Дни мародёров
Шрифт:
I let you do the things to me I let no other woman do
Feels good
Feels good
Oh yeah»*
— Бля-ять... ещё вот так... с языком... — он запустил руку в её волосы и зашипел, когда она выполнила его просьбу: держа член во рту, заскользила по нему языком так, словно это был леденец. — Твою мать, Рокс, — Блэк рассмеялся и смех его перетек в стон.
Она вонзила ноготки в его бедра, скользнула ладонью по животу вверх.
— Блять... — прошипел он, вскидывая бедра всё быстрее и несдержаннее. Его дыхание стало громким
— Блядь! Да!!! Охуеть!
Выгнувшись в последней судорге, Блэк мучительно зажмурился, словно ему было нестерпимо больно, а затем блаженный вздох — и он соскользнул с ящика, неловко обрушившись на пол и потянув за собой Роксану
Остаток песни они сидели молча, прижимаясь к ящику.
Гремела музыка. Рядом стоял мотоцикл.
Всё ещё слегка задыхаясь, Блэк вдруг добродушно боднул Роксану, а когда она подняла голову, сдул со своего лица влажную челку и Роксану обожгло расплавленное серебро пьяных, возбужденных глаз.
— С Днем рождения, — хрипло прошептала Роксана, сонно прикрывая глаза.
Она уже приготовилась к очередной насмешке, но Сириус всего лишь усмехнулся, сузив свои опасные глаза, а потом вдруг поднял руку и большим пальцем стер свою сперму с её щеки.
— Это был лучший подарок, — сказал он. — Но теперь мне точно не помешает твоя фотография в рамке, — выдохнул он, уронив руку на вытянутую ногу и значительно вскинул палец. — И собачка.
Примерно через неделю после Дня Рождения, Сириус и Роксана снова выкроили у учебы немного времени чтобы побыть вместе. В подземелье было слишком холодно, в спальне Гриффиндора они не смогли бы расслабиться (в прошлый раз Сохатый шутки ради подсунул в постель Сириуса наргла), поэтому они выбрали Выручай-комнату.
И как всегда, когда они оказались здесь, волшебное помещение всего приобрело облик первой комнаты Сириуса в его родительском доме.
В тот вечер снова шел снег.
Роксана лежала на большой пухлой кровати, застланной полосатым шелковым пурпуром и смотрела, как к зеркальным стеклам окон прилипают крупные белые хлопья. Всё больше и больше...
В камине прямо напротив кровати приятно потрескивал огонь — единственный источник света в комнате.
Сириус, чью спину Роксана легонько поглаживала ступней, сидел на краю постели в одних джинсах и с зеленым слизеринским галстуком в волосах, и перебирал струны, отчаянно пытаясь вспомнить какую-то мелодию.
— Черт, похоже я действительно разучился, — пожаловался он наконец, раздраженно рванув одну из струн. Ступня Роксаны скользнула чуть выше и пальчики зарылись в волосы Блэка. — Помню всего несколько аккордов.
— Хм-м... — Роксана перевернулась на живот, отчего подол школьной рубашки Сириуса, в которой она была, стыдливо завернулся. — А если бы ты
Сириус оглянулся на неё.
— Если бы я два года ни с кем не спал, я бы сдох ещё в первый месяц.
Роксана рассмеялась и подползла к нему на четвереньках, утопая коленями в глубокой перине. Сириус улегся и устроил голову у Роксаны на бедре.
— Давно хотела спросить, — поглаживая его по груди, она задела черный шнурочек. — Почему ты его никогда не снимаешь? Это драконий клык?
— Не думал, что ты узнаешь, — Сириус поднял с груди кулон — маленький, уродливый клык, опоясанный вытертым кожаным ремешком.
— Ты бы тоже узнал, если бы эта штука вечно стукала тебя по лбу, — она поднесла его к глазам.
— Это просто безделушка — якобы талисман всех путешественников. Альфард подарил, когда увидел, как я летаю на новом мотоцикле. Наверное пытался успокоить так свою совесть.
— Смотри-ка, настоящий драконий зуб... — Роксана потрогала пальцем острие, прижимаясь щекой к животу Сириуса.
— Ты никогда не видела драконов? — язвительно улыбнулся Сириус. — Я думал Малфои не вылезают из подземелий Гринготтса, считают там свои жалкие кна... — он засмеялся, когда Роксана толкнула его коленом в плечо.
— А кроме драконов, одного закомплексованного оборотня и моего вампира, — Роксана улыбнулась, когда Сириус недовольно нахмурился. — Ты видел кого-нибудь особенного?
— Видал. Одну упертую злобную вейлу, которая лишила меня покоя, — он резво перевернулся и довольно-таки чувствительно укусил её за ногу.
— Эй! — Роксана отскочила и стукнулась о резную спинку кровати. — Что за собачьи манеры, Блэк!
— Их у меня много, — опасно улыбнулся Блэк, на четвереньках подползая к ней. — Хочешь увидеть Бродягу? Мы могли бы попробовать и так...
— Воу, нет, не хочу, — Роксана уперлась ему в грудь ступней и Сириус покосился на неё с ухмылкой. — И не называй меня больше вейлой.
— Почему?
— Меня это бесит.
— Ты же вейла. Конечно это должно бесить.
— Такая же вейла, как ты — садовый гном!
— Я слышал, как ты поешь, — серьезно сказал Сириус и Роксана перестала улыбаться. — На вечере у Слизнорта, помнишь? Ты пела какую-то песню и у меня просто крышу сорвало.
— Ты затащил меня за штору и поцеловал, — грустно усмехнулась Роксана.
— Вот-вот. Хотя и не собирался, верно? А если бы ещё и станцевала, я не знаю, что сделал бы.
Упоминать её устрашающую вспышку гнева, которая чуть было не отправила Блэка на тот свет, он деликатно не стал.
— Все равно, не называй меня вейлой. Серьезно, это... не то, чем можно гордиться и если бы у меня была возможность избавиться и от этого, — она взбила рукой длинные белые волосы. Сириус просто обожал то, какие они пушистые и мягкие, похожие на мех какого-нибудь зверька. — Я бы давно так и сделала.