Дитя Плазмы
Шрифт:
Хороши шуточки!.. Озираясь, Гуль видел только стены и то, что располагалось за ними. Никто во всем здании не смог бы подглядывать за ним без риска не быть обнаруженным. Гуль выявил бы наблюдателя даже в том случае, если бы тот спрятался в бронированном сейфе. И все же глаза постороннего, немигающие и большие, незримо присутствовали. Теперь он в этом почти не сомневался. Болезнь отступила, и списывать на нее загадочное состояние казалось более чем нелепым. Сидя в кресле и упираясь взглядом в зрачки далекого соглядатая, Гуль мало-помалу стал вдруг представлять себе внешность наблюдающего за ним человека. Маленький,
Уже через несколько минут Гуль созерцал далекого усача столь ясно, что ему сделалось не по себе. Двое людей, разнесенные дистанцией в сотню-другую метров, глазели друг на дружку, пронзая взглядами множественный бетон, с вниманием прислушиваясь к дыханию ТОГО, что сидел напротив.
– Этого не может быть! – вслух произнес Гуль. – Слышишь ты, носач? Я брежу. И тебя нет!..
Усилием воли он заставил себя подняться. Проходя мимо огромных настенных часов, мельком взглянул на стрелки. Йенсен обещал вернуться к шести. Часы показывали половину седьмого.
Глава 8
Йенсен поджидал Корбута в машине в двух кварталах от здания института. Рассеянно разглядывая залитый солнцем асфальт, он механически пережевывал горьковатую смесь китайского лимонника и гигантского папоротника. Время разбилось на томительные секунды, и он не заметил, как голова его опустилась на грудь, а темная рука сновидений мягко прикрыла веки. Он уже спал, когда маленький сгорбленный человечек с щеточкой усов под крупным носом приблизился к «пикапу» и весело присвистнул. Не вынимая рук из карманов, носатый человек склонился над машиной, прищурившись, уставился на спящего. Вздрогнув, Йенсен открыл глаза и, часто моргая потянулся ладонями к лицу.
– Ты опоздал, Корбут, но я не сержусь. Лишний час сна – это чудо. Ты даже представить себе не можешь, какое это чудо!
– Почему же не могу, – Корбут хихикнул. – Тем более, что я вовсе не опаздывал. Пятнадцать минут назад доставили записку от Фила, пять минут пришлось потратить на сборы, десять минут на дорогу.
– Ага, – Йенсен озадаченно посмотрел на часы. – Стало быть, этот час мне только пригрезился? Жаль…
Выбравшись из машины, он взял Корбута под локоть.
– Прогуляемся пешком, ага? – он на ходу поворочал плечами. – Поверишь ли, такое чувство, словно бедное мое тело надели на шампур и долго-долго коптили над костром, поливая уксусом и горчицей.
– Немудрено. Ты находишься возле этого типа уже более суток. Я хочу серьезно предостеречь тебя…
– Не надо, – Йенсен устало отмахнулся. – Не надо мне этих ужасов. Все про них знаю, но тут уж ничего не поделаешь. Гуль напуган, он рвется домой и никому не верит. При этом ему ничего не стоит просветить человека насквозь. Мы рисковали в начале операции, рискуем и теперь. Каракатица-то рядом! Совсем рядом. Да… Знал бы ты – каково это пытаться не думать ни о чем подозрительном в присутствии телепата. И кстати, я бы ни за что не справился с этим, если бы он меня не заинтересовал по-настоящему. Ты понимаешь, Корбут, я постоянно думаю о нем, живу его бедами и проблемами. К счастью или к несчастью, их у него предостаточно. Но знал бы ты, как это выматывает!
– Что-то ты слишком
– Жалуюсь, потому что трудно.
– Поэтому ты и запросил в помощники меня?
– Естественно! Не мне же одному все это расхлебывать! И слава богу, у меня еще есть на кого рассчитывать. Ведь в какой-то степени ты конкурент этому парню.
– Спасибо, – Корбут задумчиво потеребил себя за нос. – Только сдается мне, ты ошибаешься. Этому человеку, Джек, я не конкурент.
– Только не надо скромничать! Я знаю его и знаю тебя. А значит, могу сравнивать. – Джек Йенсен замедлил шаг. – Что еще за черт! Кто прислал сюда этих олухов?!
Прикрывшись газетами, на скамейке, возле цветочных клумб, подремывало двое мужчин. Еще один на противоположной стороне сквера заинтересованно разглядывал витрину с электронной аппаратурой.
– А ну-ка! – Йенсен потащил Корбута за собой. Остановившись напротив скамьи, яростно зашипел:
– Чтобы через минуту духа вашего здесь не было! И передайте Берковичу, что еще один такой фокус, и он полетит со своего кресла. Уж я об этом позабочусь!
Одна из газет с шуршанием опустилась. Мужчина тщетно пытался изобразить на квадратном лице недоумение, но на сцену выступил Корбут и события потешным образом ускорились. Под взглядом носатого экстрасенса агент торопливо и с виноватыми интонациями залопотал:
– Мистер Йенсен, поймите, мы люди маленькие. Есть приказ,
– выполняем. Нет, – будем тише и ниже травы.
– Это уж точно. Будете! Потому что руковожу операцией я и отвечаю за нее тоже я. Короче, вон отсюда!.. Корбут! Дай им под зад коленом!
Корбута не надо было просить дважды. Глаза его выстрелили, и оба агента, поднявшись со скамьи, зашагали механическим шагом, стремясь поскорее покинуть это место и этого маленького колдуна с пугающим взором.
– И того у витрин тоже…
Корбут развернулся, и Йенсен мысленно сравнил его с разворачивающейся орудийной башней. Мгновение, и стволы его внутренних орудий замерли на прогуливающейся вдалеке цели. Еще один беззвучный залп, и вот уже любитель витрин знакомым сомнамбулическим шагом топает в неизвестном никому направлении.
– Все. А теперь к нему!..
– Минутку, Джек.
– Что такое?
Войдя в вестибюль института, оба прислушались к царящей в здании тишине. На время операции в институте свернули практически все исследовательские работы. Из-за остекленной будки проходной вылез было полицейский, но Корбут одарил его таким взглядом, что охранник поспешно шмыгнул обратно.
– Так что ты мне хотел сказать?
– Дело в том, Джек… Видишь ли, я чувствую, что игра в прятки провалилась. Не могу понять каким образом, но мне кажется, ОН догадался, кто мы такие и зачем его здесь держим.
– Глупости, – ворчливо произнес Йенсен. – Не забывай, на каком этаже он находится. Там кругом свинец, сталь и кевлар.
– Для него это не препятствие. Я не говорил тебе, но сегодня меня посетило скверное чувство. Я даже не понял сразу, настолько это было непривычно. Еще никто не вступал со мной в подобную дуэль!.. Словом, этот русский сумел настроиться на меня. Понимаешь? Он вычислил, где я нахожусь, а чуть позже сделал попытку заблокироваться. На какое-то время я потерял его из виду. Словно кто включил затемнение или зажег дымовую шашку. Но я-то знаю, что это сделал ОН.