ЭДЕМ-2160
Шрифт:
"Да, авторитет сильная вещь", думал про себя Саймон, глядя, как все без колебания ставят свои подписи на документе. На этом экспертиза завершилась.
Позже состоялся небольшой банкет, на котором все присутствующие тепло отзывались о работе Саймона. И хотя он не был тщеславен, ему польстили подобные речи, и настроение портила только неожиданно появившаяся зубная боль.
Без пятнадцати шесть Саймон был уже в гостиничном номере. Он аккуратно сложил бумаги и отчеты, переоделся в вечерний костюм с темным однотонным галстуком и, оставшись довольным своим отражением в зеркале,
В ресторане было людно, но шум странным образом рассеивался. Очевидно, работали хорошие звукопоглотители – заведение оправдывало свое имя. В этом крыле отеля располагался "Брисбен" – самый шикарный ресторан Сиднея. Отдельные уютные кабинки тут и там были разбросаны среди экзотических, тропических зарослей и стеклянных ширм с пузырьками воздуха и водяными потоками. В центре зала рос огромный сорокаметровый эвкалипт, и его крона находилась на высоте четвертого яруса. Второй ярус балконом опоясывал полусферу ресторана, где у дальней от входа стены с него изливался искусственный водопад. Третий ярус представлял из себя большие вычурные карнизы, а четвертый был цепочкой площадок на каркасе ажурных переходов.
Для тех, кто жаждал компании, а не уединения, в центре зала стояли столики, а у дальней стены находились танцплощадка и сцена. Живой оркестр подыгрывал местной поп-диве, бросавшей томные взгляды в публику. За ее спиной огромный голографический экран повторял все ее движения, а лазерные лучи разрисовывали прозрачные струи водопада.
"Представляю здешние цены, если они раскошелились даже на живой оркестр", без энтузиазма подумал Саймон. Однако скупость ему была не свойственна, тем более, что конверт с сегодняшними премиальными был весьма увесист. Саймон заметил спешащего к нему метрдотеля, с которым обменялся любезной улыбкой.
— Вам заказан столик в первом ярусе. Вы хотите поближе к сцене? – метрдотель застыл восковым изваянием, всей позой выражая вопрос и желание услужить.
— Пожалуй, – Саймон небрежно кивнул.
— Гейл, проводите мистера Мерфи к месту номер сто восемь и проследите за заказом. Приятного вечера мистер Мерфи, – метрдотель испарился почти мгновенно.
Саймон последовал за вертким официантом и обнаружил свой столик в тенистой куще буквально в дюжине ярдов от сцены.
Как раз в этот момент волоокая дива исчезла за кулисами и ее сменила сестра-близнец, отличавшаяся от предшественницы еще большей томностью взгляда и более глубоким контральто. Она бросила на Саймона обжигающе страстный взгляд и благосклонно кивнула оркестру.
По мановению руки метрдотеля перед Саймоном появился ужин, и он углубился в экзотику австралийской кухни. Минут через десять за соседним столиком появилась очень эффектная молодая женщина, казалось нимало не интересовавшаяся происходящим вокруг. Она курила тонкую длинную сигарету, и по ее лицу было видно, что она глубоко задумалась о чем-то своем. Саймон заинтересованно посматривал в ее сторону, но женщина упорно не замечала его взглядов.
От созерцания соседки его оторвал вежливый вопрос:
— Извините, у вас не занято?
Саймон
— Я не отниму у вас много времени, – мужчина сел, так и не дождавшись приглашения. – Мистер Мерфи, я к вам по поводу сегодняшнего эксперимента. Ведь это вы сегодня присвоили девочке "синий" статус?
— Вы проявляете поразительную осведомленность обо мне и моих делах, – в голосе Саймона скользнула язвительность.
Собеседник оставил, однако, этот выпад без внимания и продолжил:
— Нам нужна ваша подпись под актом. Остальные обязательно подпишутся, нам важны именно вы. Разумеется, на ваш счет уже завтра будут перечислены комиссионные. Подпишите, пожалуйста, – незнакомец протянул Саймону бумагу.
Тот бегло просмотрел содержание, а собеседник, как бы развеивая последние сомнения, добавил:
— Надеюсь, нет необходимости уточнять ведомство, в котором я состою.
— Разумеется, – хрипло сказал Саймон.
Он быстро черкнул в трех местах документа и передвинул его по столу соседу.
— Всего хорошего, мистер Мерфи, – собеседник удалился. Слегка задев листья гинкго над столом.
"Чертовы спецы! Вечно лезут, куда ни попадя", Саймону было неприятно, что сейчас он отдал будущее неизвестной ему девочки в руки спецслужб. Как он мог забыть, что все гарантированно полезные мутации переходят в ведение Бюро Генетического Контроля при Мировом Совете. Мать той нерожденной девочки, которую он сегодня исследовал, наверняка уже под каким-нибудь благовидным предлогом перевозят в спецклинику, где будут сторожить как легендарный Форт-Нокс. Но больше всего Саймона злило то, что он не мог ничего с этим поделать: он знал себе цену, с его мнением считались тысячи людей, но здесь он был бессилен.
Саймон скомкал салфетку и бросил ее в тарелку. Вечер был безнадежно испорчен.
Часом позже, уже в своем номере, Саймон, мучаясь от подкатившей опять зубной боли, пытался заснуть. В голову лезла всякая чушь, и он никак не мог сосредоточиться на завтрашней лекции. В конце концов, к трем часам утра ему удалось сомкнуть глаза, однако вскоре его разбудил холод. Саймон непонимающе посмотрел на будильник, где веселый кенгуру подпрыгивал между праздничными цифрами пять – ноль – восемь.
За окном глухо грохнуло, отчего стекло тоненько зазвенело. Саймон ступил на холодный пол и, поджимая ноги как от битого стекла, подошел к радиатору.
"Холодный, собака", он прошипел ругательство сквозь зубы и набрал номер портье на терминале. Вместо бодрого лица на экране засветилась надпись "доступ временно ограничен". Секундой позже ему в номер постучали. Недовольно ворча, Саймон поинтересовался:
— Кто там?
— Это портье, – ответил молодой голос за дверью. – Наша администрация просит вас не беспокоиться. Мы выплати неустойку за все неудобства.
— А что случилось, – крикнул Саймон в уже открытую дверь, но там никого не было, и только еще два-три соседа по этажу заспано разглядывали полутемный коридор.