Через пески
Шрифт:
– Чего-нибудь покрепче и воды, – сказал он, когда барменша наконец заметила его. Он протянул несколько монет, но та лишь отмахнулась и подала напитки.
– За Данвар, – сказала она.
Палмер натянуто улыбнулся. Идя к Лилии, он вспоминал свой разговор с Хэпом за несколько дней до того, как тот погиб: если нырок к Данвару пройдет удачно, им не придется платить за выпивку до конца своих дней. Но сейчас все было совсем не так, как казалось ему тогда.
Глядя сквозь светящуюся завесу, он не увидел Лилию там, где оставил ее. Сердце замерло, но он тут же понял, что ее просто загораживает рослая
– Вы все-таки пришли! – сказал Следж, когда Палмер подошел к ним.
– Разве у нас был выбор?
Он протянул Лилии воду и глотнул из кружки с домашним самогоном. Рот обожгло, но он не подал вида.
– Выбор есть всегда, – ответил Следж. – А потом наступают последствия. Рад, что сегодня вы сделали верный выбор. И не уходите раньше времени – будет важное объявление. Насчет захватывающей работы. Может, даже нырок, на который не способен никто, кроме вас. – Он повернулся к Лилии. – Ну как, нравится? Надеюсь, тебе еще не пора спать.
Среди присутствующих было немало ребятишек одного возраста с Лилией и даже младше, так что Палмер воспринял его слова скорее как насмешку. Сам Палмер выглядел тут чужим – в отличие от Вик, если бы она вдруг оказалась в этом заведении. Но с Лилией все было совсем по-другому. Она будто явилась с другой планеты: это замечал каждый. У Палмера вдруг возникло желание тайком увести ее отсюда, вернуться по звездам в Спрингстон, и к черту любые последствия.
Вероятно, Следж почувствовал замешательство Палмера и обнял его за плечи, притягивая к себе. Палмер оттолкнул его руку – возможно, чересчур грубо, чисто машинально среагировав на неожиданный жест. Следж пронзил Палмера яростным взглядом, в котором не осталось и следа от былого добродушия. Казалось, все замерли, глядя только на них.
– Все в порядке, – проговорил Палмер. – Все в порядке. Просто не люблю, когда ко мне прикасаются.
Следж рассмеялся, собравшиеся последовали его примеру. Палмер проверил пистолет, засунутый за пояс под курткой: на месте. Он беспокоился, что Следж мог его нащупать.
– Развлекайтесь, – сказал Следж. – Вы займете почетное место на сцене, когда группа закончит выступать. Увидимся там.
Следж кивнул парням, не сводившим взгляда с Палмера и Лилии. Палмер тоже помахал им.
– Что он тебе сказал? – спросил Палмер у Лилии, как только Следж ушел.
– Он дал мне этот платок и велел выбросить старый. – Она показала кусок красной ткани, который держала в руке. – Мне теперь нужно его носить?
– Нет, – ответил Палмер, забрав у нее платок и сунув его себе в карман. – Прости, что я впутал тебя во все это, но обещаю: начиная с завтрашнего дня ты больше не будешь иметь дело с этим дерьмом. Твердо обещаю.
– Тут, в общем, не так уж плохо. – Она глотнула воды из кружки и огляделась. – Все лучше, чем каждый день мыть посуду и копаться в грязи.
Палмеру не понравились эти слова, хотя винить Лилию в чем-нибудь было трудно. Разве он не сбежал в Лоу-Пэб по той же причине? И разве Вик не поступила так же? Тут было веселее. Парни и девушки не спали допоздна, развлекаясь под старые мелодии, которые удалось добыть из-под песка. Жизнь бандита в Лоу-Пэбе казалась
– Да, и он почему-то думает, что мое имя – Злилия, – сказала его сестра. – Через «з». Я так и не переубедила его. Как думаешь, мне пошла бы такая прическа?
Она показала на девушку с дредами, и у Палмера в очередной раз замерло сердце. Какой бы жуткий путь ни избрала сводная сестра, виноват был он один. Еще этим утром он почти не воспринимал Лилию как члена семьи – лишь хотел использовать ее, чтобы получить желаемое, то, что оставалось недосягаемым для него. А чуть не сходил с ума от мысли, что кто-то другой пытается сделать то же самое.
27
Свидетельство невозможного
– Есть что-нибудь? – спросил Коннер, сидевший рядом с братом.
Роб пытался поймать сигнал от украденных ботинок. Третья ночь поисков – после очередного рабочего дня, долгого, как обычно. Очередь на ремонт и обслуживание техники выстроилась на километр, и Роб зарабатывал больше денег, чем Коннер видел за всю свою жизнь. За дайвинг платили куда меньше, чем за починку снаряжения.
– Нет, – ответил Роб, не скрывая разочарования. – Пока ничего. То ли я слишком далеко, то ли просто слишком много помех.
– Может, ботинками сейчас не пользуются, – предположил Коннер. – Попробуй в другое время.
– В песке все равно должны быть остаточные волны, – сказал Роб. – Но я ничего не наблюдаю. Похоже, мы далековато.
– Трудно подобраться ближе, когда не знаешь, в какую сторону идти. Они могут быть в Лоу-Пэбе. Или даже в горах.
Роб проворчал в ответ, что вряд ли это так, и продолжил поиски.
Коннер залез в планшет Роба, ожидая, когда тот наконец сдастся и они смогут поужинать. В планшете было полно записей, сделанных братом, – большей частью мысленные сигналы, которые оголовье закачивало в костюм. Роб мог создать некую сущность из пескамня и сохранить свои мысли, чтобы позже воспроизвести их. Для этого все равно требовались дайверский костюм или жезл, к тому же батареи мигом садились. Коннер считал, что в этом нет ничего, кроме потакания собственной лени и нежелания тренироваться. Но когда устройство было подключено к ветрогенератору, как сейчас, о расходе энергии можно было не беспокоиться, и Коннер развлекался тем, что создавал стеклянные шарики с помощью программы «Платон-1», а потом пускал их с вершины, глядя, как они оставляют следы на склоне дюны.
– Давай поедим, – сказал Коннер, которому стало скучно. – Попробуем еще раз завтра. Например, утром.
Роб вздохнул, но все же выключил жезл и снял оголовье с маской. Он выглядел усталым – может, от поисков, а может, от бесконечных ремонтов. Все трое были постоянно заняты в мастерской, которую помог им организовать Нэт. У Коннера пока что еще не было времени, чтобы как следует понырять; он лишь один раз мельком взглянул на Данвар с высоты в сто пятьдесят метров. Все свое время он тратил на помощь Робу. Глоралай руководила всем делом, договариваясь с клиентами, ведя учет доходов, бегая в поисках запчастей и организуя работу.