Дом Эмбер
Шрифт:
Я заставила себя успокоиться. Джексон вытянул руку и поймал краба за свободную клешню. Он оторвал его от моего лица и тот, к счастью, отпустил меня. Джексон открыл сетку у моих ног и запустил краба внутрь.
— Ох-хо-хо, — сказал он, сидя на скамейке и вытирая слезы.
— Ты поймала его, Сара, — сказал Сэм с неподдельным восхищением и слегка подпрыгнул, вздернув кулак. — Поряяядок!
И тут я начала смеяться. Джексон расхохотался снова. А Сэмми присоединился к нам. А затем, слегка успокоившись, мы вернулись
Когда мы добрались до дома, Джексон сказал, что он сам разберется с крабами, что для меня было очень даже хорошо и не грозило новой встречей с ними. Мы с Сэмом выбрались из лодки, ничего не неся в руках и ничем не занятые. Мы поднимались по лестнице, напевая песенку, которую только что сочинил Сэм. Песня напоминала привычную мелодию Сэмми из шести нот. Я путала слова, но Сэм был очень снисходительным партнером.
Мы вошли через кухонную дверь в неосвещённую и полную теней комнату. Женщина, которая подняла свое лицо на встречу нам, была похожа на мою бабушку, как она могла бы выглядеть лет сорок назад. Она держала в руке бокал с золотистой жидкостью. Её плечи были повисшими и сгорбившимися. Лицо было мрачным.
— Где вы были?
На миг я удивилась. Почему это видение разговаривало со мной? Потом лицо Иды превратилось в лицо моей мамы, такое же холодное.
— Где вы были? — повторила она.
— Боже, прости, — сказала я. — Мы думали, что мы быстро съездим с Джексоном, но всё обернулось целой экспедицией за крабами…
— Почему ты так много времени проводишь с этим парнем?
Сэмми выскользнул за дверь. Как бы я хотела последовать за ним.
— Джексон очень хороший, мам, и отлично ладит с Сэмми…
— Почему? Ты никогда не остановишься, чтобы обдумать вопрос, Сара. Ты знаешь, что у него на уме? Чего он хочет от тебя?
— Я не думаю, что это такое большое де…
— Ты вообще не думаешь. В этом твоя проблема. Ты просто не задумываешься. По-твоему, о чем думает Джексон? Разве ты не замечала, как он смотрит на тебя? Разве это хорошо с твоей стороны, поощрять его?
Поощрять его? Господи, она думает, что он запал на меня. А он на меня запал?
— Слушай! — выпалила я. — Между мной и Джексоном ничего не происходит. Ричард приедет завтра утром и мы собираемся провести весь день в его школе. Понятно? Всё отлично. Каждый использует друг друга в своих собственных гнусных целях, всё, как и должно быть, не так ли, мам? Джексон просто друг. Боже. Он даже не… мы через десять дней уезжаем. Он просто возможность убить время, понятно?
Я услышала какой-то шум. Я повернулась и увидела, что наружная дверь слегка приоткрыта. Я открыла её. Кастрюля с крабами стояла на ступеньке. Джексона нигде не было.
Глава 14
Когда я вернулась в кухню, я снова увидела свою бабушку. У неё были мутные глаза и она нетвердо стояла на ногах. Напиток в её бокале расплескался, когда она, жестикулируя, взмахнула рукой.
— Это твоя
Рыжеволосая девушка, на которую она кричала, неподвижно сидела на своем стуле, уставившись в стол. Это была моя мама, моложе меня, и по её щекам стекали тихие слезы.
Я захлопнула заднюю дверь, заставляя себя вырваться из этого видения. Бабушка была права. Всё разлетелось на куски из-за моей мамы, потому что ей было плевать на то, что она может ранить людей.
Я была дурой. Из-за того, что я боялась её, я говорила глупые вещи. Я понятия не имела, есть ли способ забрать эти слова назад. Но я собиралась попробовать.
— Джексон, — позвала я. — Я обошла вокруг и пошла к каменным ступенькам. — Джексон?
Никто не отзывался.
Я начала идти по дорожке, которая шла вдоль обрыва. Я не знала, куда я иду, и небо начинало темнеть. Но дом Розы должен быть где-то впереди.
Я найду его и извинюсь. Скажу ему, что я не имела в виду то, что сказала… что я просто хотела, чтобы мама отстала от меня. Что мы с ним друзья. Что мы с ним… кто? Я определенно не хотела вводить его в заблуждение, если я ему нравилась. Но он ведь знал, что я вроде как встречаюсь с Ричардом.
Я прошла мимо кладбища с его единственным куском голой земли, где лежала моя бабушка, которую я едва знала. Она была близка больше с Джексоном, чем со мной. Он любил её. И она рассказывала ему о своей семье, о нас. Так что, может быть, он воспринимал семью Иды как часть своей семьи. Может быть, поэтому, когда мы разговаривали, меня охватывало чувство, что мы с ним знакомы целую вечность. И поэтому мама думала, что он уделяет мне слишком много внимания.
Я вошла в лес на конце поля. Среди деревьев тьма стала ещё более густой. Земля поднималась справа от меня, но тропинка продолжалась почти на уровне. Деревья и кусты стеной окружали меня, чернота на темно-сером фоне.
Где же может находиться их дом? Видеть становилось все труднее. Я продолжала продираться сквозь кусты, спотыкалась каждый раз, когда дорожка неожиданно уходила вниз. Я уже подумывала о том, чтобы повернуть назад, но решила, что сейчас я уже должна быть ближе к дому Розы, чем к своему. Я могла бы попросить их посветить мне, когда я пойду обратно.
Я услышала что-то впереди. Кто-то бежал. Сильно. Быстро.
— Джексон? — позвала я и пошла чуть быстрее. — Джексон? Это…
Я завернула слишком далеко влево, в кусты, и мои ноги нашли место, где тропинки не было — где обрыв уходил вниз, к реке. Я балансировала там, пытаясь отыскать какой-то уступ соскользнувшей левой ногой. Выбившиеся камни полетели вниз по склону, ударившись о дерево, камни и об воду. Маленькие ветки выскользнули из моих пальцев, оставив листья в моей руке. С тошнотворной ясностью я поняла, что могу полететь кувырком вниз.