Дераи

Табб Эдвин Чарльз

— Вынашивает планы мести, — сказал Блейн. — Дюмаресту следовало бы убить его.

— Да, — согласился агент. — Следовало бы. Я удивляюсь человеку с таким богатым опытом, как у него — оставлять раненого врага, который потом может причинить зло. С другой стороны, — размышлял он, — Устару лучше бы умереть. Потребуется много времени, чтобы все забыли о его трусости. Те, кто носит кинжал, чувствительны к такого рода вещам.

— Вы слишком много говорите, — Дюмарест взял пакет, принесенный ему агентом. — Сколько я должен вам за это?

— Назовем это прощальным подарком. —

Ямаи смотрел, как Дюмарест вскрывает пакет. Мягкая серо-стальная пластмасса зашуршала в его руках. Потрепанный материал непробиваемого жилета Дюмареста был обновлен так, что выглядел новым. — Я обеспечил вам перелет. До планеты Арджентис. Путешествие низшим классом.

— Очень хорошо. — Дюмарест переоделся, завернул снятую одежду в бумагу. — Я извещу власти перед отлетом. Если сумеете вернуть оставшиеся деньги из тех, что я отдал Дераи, ваши. Блейн может засвидетельствовать.

— Я уже составил документ, — вкрадчиво произнес агент. — Я — бизнесмен, — заявил он, — и я уверен, что вы не будете против. Подпишете бумагу?

— После. Когда я должен лететь?

— Через два часа. — Ямаи выглянул в окно. — Лучше бы вам не медлить. Устар, наверное, уже нашел нескольких дружков, чтобы взять реванш. Немного денег стюарду вызовет у него уважение к вам. — Он, повернувшись, протянул ему руку. — Прощайте, Дюмарест.

Они коснулись ладонями.

— Подожди минуту! — Блейн шагнул к Дюмаресту, когда тот уже направлялся к дверям. — Ты не можешь так уйти! Что скажет Дераи?

Дюмарест остановился и ждал.

— Она любит тебя, — сказал Блейн с отчаянием. — Ты нужен ей. Ты не можешь бросить ее.

— Ты еще молод, — быстро произнес агент. — Ты не понимаешь, чего просишь. Если Дюмарест задержится на Хайве — он покойник. Этого хочет твоя сестра?

— Нет, но…

— Какова же альтернатива? — Ямаи посмотрел на Дюмареста. — Тут есть что-то, чего я не знаю, — сказал он. — У нас еще есть время. Скажи мне. — Он выслушал Блейна, затем медленно покачал головой. — Фолгоун, — повторил он, — я слышал об этой планете.

— То, что сказал кибер, правда?

— Правда. Он во всем прав, — сказал агент Дюмаресту. — Ты нужен им. Фактически, ты — основа их плана. Могу ли я быть посредником в урегулировании этого вопроса?

— Нет, — сказал Дюмарест. — Такой необходимости нет. Я много знаю об этой планете. Арджентис гораздо лучше.

— Пожалуйста! — Блейн схватил Дюмареста за руку. — Я не знаю, как убедить тебя. Тебе все это может показаться сумасшествием, но…— Он потащил Дюмареста к окну и указал на звезды. — Я смотрю на них каждую ночь, — сказал он. — Я встречал таких, как ты, тех, кто путешествовал среди них. Там бесчисленные миры, там есть, что посмотреть. Я буду жить и умру на этом сгустке грязи. И каждую ночь я буду смотреть на звезды и думать о том, что я упустил. Это мой шанс, — сказал он. — Шанс полететь и увидеть какую-то часть вселенной. Ты видел ее. Ты хочешь остановить меня и помешать мне?

Дюмарест посмотрел ему в лицо, уже не такое циничное и даже чуть помолодевшее.

— Сколько тебе было лет, — спросил Блейн, — когда ты начал путешествовать?

— Десять, —

грубо отрезал Дюмарест. — Я был одинок и в страшном отчаянии. Я сел без билета на корабль, и мне повезло больше, чем я заслуживал. Капитан был стар и не имел сына. Он мог меня прогнать, но не сделал этого. С тех пор я и путешествую.

Путешествую, подумал он. Погружаюсь все глубже и глубже в пустынные миры, прыгаю со звезды на звезду, потому что звезды ближе к моей родной планете, и все больше удаляюсь от Земли. Дальше и дальше, пока и легенда о ней не позабудется, а само имя не станет просто шуткой.

— Десять, — произнес Блейн. — А сколько же тебе лет теперь?

На этот вопрос невозможно ответить. Время останавливается, когда путешествуешь низшим классом, останавливается почти до самоуничтожения, когда путешествуешь высшим классом. Хронологически он должен быть очень стар, биологически — нет. Но в присутствии Блейна он почувствовал стремление его возраста, единственную систему расчета, которая только и имеет реальную ценность.

— Ты хочешь передумать, — констатировал Ямаи. Хауши умел разбираться в людях. — Я прав?

— Да, — тяжело произнес Дюмарест. — Ты прав.

В своей основе все детали были просты и агент занимался всеми, кроме одной…

— Продажа желе меня совсем не интересует, — говорил он. — Вы поймите, это вопрос не морали, а самосохранения. Если сведения о продаже просочатся в народ, я должен быть вне подозрений. Договаривайтесь со Скуто Дакарти сами.

Торговца не мучили угрызения совести. Он хотел купить амброзию и даже не спрашивал, откуда она. Не имея определенных интересов на Хайве, он мог жить тем, что называл жизнью. Он выслушал, что говорил ему Дюмарест, поджал губы при упоминании о количестве, затем налил вина в знак заключения сделки.

— Я перешлю деньги Хауши, как только получу желе, — сказал он и почти немедленно поправился: — Как только оно окажется на борту моего корабля. — Выпив первый стакан, добавил он: — Вам понятна моя осторожность?

— Да, но время важнее. Ваш корабль на космодроме?

— Да, если бы его там не было, я исходя из того факта, что мне хочется увеличить объем товара, предпочел бы передать груз чартерному кораблю. Может быть, я так и сделаю. Фолгоун готов предоставить мне рынок сбыта.

— Продленная жизнь, — сказал Дюмарест. Он был достаточно молод, чтобы рассматривать такую возможность с безразличием. — Судя по тому, что я слышал, потребление желе в больших дозах может привести к неприятному эффекту.

— Да, вы правы. — Скуто Дакарти поднял бутылку и ждал, пока Дюмарест выпьет, чтобы налить ему еще вина. — Но, если бы вы были стары и жаждали продления жизни, разве это заставило бы вас от него отказаться? Поверьте мне, мой друг, те, кто едет на Фолгоун, уже отчаялись прибегать к каким бы то ни было лекарственным средствам. Еще в большей степени это касается тех, кто не получил достойного места.

Дюмарест нахмурился; люди говорили с ним о том, о чем он ничего не знал.

— Места? Разве на этой планете жалуют не всех?