Было такое...
Шрифт:
Сейчас мы с Олей живем в разных городах. Ее мужа зовут Вадим Валерьевич. А моего Владимир Владимирович. Честное слово.
Вообще-то Олю зовут Лёльчиком. Она жутко не любит, когда так говорят, но ее никто особо и не спрашивает. Бывает такой секрет, который ни маме не расскажешь, ни мужу. А Лёльчику можно всё-всё рассказать. Совсем всё. И про маму, и про мужа. На то она и единственный друг. Лёльчик внимательно выслушает, ничего не поймет из моих россказней, но сокрушительно вздохнет: «Ох, Аледоньки…»
Это она меня так в школе называла — Аледоньки. А я ее — Олехоньки.
Между
Я отбила ее во втором классе. Когда класс вели в филармонию, мне всегда категорически не хватало пары. Мы с Таней перетягивали Оледу за руки из стороны в сторону: «Она со мной пойдет! Я первая ее увидела!!!» — «Нет, со мной! Зато я первая подошла!». Оледа совершенно безразлично болталась и тихо покрякивала.
Я не говорила, что ее фамилия Селезнева? За это я ее любовно называла Уткой. Как-то первого сентября нам раздали учебники, все, как водится, принялись их срочно листать. Вижу, Лёльчик покраснела и надулась. «Чё такое?» — «Алеха, когда будем проходить вот этот параграф, я на урок не пойду» — «Почему?» Она пальцем тычет в картинку, а там нарисована жирная утка с открытым клювом, из кустов торчит ружье и подписано «Охота на селезня». А девочка по фамилии Дроздова сказала, что тоже не пойдет на один урок. Потому что в учебнике была нарисована Мушка дрозофила. Хотя мы потом все равно эту девочку до конца школы называли дроздофилкой.
Так вот. Как я отбила Лёльчика.
Лельчик круглолицая, с большими глазами и длиннющими ресницами. У нее была трогательная любовь с Женей Черепановым. Сначала они вместе ходили в садик, судьба развела их по параллельным группам. Переглядывались на прогулках через сетку рабицу, а однажды он увидел, как ее обижает мальчик, перелез через забор и устроил драку. Каково же было разочарование Оледы, когда в школе судьба-злодейка определила Женю в параллельный класс.
Лельчик никогда не была красивой. А Женя напротив — курчавый блондин с голубыми глазами, ясной улыбкой и ямочками на щеках. Просто мечта!
Вот именно благодаря Жене я Лёльчика и заполучила в подруги. Помните, когда только начали появляться одноразовые шприцы, то мальчики приносили их в школу, чтобы на переменах стреляться водой. Шприцы считались большим дефицитом. Повезло, что моя мама работала врачом. Через нее я доставала шприцы и считалась в классе очень крутой. Лёльчик была рада угодить Жене по любому поводу. Я это смекнула и носила ей шприцы. Постепенно они начали общаться через меня, я стала их гонцом. Например, перед школой звонила Жене и говорила, что оставлю в кабинете литературы в ножке последней парты шприц, а он вместо него туда же положит любовную записку для Лёльчика.
Да, они очень любили друг друга. Лёльчик просто умирала по Жене, искала с ним любой повод для встречи, долго вычисляла, где он бегает на перемене, а когда видела, то пряталась в туалете. Один раз Лёльчик изъявила желание поцеловаться с Женей и я задумалась, как это сделать. Женя сам нашел выход. Он сказал, что поцелует меня в щечку, а я ее. Так состоялся их первый поцелуй.
Ей так понравилось, что она захотела замуж. И я сказала, что так уж и быть, распишу их. Если нормальная невеста и жених ищут свидетелей, то здесь ситуация была обратной. Никаких свидетелей! Все тайно! Иначе узнает классная руководительница или еще хуже — директор школы. Таинство было решено провести у меня дома.
Жених не явился в назначенное время, и работница загса побежала за ним домой. Если бы мне на голову посадили куклу, то я бы весьма напоминала свадебную машину. Женя вышел в трусах и сказал, что его мама не отпускает жениться. И поцеловал невесту посредством моей щеки.
Я не представляла, как сейчас явлюсь без жениха и посмотрю в глаза невесте, поэтому придумала такую штуку. Попросила Женю расписаться на тетрадном листе, потом обвела все красиво фломастерами и принесла Лёльчику: «Он не может сейчас прийти, делает уроки. Вот ваше свидетельство, распишись».
Это брачное свидетельство до сих пор лежит у меня дома. Лёльчик всегда боялась, что его найдет папа.
Один раз бабушка из деревни прислала леща. Мой папа взял на себя самую костлявую часть — тело, а нам отдал голову. Мы грызли ее с Лёльчиком на пару, сидя на лавочке во дворе. Обсосали, как могли. Потом стало скучно и мы начали кидаться рыбьей головой через гараж. Потом пришли мальчишки из соседнего двора, отобрали голову и начали ее пинать. А нам с Лёльчиком стало так обидно! Почему-то внезапно проснулось ощущение, что «как жалко рыбку, ей же больно, что вы делаете!» Мы посчитали, что это зверство, я закатила истерику, пацаны покрутили пальцем у виска и ушли. А мы с Лёльчиком весь вечер проплакали над головой леща, у которого глаза от пинков смотрели в разные стороны, и было выедено пол-лица.
Мы решили похоронить его. Достойно, с почестями. Рядом с домом строился банк и там мы нашли небольшой кусочек мрамора, напоминающий форму могильной плиты. Я вспомнила, что на кладбище видела на плитах фотографии умерших и вырезала из календарика овальный портрет золотой рыбки. А чтобы фотография не испортилась, покрыла ее прозрачным лаком для ногтей. Если бы лещ знал, что на его могиле будет фотография золотой рыбки, то у него бы не просто глаза в разные стороны развело, они бы и вовсе вылезли от удивления.
Мы нашли укромное место, вырыли ложкой могилку, обложили ее стеклышками от битых бутылок и погрузили тело усопшего. Вернее, то, что осталось от его головы. Бросили по горсточке земли и сверху поставили монумент. Каждый вечер мы приносили ему цветочки. Я серьезно вам говорю. Цветочки носили и стояли над могилой со склоненными головами и скорбным видом.
Через месяц мы решили более основательно навестить покойного и раскопали могилу. Он все также смотрел в разные стороны и, наверное, был польщен таким вниманием.
Лёльчик любила Женю всегда. И несмотря ни на что. А Женя ее тоже любил, ну конечно любил, только у него катастрофически заканчивались то шприцы, то вкладыши от жвачки, то деньги. За одну записку он хотел уже три шприца. А они у меня кончались. И тогда я придумала, что Женю надо приворожить. Это делается просто. Берется сырое яйцо, обматывается нитками и со словами «Суженый мой, ряженый, приди» зарывается под окном любимого. Я сама рецепт придумала. Точно говорю, действует безотказно.