Драконы севера

Фирсов Алексей Сергеевич

Герцог понял значение бомбард и попытался выбить это оружие из моих рук. Попытка не удалась…

— Погрузите его тело на повозку, я передам его родственникам. О серебре не тужите, я прикажу завтра выдать вам в два раза больше.

— Ужасное событие, государь, от рук простолюдина погибло столько блестящих рыцарей…

Голос барона Гринвуда звучит в тишине очень громко.

— Ты прав, Майлз, но это можно исправить! Уэсли! На колени!

Уэсли рухнул в кровавую грязь, парень, похоже, испугался!

— Во славу

и во имя Бога Всемогущего, Отца, Сына и Святого Духа, жалую тебя рыцарем. Помни что отныне долг твой — соблюдать все правила и добрые уставы рыцарства! Будь верен Богу, государю и подруге своей, будь медлителен в мести и наказании и быстр в пощаде и помощи нуждающимся, посещай обедню и подавай милостыню, чти женщин и не терпи злословия на них, потому что мужская честь после Бога нисходит от женщины!

Уэсли открыл рот и окаменел.

Беннет коснулся его плеча и громко зашептал:

— Повторяй за мной: «Обещаю и клянусь..

— Обещаю и клянусь…

— В присутствии Господа моего и государя моего…

— В присутствии Господа моего и государя моего…

— Тщательно блюсти законы и наше славное рыцарство!

— Тщательно блюсти законы и наше славное рыцарство…

С легким шелестом мой меч выскользнул из ножен. Три раза плашмя я ударил по плечу Уэсли.

— Встань, рыцарь Уэсли!

Окружающие бурно поздравляли нового рыцаря. Гринвуд облобызал его в обе щеки и приблизился ко мне.

— Государь, я восхищаюсь вами! Теперь, когда будут говорить о поражении герцога Давингтонского, все скажут, что рыцарей и самого герцога поразил рыцарь Уэсли!

О Боже, эти рыцари помешены на условностях и ритуалах! — мелькнуло у меня в голове.

Я вернулся в аббатство с людьми Гвена далеко за полночь. Кавалерия осталась для сопровождения обоза. У дверей моей комнаты горцы отсалютовали мне алебардами. На их лицах мне померещились улыбки. Я вошел с твердым намереньем рухнуть в постель сразу же и не раздеваясь, но с этим делом пришлось повременить.

На моей постели в длинной тонкой рубашке сидела Бернадетта. Очертания ее гибкого тела просвечивались через тонкое полотно. Она щурилась, как кошечка, и улыбалась мне. Белокурые пряди волнами падали на плечи. Похоже, к моему приезду она подготовилась.

— Счастлив видеть вас, моя дорогая!

— Я также счастлива снова лицезреть ваше величество!

Я сел на стул с высокой спинкой через стол от моей «сестрички», так, на всякий случай!

— Когда я проснулась в своей палатке в пустом лагере, со мной была только горстка слуг. Вначале я очень разозлилась, потом я расплакалась. Ну а потом я очень долго смеялась! Король с победоносной армией бежал от меня, от девушки, не способной даже поднять меч! Вы пытались сбежать от меня, Грегори?! Ничего не вышло и не выйдет! Вам от меня не убежать!

Она поднялась на ноги и в обход стола двинулась ко мне гибкой кошачьей походкой.

Оставалось только вскочить и бежать от нее вокруг стола. Представив себе такие догонялки, я почувствовал, что у меня начинается истерика, и засмеялся.

В тот же миг Бернадетта оказалась на моих коленях. Руки ее обвили мою шею. Распахнутые зеленые глазищи были совсем рядом.

— Вы моя добыча, и из моих коготков вам не выбраться… — промурлыкала она и озорно лизнула меня в щеку горячим язычком.

Глава 14

БЕРНАДЕТТА

Чтобы окружить Давингтон по суше сплошным кольцом укреплений, потребовалось бы не менее месяца. Мы разбили два лагеря по обеим сторонам дороги, ведущей к центральным воротам города, а прямо на дороге установили обе бомбарды.

Вал и ров окружали наши укрепления, и мы были готовы к обороне также. Двое других ворот города контролировали конные разъезды. Вылазке противника крупными силами они не могли бы противостоять, но этого от них и не требовалось.

— Как видишь, Жасс, Хагерти в наших руках, но кораблей нет, и Давингтон блокировать с воды нечем! Следовало сразу идти сюда, оставив Хагерти на потом.

— Пора строить корабли, Грегори — что еще могу сказать!

Тело герцога мои люди передали графу Суттону, новому коннетаблю Давингтона. Бедняга пребывал в растерянности. Господин мертв, город блокирован с суши.

Я не начинал обстрел города, ждал обоза из Корнхолла со снарядами и порохом.

Дева реки не подвела меня. На южном берегу вода размыла насыпь, и движение по мосту прекратилось. Застрявшие на северном берегу торговые обозы попали мне в руки.

Жасс захватил предмостное укрепление очень быстро и просто. Под прикрытием арбалетчиков горцы выломали ворота тараном из дубового ствола и перебили гарнизон.

Две роты арбалетчиков заняли укрепление. Мои люди убили людей короля Руперта. Я сделал первый шаг.

На следующий день Бернадетта выманила меня на прогулку к морю.

В сопровождении телохранителей и пажей мы выехали на север, а потом, скрывшись из виду с городских стен, свернули вправо по накатанной дороге и выехали на берег. Отмели обнажены отливом. Запах водорослей, сохнущих под солнцем, был мне неприятен.

— Унылое место, сестричка! Не стоило сюда приезжать.

— Но здесь проходит накатанная дорога, Грегори!

— И что это значит?

— Люди ездят по ней, и для чего-то это им нужно! Проедем дальше?

— Попробуем.

Мы пришпорили коней. Бернадетта мчалась впереди, и ветер играл ее белой полупрозрачной вуалью.

Дорога от берега моря поднялась в холмы, и через полчаса скачки мы увидели обширные руины в живописной долине между холмов на берегу голубого озера.

— Устроим у озера привал?!