День исповеди
Шрифт:
— Grazie. Mille grazie, [37] — с глубоким чувством произнес он.
Конечно же, он понимал, насколько сильно рисковали священники, взявшись перевезти его.
Затем священники ушли, и Вероника, сказав, что сейчас приготовит что-нибудь поесть, тоже удалилась сквозь одну из полудюжины абстрактных скульптур, стоявших словно гигантские иероглифы в не слишком просторной, залитой солнцем комнате, и скрылась за находившейся позади изваяния
37
Спасибо. Большое спасибо (ит.).
— Отцу Дэниелу нужно отдохнуть, — заявила Елена, как только дверь за хозяйкой закрылась. — Спрошу Веронику, куда его поместить.
Гарри смотрел, как она шла по комнате. Когда она скрылась за той же дверью, что и Вероника, он еще несколько секунд смотрел в ту сторону, а потом повернулся к брату. Двое бородатых мужчин в черных одеждах и черных шапочках, точь-в-точь похожих на ермолки, выглядели как раз так, как им следовало выглядеть, — как настоящие раввины.
До сих пор Гарри сдерживался, желая дать брату как можно больше времени на физическое и умственное восстановление. Но живость, с которой брат двинулся, чтобы поблагодарить священников, заронила в Гарри подозрение, что Дэнни в несколько лучшем состоянии, чем хочет показать. И теперь, оставшись с братом наедине, он дал волю своему гневу. Ему уже пришлось немало вытерпеть ради него. И какой бы ни была правда, настало время узнать ее.
— Дэнни, ты мне звонил. Оставил запись на автоответчике… Ты помнишь? — Гарри резким движением сорвал шапочку и сунул ее в карман.
— Да.
— Ты смертельно боялся чего-то. И выбрал чертовски удачный путь, чтобы поздороваться после стольких лет, да еще и через автоответчик… Чего ты боялся?
Дэнни медленно поднял взгляд на Гарри.
— Не мог бы ты сделать для меня одно доброе дело?
— Какое?
— Убраться отсюда как можно скорее.
— Убраться отсюда?
— Да.
— Мне? По собственной воле?
— Гарри, если ты не уедешь… они тебя убьют.
Гарри пристально уставился на брата.
— Кто — они?
— Уезжай. Прошу тебя.
Гарри обвел взглядом комнату, а потом вновь посмотрел на Дэнни.
— Наверное, стоит сказать тебе одну вещь, которую ты не знаешь или забыл. Дэнни, нас обоих ловят как убийц. Тебя…
— …За убийство кардинала-викария Рима, а тебя — за убийство детектива из Рима, — перебил его Дэнни. — Я видел газету, которая для меня не предназначалась.
Гарри замялся, пытаясь сообразить, как вести себя дальше. В конце концов он спросил попросту:
— Дэнни, это ты убил кардинала?
— А ты убил копа?
— Нет.
— И я тоже не убивал, — решительно заявил Дэнни.
— Дэнни, у полиции куча улик против тебя. Фарел показывал мне твою квар…
— Фарел? — на полуслове перебил его Дэнни. — Оттуда-то и идут все эти улики!
— Что ты имеешь в виду?
Дэнни долго молчал,
Гарри сунул руки в карманы и медленно осмотрел всю коллекцию скульптур Вероники. Затем вновь повернулся к брату.
— Дэнни, ты был в автобусе, который взорвался. Все решили, что ты погиб… Как тебе удалось выбраться?
Дэнни тряхнул головой.
— Не помню…
— И не только выбраться, — наседал Гарри. — Ты еще и умудрился засунуть свое служебное удостоверение, паспорт и очки в чей-то чужой карман…
Дэнни промолчал.
— Автобус шел в Ассизи. Это ты помнишь?
— Я… я часто там бываю. — Глаза Дэнни полыхнули гневом.
— Неужели?
— Да! Гарри, проваливай отсюда. Немедленно. Пока еще есть возможность.
— Дэнни, мы с тобой не разговаривали много лет. Так что не гони меня так сразу. — Взяв стул, Гарри развернул его и, усевшись перед Дэнни, откинулся на спинку. — Кого ты так боялся, когда звонил мне?
— Не знаю…
— Фарела?
— Я же сказал — не знаю.
— Знаешь, Дэнни, — чуть слышно произнес Гарри, — потому-то они и попытались убить тебя в автобусе. Потому этот блондин отправился следом за тобой в Белладжио и полез в пещеру.
Дэнни посмотрел на потолок и покачал головой.
— Кто-то вытащил тебя оттуда и отвез в пескарскую больницу. Подключил к делу настоятельницу Елены… Она дала задание Елене, и теперь этой женщине грозит такая же опасность, как и нам с тобой…
— Ну так забери ее с собой! — вдруг вспылил Дэнни.
— Дэнни, кто тебе помогает?
Дэнни словно не слышал этих слов.
— Кардинал Марчиано? — усилил натиск Гарри.
Дэнни резко вскинул голову, сверкнув глазами.
— Откуда ты знаешь о кардинале Марчиано?
— Дэнни, я виделся с ним. И не раз. Он посоветовал мне держаться подальше от происходящего. И не пытаться искать тебя. А перед тем старался убедить меня, что ты мертв. — Гарри немного помолчал и вновь пошел на приступ: — Это Марчиано, да? Он всем заправляет?..
Взгляд Дэнни, устремленный на брата, вдруг сделался пустым.
— Гарри, я тебя не понимаю. Ничего не понимаю. Когда это я тебе звонил? Когда ездил в Ассизи? Кто мне помогал? Ничего не знаю. Пусто. Кранты. Память отшибло напрочь. Тебе понятно?
Гарри снова сделал паузу, но не отступил.
— Что происходит в Ватикане?
— Гарри, — голос Дэнни внезапно сорвался, — убирайся отсюда ко всем чертям, пока тебя не пришили!
109
Роскани не обращал ни малейшего внимания на густой рокот двигателей вертолета, который описал широкую дугу над серым пригородом Милана и устремился дальше на юго-восток в направлении Сиены; его всецело занимал лежавший у него на коленях факс, только что пришедший из Интерпола. Почти все содержание его он знал заранее.