Циркус
Шрифт:
— Выходит так, — согласилась Паля.
— Книгу я тебе дам, — сказала Гром и пошел своей неспешной шаркающей походкой в самый темный угол. Он там долго копошился, а потом подошел к костру и протянул Пале красивую толстую книгу.
Паля взяла её, открыла и ещё больше на Грома рассердилась потому, что в книге были только одни белые страницы, на которых совсем ничего не было написано.
— Ты зачем мне пустую книгу дал? — спросила она. — В ней же совсем никаких заклинаний нет. Как
— Да, об этом я не подумал, — сказал, улыбнувшись, старичок. — Забыл, что для того, чтобы что-то прочитать, нужно сначала что-то написать. Это я сейчас поправлю…
Он снова пошел в темный угол, и опять долго там копошился, а потом принес Пале красивую белую палочку.
— Вот эта палочка, — сказал он, — она почти волшебная, ей можно в книге писать. Вот ты её возьми и напиши те заклинания, которые тебе нужны. Паля посмотрела на старичка и сердито спросила.
— Вот ты мне скажи, Гром, как я напишу заклинания, если я их ещё не знаю?
— Не знаешь? — задумчиво почесал в затылке старичок. — Если не знаешь, это плохо, придется тогда их тебе самой придумывать, я-то не помню уже ничего…
— Ты, что, совсем ничего не понимаешь? — вздохнула Паля. — Посмотри на меня, видишь, какая я ещё маленькая, чтобы что-то придумывать. Мне сначала вырасти надо и умной стать, чтобы потом что-то придумывать.
— Ладно, — согласился Гром, — давай подождем, пока ты вырастешь. Нам спешить некуда. Ты понемногу расти себе, а мы с Кнопом подождем…
— Как подождем? — растерялась Паля. — Это что же получается? Спать мне надо уже сегодня, а кровать будет только тогда, когда я вырасту?
— Так получается, — улыбнулся старичок.
— Это не то, что не так, это уже совсем неправильно получается, — сказала Паля. — Я не смогу без кровати спать. Если ты сам не можешь её сделать потому, что уже старый, то ты тогда научи меня, и я её сама сделаю. А если не можешь меня научить, то ты тогда меня обратно к маме и папе отправляй, я лучше у них учиться буду. Или дай мне свою книгу волшебника, я в ней буду заклинания искать. Старичок задумался.
— Ну, знать-то, я когда-то знал, как кровати делать, — сказал он. — Только это давно было. А память-то уже не та, совсем стала плохая память, но, может быть, я и вспомню, если ты мне поможешь. И книги у меня нет. Была раньше конечно, но потом я её куда-то засунул и больше я её не видел.
— А как я тебе помогу? — спросила Паля. — У меня-то памяти совсем никакой нет. Ты-то хоть знал и забыл, а я-то совсем ещё ничего не знала…
— Да, — сказал Гром. — Опять как-то все не складно получается, даже не знаю, что теперь нам делать.
Кноп, который стоял рядом и только испуганно
— Нас прислали к нему, чтобы он нас учил волшебству, а он, оказывается, ничего не помнит. Как он нас чему-то научить сможет, если он все уже забыл?
— Не знаю я ничего, — вздохнула Паля. — Может, нас прислали как раз для того, чтобы мы его всему учили?
— Я так не хочу, — сказал Кноп. — Я хочу стать самым великим волшебником, как мой папа. Он мне сказал, ты будешь учиться у очень хорошего волшебника, а он теперь оказывается, что он и не волшебник вовсе, а просто старик, и все забыл. Я домой пойду.
— Я бы тоже пошла домой, — вздохнула Паля. — Только мой папа сказал, что та дверь, в которую я сюда пришла, открывается только раз в месяц, поэтому мне придется здесь ещё целый месяц жить. А я без кровати так долго жить не смогу…
— У тебя дома какая кровать была? — спросил, улыбнувшись, старичок.
— Большая и мягкая, — ответила Паля.
— А из чего она у тебя была сделана?
— Из дерева…
— Тогда давай сделаем тебе кровать из дерева, — сказал старичок. — Про дерево я кое-что помню…
— А как мы её делать будем из дерева? — поинтересовалась Паля.
— Это я ещё не вспомнил, — сказал старичок. — Сначала давай, пока я и это ещё не забыл, найдем дерево.
Он встал с камня и пошел к выходу, Паля и Кноп пошли за ним. Кноп тихо сказал Пале.
— А мне он даже не говорил, что можно кровать сделать. Спи, говорит, где хочешь. Ну, я и стал спать в углу, а там сыро и холодно.
— Он тебе правильно сказал, — ответила Паля. — Ты вот и захотел в углу спать, ты в нем и спал. А я так не хочу, я буду на кровати спать.
Они прошли совсем немного, пещера кончилась, и они оказались в лесу. Тут было хорошо, потому что светило солнце, пели птицы, стрекотали кузнечики, а ещё лучше стало, когда из леса вышло красивое длинноногое животное с большими добрыми глазами и с большими ветвистыми рогами.
Оно подошло к Грому и ткнулось в его руку, старичок погладил его по жесткой шерсти и достал из кармана краюху хлеба, животное съело хлеб и снова не спеша ушло в лес.
— Это кто был? — спросила Паля.
— Это олень, — сказал Гром. — Он мой друг, я его нашел когда-то ещё маленьким, и сам выкормил его потому, что мама у него погибла. Она защищала олененка от волков, но волки оказались сильнее…
— Про волков я тоже ещё ничего не знаю, — сказала Паля. — Но раз они всех едят, как орки, значит они плохие.
— Когда-нибудь я познакомлю тебя и с волками, и ты сама узнаешь, плохие они, или хорошие, — сказал Гром. — А сейчас пойдем искать твое дерево.