Дни мародёров
Шрифт:
— Самостоятельно, — сказал Джеймс, не убирая руки с головы Тинкер. — Стратегия вам известна. Думаю, дело в паре недель, а затем я снова сяду на метлу. И скажите Бенджи и Динглу, чтобы не расслаблялись, а не то я им их биты засуну в...
— Ты хотя бы приходи посмотреть! — напомнила Марлин, и Мэри тут же согласно закивала. — Я никогда себе не прощу, если мы уступим Кубок этим слизням.
Лили вернулась в Крыло с целой кипой бумаг.
Джеймс поднялся на ноги.
Лили на миг замерла, увидев, как с него соскользнули ладони Мэри, но ничего не сказала и подошла к рабочему столу Алисы.
—
Джеймс кивнул.
— Идем, Мэри, — Марлин остановилась, придерживая для нее дверь.
Макдональд посмотрела на Джеймса. Кажется она сейчас готова была пожертвовать Кубком ради того, чтобы они с Поттером остались наедине.
— Выздоравливай, — проникновенно попросила она, коснувшись его здорового плеча, и побежала к Марлин.
Дверь закрылась, и воцарилась тишина, нарушаемая только похрипыванием приемника.
«... выразил надежду, что под руководством нового главы Департамент положит конец восстанию оборотней на юге страны...»
Лили опиралась ладонью на стол и крутила ручку, как будто не замечая, что сбивает станции. Джеймс оглянулся на дверь и подошел к девушке.
— Эй... — он погладил ее по напряженной спине.
Она дернула плечом, сбрасывая его руку.
— Лили, перестань, — Джеймс просунул руку ей под локоть и обвил за талию, прижимая к себе.
— Отпусти.
— Не-а, — он прижался носом к теплой ямке между шеей и плечом.
— Пусти!
— Не-ет. Ну в чем дело, ты из-за Мэри так расстроилась? Перестань, ты же знаешь, что... — «я твой», — ...она в моей команде.
— Да при чем тут Мэри! — Лили резко обернулась. — Джеймс, скажи мне, почему, ну почему тебя вечно так тянет рисковать своей головой?
— Так в этом все дело? — он даже рассмеялся от облегчения, но сразу же осекся, увидев, как Лили изменилась в лице.
— Джеймс, тебе что, совсем на меня наплевать?
Он перестал улыбаться.
— Мои родители и сестра на другом конце света, и я не знаю, увижу ли их еще когда-нибудь. У меня нет других родственников, и, возможно, я тебя сейчас сильно напугаю, но у меня действительно никого нет, кроме тебя.
Ему вдруг страшно захотелось ее обнять и как следует потискать, но сначала надо было дать ей договорить.
— ... а ты то бросаешься в драку, то кувыркаешься на своей метле так, что у меня внутри все переворачивается, приходишь среди ночи весь в синяках и ссадинах, ломаешь пальцы, выбиваешь руки... и... и если ты готов рисковать своей жизнью двадцать четыре часа в сутки, и тебе все равно, что с тобой случится, то пожалей хотя бы меня! — она расстегнула и снова застегнула пуговку у него на кофте. — Я устала постоянно думать о том, с какой очередной раной ты придешь ко мне. По-твоему, мне легко было смотреть на это сегодня? — и наконец-то, хвала Мерлину, она сделала то, чего Джеймс хотел с самого начала: ласково погладила его многострадальное плечо, а потом обняла за пояс и прижалась к его груди. У Джеймса внутри заворочалось что-то теплое, большое и мурчащее. — Джим, если с тобой что-то случится, я не переживу, понимаешь? — она шмыгнула носом и вскинула
Снаружи ударил гром.
Лампы замигали, и приемник снова затрещал. В соседней комнате скрипнул отодвигаемый стул.
— Джеймс... сейчас мадам Помфри придет, — прошептала Лили, оторвавшись от Джеймса и натужно глотнув воздуха.
— Ну и что? — выдохнул он, развязывая узелок на ее повязке.
Тяжелые локоны упали ей на плечи. Он с удовольствием запустил в них пятерню, снова её поцеловал, и дальше все было как в тумане. Ее дыхание, его дыхание. Стоять стало неимоверно тяжело. Джеймс вдруг почувствовал себя очень сонным и потянул Лили за собой на больничную койку. Запустил обе лапы под юбку унылой больничной униформы...
Дверь, ведущая в кабинет мадам Помфри, громко хлопнула.
Лили взвилась как ужаленная, а Джеймс упал на грешную землю.
— Мисс Эванс?
Ему никогда не нравился голос мадам Помфри.
— Мисс Эванс, вы где?
Но сейчас особенно.
— Мисс Э... вот вы где! — медсестра заглянула за ширму. Лили обернулась к ней, безуспешно пытаясь пригладить растрепанные волосы, Джеймс наоборот как можно медленнее встал на ноги и приличия ради застегнул несколько верхних пуговок на кофте, хотя особого смысла в этом не было, мадам Помфри и так поняла, чем они тут занимались. Точнее, пытались заняться.
Неодобрительно взглянув на свою практикантку, она шагнула вперед и решительно сцапала Джеймса под локоть.
— Что вы тут сидите, мистер Поттер? У вас обычный вывих, вы уже можете идти! — ворчала она, увлекая его к двери. — Хватит отвлекать мисс Эванс, она должна работать. А вы — отдыхать и не перенапрягаться!
— Мадам Помфри, а если я поклянусь здоровой рукой, что не буду мешать, вы разрешите мне остаться? Уже поздно, я провожу Лили до ее комнаты.
— Боюсь, что для держания этой клятвы вам не хватит рук, мистер Поттер. Нет-нет, идите на ужин!
— Ну пожалуйста! Можете трансфигурировать меня в фикус или кусачую герань. Тогда я точно не буду мешать, честное слово, я буду просто стоять в углу и радовать вам глаз!
— Я превращу вас в клизму, если вы сейчас же не уйдете!
— Не надо в клизму, мадам Помфри...
— До свидания, мистер Поттер! — мадам Помфри вытолкала его за порог и плотно затворила дверь, но как только она отошла, ручка снова скрипнула, и дверь приоткрылась. — Ради всего святого, никуда ваша мисс Эванс не денется! Брысь отсюда, Поттер! — и она захлопнула дверь, сердито одергивая на себе платье.
В дверь Крыла постучали, а затем, не дожидаясь приглашения, распахнули дверь.
Лили подняла взгляд от сотой, наверное, карточки и устало посмотрела поверх горячей лампы.
В Крыло заглядывал щуплый лопоухий мальчишка-первокурсник. Вместо носа из середины его лица торчала морковка.
Лили отложила перо.
Мальчик торопливо вошел в помещение.
— Меня заколдовали одноклассники, — скороговоркой произнес он, плюхнулся на койку и окинул Лили странным придирчивым взглядом. — А где мадам Помфри?