Девочка в стекле
Шрифт:
Я попросил моих спутников успокоиться и подробно рассказал все, что узнал.
— Мы должны разобраться с этим шмеком, [72] — сказал Хал.
— Если бы мы только знали, где они держат Шелла, — сказал я, — можно было бы вернуться и разобраться с доктором. Я так думаю, его держат в специальной лаборатории, о которой говорил Стинтсон. Я надеялся найти адрес в этих папках, но Агариас вряд ли афиширует ее местонахождение, учитывая, что он там убивает детей и выращивает уродов вроде этого циркового животного.
72
Schmuck (идиш) —
— Ты говоришь об этом — бледном и рыхлом? — спросил Антоний.
— Вообще-то эта тварь считается его сыном. Его зовут Мерлин.
— Чем он его кормил?
— Он брат Морган.
— Что? — переспросил силач, на мгновение снимая ногу с педали. Придя в себя, он произнес: — Впрочем, можно было догадаться — они оба белы, как молоко. Но бог ты мой, в этом семействе вся красота досталась ей.
— А вы знаете, где эта женщина, на которую он хочет обменять Томми? — спросил Хал.
— Да, знаем. Она у нас, — сказал я. — Но не думаю, что могу просто обменять ее на него.
— Тебе придется это сделать, — сказал Хал. — Иначе Шеллу придется плохо.
— Я знаю, что Шелл не позволил бы мне это сделать.
— Не совсем так, — возразил Антоний. — Шелл придумал бы какой-нибудь хитрый ход.
— Да, — согласился я. — Но нам для этого нужно преимущество, которого у нас сейчас нет.
— Рассчитывайте на меня, — сказал Хал.
— Возвращайтесь в Бруклин, — велел ему я. — Пусть Сал поможет вам собрать всех, кто хочет нам помочь. Ждите. Я могу позвонить в любую минуту. Мне нужно, чтобы вы были готовы действовать через секунду после моего звонка.
— Договорились.
— Не езжай на вокзал, — обратился я к Антонию. — Мы заправимся и довезем Хала почти до нужного места, потом высадим у Капитана, но не у его квартиры. Боюсь, что Агариас посадил кого-нибудь нам на хвост. Он знает, что мы были у Стинтсона, — сказал, что они замочили беднягу. Если они следят за нами, то отделаемся от хвоста в городе. Поедем по платной дороге — сворачивай на Мотор-Парквей.
— О'кей, — сказал Антоний. — Если мы приведем их в Вавилон, они получат и Морган, и Шелла.
В Бруклине мы довезли Хала до дома Капитана Пирса и немного там задержались, желая убедиться, что за нами никто не следит. Старый негр и метатель ножей во время Гражданской войны был пятнадцатилетним мальчишкой, служил разведчиком у федералистов. А этим вечером он послужил Антонию и Халу, угостив их домашним пивом, которое готовил сам в бочке на кухне. Я рассказал ему, что случилось с Шеллом, и он предложил свои услуги, если будет нужно. У Капитана была трясучка, и глаза начали мутнеть, но нож он по-прежнему метал точно в цель, что и продемонстрировал, установив на голове у Антония яблоко и пронзив его ножом из другого конца комнаты.
В рыбацкий домик мы вернулись только после полуночи. К тому времени кулаки у меня только-только начали разжиматься. Антоний вел машину по меньшей мере вдохновенно. Удивительно, что штаны у меня остались сухими после всех этих поворотов на двух колесах, обгонов, срезания углов по полям. Если и после этого бандиты Агариаса остались у нас на хвосте,
Исабель встретила меня у двери с пистолетом в руке.
— Не стреляй, — сказал я, обнимая ее.
Исабель поцеловала меня и сказала, что день прошел спокойно. Она ходила в город на маленький рыночек — купить какой-нибудь еды и приготовить обед. В домике висел густой запах наваристого картофельного супа с беконом и луком, что сразу же напомнило мне о матушкиной кухне.
— Вот только перца нет, — покачала головой Исабель.
Она поставила всем — Антонию, себе и мне — по тарелке и выдала по ломтю хлеба. Морган спала в задней комнате.
За едой мы с Антонием рассказали ей о том, что случилось в КЕА. Хала Исабель никогда не видела, поэтому нам пришлось его описать, а потом Антоний рассказал ей несколько историй из тех давних времен, когда он с Халом работал в одной бродячей труппе. Наконец силач встал из-за стола.
— Этот обед навел меня на мысль, что мои кулинарные способности никуда не годятся. — Он оглядел крохотный домик, потом взял со стола пистолет и сказал, что мы можем разместиться на диване, а он будет спать в машине. — Если увижу что-нибудь, нажму на клаксон, — сказал Антоний, уходя. — Черт, жаль, не взяли из дома бутылку.
Мы с Исабель молча убрали со стола, а когда закончили, я сел на диван и откинул назад голову. Она подошла ко мне и легла, положив голову на подушку, упертую мне в бедро. Именно в такой позе застал я Морган и Шелла, когда видел его в последний раз.
— Морган рассказала мне о ее жизни в городе, — прошептала Исабель. — Очень грустно. Она убежала из дома и в конечном счете устроилась работать к одному человеку. Ну, ты понимаешь, сото puta. [73] Однажды она вернулась туда, где он держал всех своих женщин, и нашла его на полу мертвого, с пулей в затылке.
73
Проституткой (исп.).
— Что-то в этом роде мы уже слышали, — сказал я.
— Кажется, ей очень нравится Шелл.
— Да. Они нужны друг другу. Но что делать мне? Сейчас дела обстоят так, что либо он, либо она.
— Pensar'as en algo; du'ermete, [74] — сказала она.
События прошедшего дня причудливой мозаикой пробегали перед моим мысленным взором — вот Хал бегает туда-сюда, абсолютно голый, вот ухмыляется Агариас, а вот смертельный номер — Антоний за рулем. Все это заканчивалось мертвой бабочкой на кухонном столе в нашем доме. Внезапно крылышки бабочки встрепенулись, и она взлетела. Я смотрел, как бабочка порхает в воздухе, взмывает в небеса — туда, где раньше был потолок, и тут я понял, что сплю.
74
Подумай о чем-нибудь другом и поспи (исп.).