Дни мародёров
Шрифт:
— Скажи мне, Бродяга, тебя не оскорбляет тот факт, что тебя всегда принимают за Гримма? — едва переведя дух, спросил Джеймс, когда они вдвоем скрутили бедолагу Ремуса.
Тот в беспамятстве дергался и вырывался, но силы были неравны.
— О, самую малость, — пропыхтел Сириус, выворачивая руку Ремуса с длинными острыми когтями.
Сначала он не понял, что произошло.
Сириус швырнул его, больно сцапав острыми зубами за шерсть на спине, и Питер угодил в ярко-освещенное помещение. Свет был здесь повсюду, он плясал разноцветными
Когда же он немного успокоился и решил выйти, случилось ужасное.
Кто—то крикнул: «Крыса!», и Питер бросился наутек, паникуя и петляя туда-сюда в попытках ускользнуть от вспыхивающих вокруг заклинаний.
Он ослеп от обилия разноцветных фейерверков, врезался во что-то, успел увидеть искаженное крысиным зрением лицо в рамке черных волос... и потерял сознание.
Очнулся от того, что кто-то промокал ему лицо влажной губкой.
Он открыл глаза и испуганно дернулся, увидев прямо перед собой большие круглые глаза эльфа-домовика. Он как раз клал ему на лоб, где уже назревала гигантская шишка, приятный прохладный компресс.
Питер обнаружил себя в невероятно красивом зале. Куда ни глянь — лакированное резное дерево, бюстики, статуи, книжные полки, пышная мягкая мебель и волны зеленой ткани...
Пол из черного мрамора казался огромным зеркалом и свечи, плавающие по воздуху, отражались в нем так, что можно было подумать, будто кресло Питера плавает в ночном небе, полном золотистых звезд...
По залу бродили мальчики в длинных черных мантиях, расшитых на плечах сверкающими узорами. Эти мальчики играли в шахматы и карты, читали книги, лежа на диванах прямо в своей великолепной одежде, рядом шумела какая-то веселая компания — то и дело раздавались взрывы хохота.
И вокруг, неслышные и незаметные, сновали эльфы со свечами, подносами и тележками с неописуемо-шикарной едой.
Неожиданно один из них возник прямо перед Питером. На вытянутой тонкой ручке покоился огромный круглый поднос, накрытый салфеткой.
— Ваш десерт готов, мастер Питер.
Питер так ошалел от того, что его назвали «мастером», что несколько секунд просто открывал и закрывал рот, а эльф терпеливо смотрел на него.
— С-с-спасибо, но я не...
Стоило ему это сказать, как на подносе появилась тарелка с небольшим воздушным, как облако, бисквитом и маленькая чашечка горячего шоколада с банановыми сливками.
Глупо было есть пирожные в такой ситуации, когда ты не знаешь, где оказался, и что происходит, но стоило ему попробовать и обмакнуть кусочек бисквита в восхитительный горячий шоколад, как он смел всю тарелку подчистую, не в силах оторваться от такой вкуснятины.
Едва он покончил с десертом, появился второй эльф и так же безмолвно и беспрекословно, как и первый, подвез к Питеру столик на колесиках. На столике лежала стопка книг, стояла бутылка вина и сверкающий чистотой бокал. А Питер отнекивался и пытался встать, еще двое маленьких слуг принесли несколько огромных подушек, теплый плед и скамеечку для ног...
— Скажите, что это за место? — все
Ему уже начало становиться не по себе, как вдруг он случайно услышав обрывок разговора, который эльфы вели между собой, пока тащили к нему огромную вазу с фруктами.
— Уолли счастлив, что мистер Малфой забрал его от мисс Беллы и привел сюда. Уолли здесь хорошо.
— Да, мистер Малфой гостеприимный хозяин.
— Как вы сказали? — тут же спросил Питер, но эльфы испуганно умолкли. — Вы сказали «мистер Малфой»?
— Ступайте, — вдруг произнес властный человеческий голос.
Эльфы поспешили ретироваться, а Питер испуганно подскочил, увидев, как бывший староста Слизерина, которого он не видел уже много лет, изящно уселся в одно из пустующих кресел напротив, закинул ногу на ногу и положил руку на трость.
Питер натужно сглотнул, взглянув в холодные светло-серые глаза бывшего школьного старосты.
— Добрый вечер, Питер.
Питер машинально кивнул, все еще не в силах оправиться от потрясения.
Несколько долгих мгновений Малфой просто смотрел на него, сверкая в полумраке глазами, затем щелчком пальцев подозвал к себе слугу со стаканом брэнди.
— Ну что, тебе нравится здесь? — спросил Люциус, баюкая в руке стакан.
— К-красиво, — Питер вдруг почувствовал себя ужасно неловко, сидя перед своим заклятым врагом в облаке из подушек и с ногами на скамеечке, поэтому торопливо выпрямился. — Что вы со мной сделаете?
— Сделаю? — Малфой поднял брови и удивленно улыбнулся. — Ничего. А что я должен сделать?
Питер смутился и пожал плечами.
Малфой взглянул на шишку, которая красовалась у Питера на лбу, и опечаленно цокнул языком. Питер смущенно прикрыл лоб руками, но тут откуда ни возьмись появились двое эльфов и принялись бинтовать ему голову.
— Ты потерял сознание и ударился головой. Мне очень жаль, что так вышло, в клубе не привыкли к появлению крыс. Кто же знал, что она обернется человеком? Поверь, нам ужасно неловко. И это все, — он небрежно обвел рукой подносы с едой, подушки и повязку у Питера на голове. — Всего лишь жалкая попытка загладить вину. Надеюсь, ты на нас не в обиде?
— Я н-не... к-конечно... то есть нет, конечно, нет!
— Вот и славно. Как же ты здесь оказался? Так далеко от гостиной Гриффиндора?
Питер почувствовал, что краснеет. Он никогда не умел так хорошо врать, как Сириус или Джеймс.
— Я... гулял по замку... бегал... ну, в облике крысы... и случайно набрел... я не... я никому не... я не нарочно... шел и...
— Ты очень умен, Питер Петтигрю. И хитер, раз умудрился сохранить в таком месте как Хогвартс свой секрет. Полная анимагическая трансформация в твоем возрасте — это просто невероятно!