Цесаревич
Шрифт:
– Так, что ж присоветуете господа штаб? Мне страсть как надо было сегодня одного, или двоих казнить смертью лютой. Вы все приготовили. Только жертву не предоставили. Кидайте на спичках, кого казнить буду.
– Ваше высочество!
– Начал Никита Романов.
– Дело вы задумали хоть и нужное, но насквозь незаконное. Посему мы слуги ваши, не можем взять на себя столь важное для судьбы государства Российского решения. Так что сам, сам ваше высочество решай.
– Правильно сказал Никит Саныч!
– Улыбнулся Алексей.
–
Он вынул из-под подушки револьвер. Высыпал из него патроны, один воткнул обратно. Крутнул барабан по рукаву и протянул Никите.
– Слабо?! Может рюмку водки?
Восемнадцатилетний великий князь, гордо и презрительно принял оружие. Оглянув собравшихся, он глубоко вздохнул, перекрестился и приставил револьвер к голове. Щелкнул курок. Ему подали рюмку. Дрожащей рукой он кинул стопку в рот.
– Ну, Никита!
– Алексей восхищенно разглядывал родственника.
– Мощща! Следующий!
Царевич подошел к каждому. Лично крутил барабан о свой локоть и протягивал очередному смертнику. Парни плакали, прощались с друзьями. Просили передать родителям и любимым последние слова. Будучи высшими офицерами, они даже и думать не могли ослушаться приказа. После щелчка. Следовала рюмка. У некоторых отказывали нервы, но только после, а не до щелчка у своей головы.
Наконец в зале остались только Алексей и Борис не сыгравшие в офицерскую рулетку.
– Только не говори, что я опять пытаюсь тебя извести.
– Протянул Алексей револьвер Борису.
– На правах твоего фаворита, хочу тебе предложить сначала самому испробовать. Или слабо?
– Борис смело улыбнулся в лицо друга. Алексей перехватил пистолет и, глядя в лицо приятеля, упер дуло себе в голову и щелкнул бойком.
– И не смей меня трусом называть.
– Борис выхватил у него пистолет и крутанул барабан о свой рукав.
Улыбаясь, отшел на шаг от царевича, еще пару раз перещёлкнул барабан. Смотря в глаза Алексея он упер пистолет себе в грудь.
– Пока!
– Улыбнулся прямо в глаза цесаревича и нажал на курок. Бабахнул выстрел. Борис упал лицом вниз к ногам Алексея. На спине проигравшего, по белоснежной рубахе расплывалось бурое пятно. Оглушительно воняло порохом.
– Этого не может быть.
– Потрясенно повторял Алексей.
– Этого не может быть!
– Кричал он.
– Патрон был холостым. Этого не может быть.
Он упал на колени и схватил своего наперсника за голову. На него было страшно смотреть. Безумный взгляд переходил с одного, на другого.
– В револьвере был холостой. Вам ни чего не грозило. Это была глупая шутка.
– Алексея корежило. Он гладил труп по волосам.
– Это не возможно, это не возможно. Я сам зарядил холостой.
Никита подошел к кушетке, где были свалены вынутые патроны. Достал один, помеченный огромной царапиной.
– Ваше высочество?
–
– Этот?
– Господи!
– Взвыл тот.
– Я ошибся! Я убил его.
Он упал сверху на труп и завыл.
– Прости меня братик. Прости, это была шутка. Я не хотел. Я не хотел.
– Алексей шепотом повторял как молитву.
– Ну не хотел, так не хотел. Зачем сейчас душишь?
– Сквозь мутящийся от горя рассудок донеслось до Цесаревича.
– Мне же дышать уже нечем.
Тело в руках ожило и попыталось освободиться из сведенных судорогой рук.
– Ты живой?
– Неверующе просиял Лешка.
– Живой чертяка!
– Не один ты умеешь пошутить.
– Выбрался из его объятий Борис.
– Я давно видел, как ты с патронами химичишь. И как барабан подточил, чтоб по звуку определять положение патрона. Досыпал пороха и вся недолга.
– А кровь?
– Резонно спросил один из офицеров.
– Пока вы самозабвенно стрелялись, я себе на спину вина вылил.
– Ты меня разыграл?
– Как-то нехорошо посмотрел на него будущий самодержец.
– В моей же шутке поймал?
– Видел бы ты свою рожу. А как выл-то! Я чуть не оглох.
– Борис стал бочком пятиться к двери.
– Убью гада!
– Алексей сорвался с места. За мгновение до него Борис метнулся к двери.
– Лови гада! Убью сволочь!
Закончился вечер грандиозной попойкой. Парни вспоминали свои и чужие лица. Патетичные речи. С хохотом делились своими переживаниями в момент нажатия на спусковой крючок. На предложение повторить с боевым патроном, предлагавшего чуть не побили. Алексей с Борисом обнявшись потягивали злополучное красное вино и молча слушали пьяные откровения друзей.
– Я чуть умом не двинулся, когда ты застрелился.
– Уткнулся Алексей в плечо друга.
– Забыли. Потом как ни-будь меня застрелишь.
– Они оставили веселящихся парней и разошлись по своим купе. Месяцем раньше, побратимы решили более не напиваться, и серьезно ограничить себя в потреблении алкоголя.
Оставшееся путешествие прошло в спокойной, рабочей обстановке. В конце сентября поезд прибыл в Петроград.
Перед рождеством в Москве состоялась выставка-конкурс конструкторской мысли, объявленная ранее наследником-цесаревичем.
Прямо на выставке были оформлены многочисленные патенты на изобретения. По итогам выставки состоялся аукцион по продаже заявленных патентов. Штаб Алексея, чуть не передрался всем составом, отбирая патенты для себя и патенты на продажу. Вот тут и пригодился пул царских поставщиков. Практически все они, кто лично, а кто в складчину получили патенты и их изобретателей для постройки заводов и фабрик. Так были построены Волжский завод тяжелых автомобилей. Авиационный завод. Электро-технические фабрики. Несколько химических заводов.