Девочка по имени Аме
Шрифт:
– Расскажешь, почему тебя лишили права наследования?
– мягко спросил Амэ.
– Это… слишком личное. Тебе незачем знать.
Закрывается, йокай его побери! Нельзя ему этого позволить! Если сейчас упустить момент, то потом и вовсе от него нельзя будет ничего добиться. Амэ мысленно посочувствовал Кунимити, ведь он собирался выудить из него всю необходимую информацию любым путем.
– Я понимаю, - кивнул юноша.
– Учитывая, какие слухи здесь о тебе ходят, и твое заявление о том, что ты не сможешь продолжить род… Знаешь, можно ведь попробовать
– Это не лечится!
– почти закричал Кунимити, возмущенный тем, что Амэ все же лезет не в свое дело.
– Ты уверен?
– Это не болезнь.
Ага.
– Что же тогда?
Кунимити сломался. Он уронил голову, прикрываясь волосами, будто пытаясь защититься. Амэ осторожно коснулся его плеча, давая понять, что врагов здесь нет, и бояться ему нечего.
– Я проклят… - прошептал он.
– Имубэ прокляли много веков назад на вымирание. Но ками удалось частично снять проклятие, но раз в несколько поколений все же рождается человек, который не может иметь детей. Мне не повезло.
Мало того, что женщины Имубэ служат йокаям, так этот клан еще и несет на себе проклятие импотенции. Весело, нечего сказать.
Кунимити поднял голову и взглянул на Амэ.
– Прости.
– За что ты извиняешься?
– Я бы хотел, чтобы все было по-другому. Чтобы я оставался наследным принцем и чтобы не рождался проклятым, тогда бы я официально попросил твоей руки.
"И тебя бы отшили, как и всех желающих", - подумал Амэ с мрачным весельем.
– Такая завидная партия упущена!
– усмехнулся юноша. Это заставило улыбнуться Кунимити.
– Я этого не переживу, и теперь никогда не выйду замуж!
Имубэ вскинул голову, внимательно всматриваясь в смеющиеся глаза Амэ. Странно, но ему почему-то было совсем не весело. Это озадачивало.
– Тебе не нужно идти на поводу своего брата, - вдруг выдал Кунимити.
– Что-что?
– не понял Амэ.
– Это ведь Акито запрещает тебе выходить замуж?
Если бы причина была только в этом…
– Что навело тебя на такую мысль?
– подозрительно сощурившись. Юноша уже давно понял, что сегодня вечер откровений, и мысленно приказал себе ничему не удивляться. Потому что дальше - просто некуда. Весь лимит удивления он давно исчерпал.
– Он и навел, - ответил Кунимити с усмешкой.
– Он ведь "поговорил" со мной. Сказал, что если я попробую свататься к тебе, то убьет меня.
Амэ вздохнул, закатив глаза. Он ожидал от неугомонного брата чего-то в этом духе. Особенно, если учесть, какие у них с Кунимити отношения.
– Амэ, конечно, это не мое дело, но все, что происходит между вами, нездорово.
Еще как нездорово, - хотелось согласиться юноше. А потом наплевать на все и рассказать этому несчастному, почему ему не судьба стать чьей-то женой. А потом уверить Кунимити, что не один он такой бедный, и ему тоже счастья с девушками не видать.
Амэ вдруг задумался о том, что между ним и Имубэ есть что-то общее. Они похожи, ведь один проклят, а другой имеет "дурную" наследственность,
– Я знаю, - наконец ответил Амэ.
– А как его любишь ты? Как брата?
Ну вот, градом посыпались вопросы, о которых Амэ даже думать не хотелось, а не то что отвечать!
– Не твое это дело, Кунимити, - голос Амэ неожиданно приобрел несвойственную ему жесткость.
Имубэ открыл рот, чтобы выразить свое возмущение - он рассказал Амэ о своем проклятии, и ждал, что с ним тоже поделятся секретом; но юноша, заслышав шаги хозяйки в коридоре, бросился на колени к Кунимити и одним быстрым движением развязал узел на своем поясе-оби. Ошеломленный таким поворотом событий Имубэ забыл, как дышать.
Амэ давно раскусил эту старую перечницу и понял, что предупреждать о своем появлении она не станет - надо же застать их врасплох, чтобы посмотреть, чем заняты главный импотент борделя и прекрасная куртизанка Императора. Так и случилось. Хозяйка распахнула фусума и застыла на пороге, глядя на них двоих. Амэ, хитрец, успел не только переползти на колени к Кунимити, но и так склониться над шеей своего "любовника", что создавалось впечатление, будто он покрывает ее поцелуями.
– Вы что-то хотели?
– недовольно спросил Амэ, как бы нехотя отрываясь от шеи Кунимити.
– Сливовое вино, - нашлась женщина.
– Вы просили…
Ах да, точно. Было такое. Надо было придумать что-нибудь другое, тогда бы сейчас этой вешалки здесь не было.
– Да-а-а, - протянул Амэ чувственно.
– Я и позабыла уже о моей просьбе…
Он немного отстранился от Кунимити и провел пальцами по его шее вниз, к распахнутому вороту, спрятал ладошку в складках одежды. Под чувствительными подушечками пальцев кожа Имубэ покрывалась мурашками.
– Позабудешь тут, - хмыкнула хозяйка.
– Я оставлю его здесь. Развлекайтесь.
– М-да… - промурлыкал Амэ, стягивая с плеч Кунимити кимоно. Мужчина дышал тяжело и смотрел на Амэ безумным, диким взглядом. Чего это он разволновался так?
Женщина, поняв, что здесь она явно лишняя, отправилась восвояси. За дверью послышалось разочарованное шарканье ног, а потом отборный мат - видно, опять попался под руку какой-нибудь безнадежный пьяница.
– Амэ, слезь, - задыхаясь, проговорил Кунимити.
Но юношу забавляла ситуация, да и природная вредность не давала подчиниться и сделать так, как просят. Она требовала сатисфакции за то, что Имубэ посмел быть занозой в мягком месте, когда приезжал братик.
– Нервничаешь, милый?
– разве можно упустить такой прекрасный шанс поиздеваться?
– Йокай!
– выругался Кунимити, грубо сталкивая Амэ на пол.
– У тебя что совсем с головой плохо?!
Юноша был озадачен подобной реакцией. От Имубэ ожидалось нечто совершенно иное. Амэ некоторое время раздумывал: обижаться ему на такое поведение или не стоит. Выбрал второй вариант - все-таки юноша был сам виноват, спровоцировал.