Диверсант
Шрифт:
— Когда следующий поезд будет?
— Через час — воинский эшелон.
— Понятно, что не пассажирский. Охранник где?
— У самого входа, слева.
— Возраст?
— Чей?
— Охранника!
— Так молодой парень, в очках. Потому в нестроевых частях. Всё на губной гармошке пиликает.
— А начальник?
— У него отдельный закуток — комнатушечка такая. Ты бы отпустил меня, парень. А то охранник беспокоиться начнёт. Я им ничего не скажу.
—
— Кроме меня — ещё двое стрелочников.
— Меняют вас когда?
— В двадцать часов — работаем сутки через двое.
— Ладно, иди — и никому ни слова, иначе первым порешу. Не оборачивайся, иди спокойно.
Служащий пошёл. Однако Саша обратил внимание на то, что походка у него была уж больно напряжённая, вроде как выстрела в спину ждал.
Саша подошёл к Ивану, разъяснил ситуацию.
— Хм, Алексей, я что-то не пойму, зачем нам этот разъезд? Тут кроме двух немцев нет никого.
— Э, Ваня, ты неправ. Поезд через час будет.
— Этот, с разъезда, сказал — воинский эшелон. Ты что, остановить его хочешь? А вдруг там батальон немцев?
— Не знаю пока, Ваня, сам думаю.
Тем не менее от намерения захватить разъезд Саша не отказался. Можно было подождать, пока кто-нибудь из немцев выйдет до ветру, а можно ворваться в здание. Риску больше, но и результат быстрее.
Саша решился на штурм.
— Значит, так, Иван. Обходим здание. Я вхожу первым, ты — следом за мной. По возможности старайся не шуметь — всё надо сделать тихо, стрелять — в крайнем случае. Уяснил?
Иван кивнул и облизал пересохшие от волнения губы.
— Тогда — пошли. Ты обходи здание слева, я — справа.
Саша вытащил нож из ножен и взял его обратным хватом. Так, прикрытый рукой, он не бросается в глаза, и ударить им можно быстро и сильно. К тому же при таком хвате удобно резать, а не только наносить колющие удары.
Саша спокойно обошёл здание и увидел показавшегося из-за угла Ивана. Тот крепко сжимал винтовку побелевшими пальцами. Нервничает, конечно, — а как без этого?
Они подошли к двери с двух сторон. Саша нажал на ручку, кивнул. Иван резко распахнул дверь, и Саша ворвался в комнату.
Охранник сидел на стуле у входа. Саша с ходу ударил немца ножом в грудь. Сзади его уже подпирал Иван, дышал в затылок.
Находившиеся в общей комнате железнодорожники застыли в шоке от увиденного.
Саша подхватил винтовку убитого немца, чтобы не громыхнула при падении, и, стараясь это сделать медленно, передёрнул затвор. Подойдя к единственной внутренней двери, он распахнул её и наставил винтовку на сидящего
Тот поднял голову от бумаг, изменился в лице, рука дёрнулась к поясу, где была кобура.
— Хальт! — жёстко сказал Саша.
Немец замер.
— Ваня, забери у него пистолет и свяжи ему руки.
Подбежавший Иван вытащил из кобуры пистолет и протянул его Саше.
— А чем связывать?
— Его же брючным ремнём.
Саша подошёл к немцу и сноровисто заломил ему руки.
— Снимай ремень.
С немца стащили ремень и связали ему руки за спиной.
— Пусть пока полежит на полу, присмотри за ним, — распорядился Саша. Он вышел в общую комнату.
— Когда будет поезд?
— Через час.
— А встречный?
— Мы не знаем. Начальник должен знать, ему по телефону говорят.
— Всем сидеть на местах.
Саша вернулся в комнату, где лежал на полу связанный немец.
— По-русски говорить можешь?
— Немного, — немец говорил с сильным акцентом.
— Что за поезд будет через час?
Немец молчал. «Ага, в героя решил поиграть», — понял Саша.
— Если не скажешь, буду резать тебя по частям, а это больно.
Немец упорно молчал. Ну-ну!
Саша вытащил нож, схватил немца за ворот мундира, посадил его на пол и резким движением отсёк ему ухо. Это не смертельно, но очень больно и сильно кровит.
Немец сильно дёрнулся и закричал, с ужасом глядя на льющуюся на его мундир кровь.
— Если не ответишь, отрежу второе ухо, а дальше — со всеми остановками, — схохмил Саша.
— Военный эшелон с зольдатен. Ферштеен?
— Ага. Молодец! Ответил бы сразу — сохранил бы ухо. А встречный поезд когда?
Немец помедлил. Саша поднёс к его голове нож.
— Через… как это… двадцать пять минут будет стоять запасный путь.
— Что за эшелон?
Немец пожал плечами. Может, и в самом деле не знает — он же не военный комендант, а всего лишь начальник разъезда. Кстати, интересно, почему встречный на запасный путь поставят? Или будет ещё эшелон?
На столе у немца зазвонил телефон. Не ответить? Немцы всполошатся. Сам он языка не знает. Дать трубку немцу? А что он будет говорить? Вдруг скажет, что разъезд русскими захвачен? Подгонят немцы дрезину с пулемётом — и поминай как звали.
— Мужики! — крикнул Саша в открытую дверь. — Кроме начальника ещё кто-нибудь на телефонный звонок ответить может?
— Когда его на месте не было, обычно я отвечал, — спокойно сказал пожилой мужчина.
— Тогда бери трубку. Говори спокойно.