Феникс
Шрифт:
В комнате отсутствовали окна, и казалось, не было других выходов. Я мог бы поспорить, что в комнате имеется потайная дверь — эти люди всегда так работают, но обнаружить ее не сумел. Лойош заерзал у меня на плече: ему не нравилось отсутствие путей отступления. Ротса, сидевшая на другом плече, почувствовала тревогу Лойоша и тоже начала нервничать. Взгляд Боралиноя поочередно остановился на каждом из моих джарегов. А потом он перевел глаза на меня.
— Я слышал о вас, лорд Талтош, — сказал он.
— А я о вас, ваша светлость.
— Вы хотели со мной поговорить.
— Это личный вопрос, ваша светлость.
Не сводя с меня глаз, Боралиной сказал:
— Кор, Нваан, никому не рассказывайте о том, что услышите здесь.
Что ж, на большее рассчитывать не приходится.
— Я пришел, чтобы попросить у вас совета относительно моей семейной жизни, ваша светлость.
— Извините. Я не женат.
— Как жаль, ваша светлость. Брак — это настоящее благословение. Но я не сомневаюсь, что вы в состоянии мне помочь, ваша светлость.
Он вытащил лежавший под воротником ароматизированный платочек и помахал им перед своим лицом, промокнул углы рта и смял в руке, после чего откинулся на спинку кресла:
— Вы говорите о женщине, которая работает со смутьяном из Южной Адриланки.
— У меня нет другой жены, ваша светлость. Я бы ужасно не хотел ее потерять.
— Почему вы пришли ко мне?
— Этих людей арестовали по вашему приказу. Я полагаю, вы можете приказать их отпустить.
— Почему вы думаете, что их арестовали по моему приказу?
— Прошлой ночью мне приснился сон, ваша светлость. А мы, люди с Востока, верим в сны.
— Понятно. — Он наклонился вперед и посмотрел мне в глаза. — Баронет Талтош, послушайте меня внимательно, чтобы мне не пришлось повторяться. Эти мерзавцы сеют настоящую смуту — и не только в Южной Адриланке. Они оказывают влияние на то, что происходит по всему городу — и даже за его пределами. В некоторых районах наши доходы заметно упали — теклы становятся слишком умными. Если бы процесс шел самостоятельно — что ж, тут ничего не поделаешь. Но мы видим, что причина кроется в подонках, которые слишком многое себе позволяют. И кто оказался среди их руководства? Ваша жена, Талтош, джарег. Империя через нашего представителя обратилась к нам с жалобой. Нам было отказано сразу в нескольких просьбах из-за того, что беспорядки вызваны вашей женой. Мы не можем терпеть столь вопиющее безобразие.
Да, я отдал приказ об их аресте. Я даже расскажу вам, как все произошло, Талтош. Мой волшебник взорвал сторожевую башню в Южной Адриланке, и мы повсюду разбросали листовки, из которых следовало, что в происшедшем виноваты выходцы с Востока. Вы удивлены? Смутьянов необходимо изолировать, что я и сделал. И если операция проведена недостаточно тщательно, я готов исправить свою ошибку.
Я сожалею, что ваша жена оказалась вовлеченной в банду возмутителей спокойствия, лорд Талтош, мне действительно очень жаль. Вам просто не повезло. Выпустить ее? Она из тех, кого я должен был обезвредить прежде всего. Так что придется вам принять то, что произошло. Найдите себе кого-нибудь другого. Если это будет в моей власти, она останется гнить в Имперской тюрьме до
— Спокойно, босс.
— Я пытаюсь, Лойош. Держи Ротсу под контролем, ладно?
Я некоторое время молчал, стараясь справиться со своим гневом и не показать, что я чувствую. Затем заговорил очень медленно, тщательно подбирая слова, чтобы случайно не совершить ошибку:
— Значит, вы сделали так, чтобы мою жену арестовала Империя?
— Да.
— Именно мою жену?
— Да.
Я оглядел его с головы до ног и сказал:
— Вы знаете, я намерен вам помешать.
— Ничего не выйдет, — ответил он и на несколько секунд сконцентрировался.
Дверь у меня за спиной распахнулась, я повернул голову — в кабинет Боралиноя вошло пятеро джарегов. Все с кинжалами в руках; не сомневаюсь, они ждали приказа своего босса. Я повернул голову обратно и увидел, что Боралиной отодвинул свой стул назад и два телохранителя встали между ним и мной. Убийца обнажил короткий меч. Вес замерло в жуткой неподвижности, казалось, время между биениями сердца растянулось над океаном движения, мир застыл, мгновения длились бесконечно.
— Вы правы, — наконец проговорил я. — Я намерен вас убить.
И вот что интересно, если бы их было меньше, я скорее всего не вышел бы из комнаты живым. Но помещение оказалось слишком маленьким, и они не могли действовать одновременно — тем более что я имел преимущество первого хода, которым и воспользовался. Лойош четко и ясно показал, что делается у меня за спиной, и я сумел метнуть пару кинжалов в животы тех головорезов, что стояли позади. Остальные на несколько мгновений замешкались, а Ротса тем временем метнулась к самому опасному из них — волшебнику.
Я резко развернулся, бросил пригоршню дротиков в сторону троицы, загораживающей двери, и нырнул в сторону, уходя от встречной атаки. Прежде чем они успели прийти в себя, я уже выскочил в коридор. Лойош полетел вперед, чтобы выяснить, что меня ждет дальше, я же повернулся к двери.
Мне как раз хватило времени на то, чтобы вытащить рапиру, которая часто проигрывает в схватках с длинными драгейрианскими клинками, но очень удобна против джарега, который бросился на меня. Я рассек руку с кинжалом и пронзил его горло двумя быстрыми движениями кисти, дед мог бы мной гордиться, а затем отступил на пару шагов.
Когда Ротса вылетела из комнаты, чтобы присоединиться к Лойошу, на случай, если ему потребуется помощь, я уже держал в левой руке метательный кинжал. Вирра, моя богиня, какая в тот день из нас получилась команда! Мощный боец с коротким мечом подскочил к двери и получил удар в самый центр груди. Он не упал, что дало мне дополнительное преимущество, поскольку он почти полностью загородил дверной проем.
Я не слишком хороший волшебник, но не нужно обладать особыми способностями, чтобы на несколько секунд закрыть дверь. Они и дали мне возможность спастись.