зарабатывать деньги. — Слезы продолжали литься, когда она кричала.
— Эмбер…
— Вы обещали, что поможете мне, — всхлипнула она, и у нее перехватило дыхание. — Вы лжец. Вы такой же, как она.
Эта девушка была готова сломаться прямо у меня на глазах.
О, боже.
— Я изменю твою оценку, — выпалила я.
К черту мою честность и гордость. Сила духа этой девушки стоила большего.
Эмбер вздрогнула всем телом. Она уставилась на меня, ее подбородок задрожал, как будто она неправильно меня расслышала.
— Я изменю твою оценку, — повторила я.
Она моргнула. И тут же осеклась.
Только что она стояла, а в следующий момент у нее подогнулись колени. Она бы рухнула на тротуар, если бы Ронан не успел подхватить ее и прижать к своей груди, пока она безудержно рыдала.
— Я держу тебя. — Он обнял ее, глядя на меня с такой же болью на лице, какую я чувствовала в своем сердце. — Дыши, ребенок.
— Я… я не могу, — слова прерывались рыданиями, — заплатить.
— Заплатить за что? — спросил он.
— За моих братьев.
— Что? — Я ахнула. — Ты платишь за своих братьев?
Она кивнула, уткнувшись в грудь Ронана, ее руки сжимали лацканы его пиджака.
— Где твоя мама? — спросила я, хотя уже знала ответ. Была причина, по которой Эшли Скотт не отвечала на мои бесчисленные телефонные звонки.
— Ушла. — Эмбер зарыдала еще сильнее. Ее ноги подкосились, словно вместе с ее признанием на них свалилась тяжесть всего мира.
Ронан не дрогнул. Он обнял ее крепче, не давая ей упасть, когда правда полилась наружу.
— Она бросила нас. — Эмбер икнула. — О-она бросила нас.
— Когда? — спросил Ронан.
— В мой день рождения.
В ее восемнадцатый день рождения. Когда Эшли, вероятно,
— Как давно это было? — спросил Ронан.
— Около трех месяцев.
Выражение его лица стало убийственным. Но он держал ее, позволяя ее слезам пропитывать его рубашку и галстук, пока она, наконец, не ослабила хватку на его пиджаке.
Она отступила, шаря по земле в поисках своего рюкзака. Но когда она наклонилась и попыталась поднять его, силы словно оставили ее.
— Присядь на секунду, — сказал он ей, взял ее за локоть и повел во двор рядом с нами.
Она опустилась на траву, яростно вытирая щеки.
— Мне пора домой. Они гуляют после школы, но я не люблю оставлять их одних надолго.
— Мы отвезем тебя. — Ронан присел перед ней на корточки, а я села на траву рядом с ней. — Как ты за все платишь?
— Своими деньгами. Когда мы жили в Миннесоте, я присматривала за детьми наших соседей, разгребала снег, косила траву и все такое. Я откладывала деньги на учебу в колледже. Я скрывала это от мамы.
Поэтому, когда Эшли ушла, у Эмбер не было другого выбора, кроме как использовать свои сбережения.
Ее единственным шансом в колледже была стипендия.
Она рассчитывала на это, потому что все остальные деньги ей понадобятся, чтобы содержать братьев. Она хотела получить стипендию, чтобы иметь возможность платить за Эрика и Элайджу.
Это была слишком большая ответственность для восемнадцатилетней девушки. Это было слишком тяжело.
— Я не хочу терять своих братьев. — Эмбер снова заплакала, закрыв лицо руками.
Я обняла ее за плечи, и на этот раз она не оттолкнула меня. Она прижалась ко мне и заплакала, позволив мне обнимать ее. Затем, когда слезы наконец иссякли и у нее несколько раз перехватило дыхание, она выпрямилась и позволила мне помочь ей вытереть слезы.
— Мы разберемся с этим. Хорошо? — пообещала я.
Полная безнадежность придавала ее лицу совсем юный вид.
— Как?
Ронан поднял кулак, точно так же, как он делал это с Рен, для удара.
— Мы с тобой, ребенок.
Глава 23
Ларк
В дверь моего класса постучали. Я отложила в сторону работу, которую проверяла, когда моя сестра вошла внутрь.
— Привет.
— Привет. — Она слегка улыбнулась мне, оглядывая класс. — Я сто лет здесь не была.
— Странно, правда? — Мы обе проходили математику в этой комнате, когда учились в старшей школе. Когда Эмили впервые привела меня сюда прошлой осенью, я тоже подумала, что это странно. — Пахнет так же. Тебе не кажется?