Элементарно, Ватсон!
Шрифт:
Пятница, 28 октября, Джонни
Мы отправились домой через Кордову. В «Кордова-Хаус» встретились с Мирой Гордаофф, которая ездила в домик деда на заливе Босуэлл. Это тихая симпатичная девушка с густыми черными волосами, выглядящая моложе своих девятнадцати. Мы рассказали ей, что, по нашему мнению, произошло.
Она была, ну не знаю, будто в ступоре. Не поверила нашим словам о ее бойфренде, но сказала, что его друг, Фред, ей не нравится. Сказала, что Фред был пилотом, что он старше Криса и что оба они приехали на Аляску этим летом в поисках работы. Сказала, что они с Крисом отправились на выходные в залив Босуэлл, а потом прилетел Фред и забрал Криса, сказав,
Помню, как-то Джим сказал мне, что самое ужасное в работе патрульного — беседа с родными жертвы. «Никогда не знаешь, как они отреагируют», — сказал он.
Это точно.
Комментарии
Миссис Дуган. [Комментарий удален автором.]
Катя. теперь у меня есть мистер луна
Катя. мама говорит спасибо Джонни!!!!@!
Четверг, 5 декабря, Джонни [репост]
(www.ADN.com. 10.00) БО США ПРЕКРАЩАЕТ ПОИСКИ. Береговая охрана США прекратила поиски небольшого самолета, пропавшего в конце октября. Пилот, Фредерик Бедролл (41 год), из Анкориджа, и его пассажир, Кристофер Мейсон (37 лет), также из Анкориджа, вылетели на принадлежавшей Бедроллу «Сессне-172» из Кордовы, где Мейсон навещал свою невесту, Миру Гордаофф.
Спасатели, включая аварийные бригады с базы национальной гвардии «Калис эйр» и из «Гражданского авиапатруля», вели поиски на протяжении нескольких недель, однако не обнаружили ни обломков, ни каких-либо других следов Бедролла или Мейсона. Поскольку, согласно плану полета, большая часть пути должна была пролегать над Проливом, предполагается, что самолет утонул. «В проливе Принца Уильяма сильные течения и приливы, — сказал метеоролог НМС Джим Кемпер. — Возможно, сейчас этот самолет уже на полпути к Гавайям».
На следующий день, после того как самолет не прибыл в Лейк-Худ, как планировалось, Мира Гордаофф рассказала: «Я проводила их из аэропорта Кордовы. Они должны были вернуться в Анкоридж в тот же день к вечеру. Я смотрела, пока они не скрылись из виду, и хотя я не пилот, но, на мой взгляд, самолет выглядел вполне нормальным».
(www.ADN.com, 16.13, обновление) Исчезновение Бедролла и Мейсона приняло странный оборот. Сегодня днем представитель Патрульных Аляски сообщил, что «Сессна-172», на которой летели мужчины, была украдена со взлетной полосы Лейк-Худ за неделю до происшествия. Судно зарегистрировано на Мэттью Лидхольма из Эйрпорт-Хайтс, который сказал, что ему о краже сообщила полиция. «Интересно, зачем я платил за место», — добавил Лидхольм. Он также сказал, что, насколько ему известно, никогда не встречал пропавших мужчин.
Комментарии
Джордж. Есть множество способов обработать двигатель самолета так, чтобы он не долетел до места назначения. Черт, да хотя бы сахар в топливном баке. Даже я до этого додумался.
Джим. Нет обломков — нет улик. Нет улик — нет дела.
Бобби. Месть — блюдо, которое лучше подавать холодным.
Миссис Дуган. Диффамация: публичное распространение порочащих сведений ( www.merriam-webster.com ).
Рейнджер Дэн. [Комментарий удален автором.]
Берни. [Комментарий
Бобби. Ой.
Дана Стабеноу родилась в Анкоридже и выросла на семидесятипятифутовом рыболовецком судне в заливе Аляска. Она знала, что существует более теплая, сухая работа, а потому стала писателем. Ее первый научно-фантастический роман, «Вторая звезда», остался незамеченным; ее первый детектив, «Холодный день для убийства», получил премию «Эдгар»; ее первый триллер, «Игра вслепую», попал в список бестселлеров «Нью-Йорк таймс», а ее двадцать восьмой роман — и девятнадцатая история про Кейт Шугак, — «Беспокойный покойник», вышел в феврале 2012 года. Сейчас Стабеноу живет на Аляске. Ее долгие близкие отношения с Шерлоком Холмсом начались, когда она в десятилетнем возрасте добралась до авторов на букву «Д» в публичной библиотеке Селдовии. Она надеется, что Мэри Расселл ничего не узнает.
Похожее странное происшествие вспоминает доктор Ватсон в «Случае с переводчиком», впервые опубликованном в журнале «Стрэнд» в 1893 году и включенном в сборник «Записки о Шерлоке Холмсе».
Авторское право
Чарлз Тодд
Джон Уитмен встал, когда дверь его кабинета распахнулась и на пороге возник энергичный мужчина с встревоженным лицом.
— Сэр Артур. — Уитмен протянул руку.
Сэр Артур Конан Дойл крепко пожал ее со словами:
— Спасибо, что встретились со мной так быстро, Джон. Дело весьма срочное. — Он уселся в кресло напротив своего адвоката и продолжил: — У Холмса большие неприятности.
— Неужели? — ответил Уитмен, пряча улыбку.
— Да! — раздраженно бросил Конан Дойл. — На него подали в суд.
— В суд! Вы серьезно?
— Уверяю вас, такими вещами я не шучу.
— Но Холмс — прошу прощения за мои слова — всего лишь плод вашего воображения. Я могу понять, если кто-либо подаст в суд на вас. Такие случаи с писателями нередки. Например плагиат. Или клевета. Нарушение прав. Но никто не подает в суд на главного героя.
— Что ж, все когда-нибудь случается в первый раз. Это пустяковое дело. Я хочу от него избавиться.
Уитмен потянулся за бумагой и ручкой.
— Начнем с самого начала. По какой причине на Холмса подали в суд?
— Смит, мой издатель, захотел опубликовать новый рассказ, и я его написал. В основу легли некоторые события, случившиеся, когда я изучал в Эдинбурге медицину. Разумеется, я перенес место действия из Шотландии в Лондон и изменил все имена. В итоге получился совсем другой случай, отлично подходивший для Холмса. Не было никаких причин опасаться, что кто-либо докопается до источника сюжета.
— И что произошло с этим рассказом? Вы передали его издателю?
— Сразу, как только закончил. Три дня спустя мне сообщили, что кто-то намеревается подать на Холмса в суд.
— А как этот кто-то узнал о существовании рукописи?
— Понимаете ли, в этом суть проблемы. Он не мог этого узнать. Рассказ читали только два человека: я и мой издатель.
— А каким образом вы передали ему рукопись?
Конан Дойл улыбнулся.
— Вопрос, достойный Холмса. Через частного посыльного. Но между тем моментом, когда я отдал рукопись, и тем, когда ее получил адресат, прошло не более трех четвертей часа. Этого времени не хватит, чтобы прочесть рассказ, не говоря уже о том, чтобы сделать копию.