Фишка
Шрифт:
– Очень даже местная. Просто ее в командировку услали. И далеко, и, скорей всего, надолго. Сорок четыре дня уже прошло, а об окончании говорить еще рано. В Америку командировка.
– Ого, - покачал головой Женька, - такая важная птица?
– Ну, наверное, не из последних. Работает в большой серьезной компании с обширными международными связями. А о такой командировке она уже давно мечтала. И тут как раз я... Ну, не бросать же ей работу, - вздохнул Димка, и Женьке показалось, что он утешает сам себя.
–
– Да что-то вроде того.
– Так где же вы все-таки познакомились?
– Не поверишь, даже смешно. Она соседка моя. Сам теперь удивляюсь. Можно сказать, полжизни рядом прожили, а я никогда и внимания на нее не обращал.
– А-а, - чуть нахмурившись, протянул Женька. Все, что касалось Димкиной семьи, его дома и, похоже, даже его соседей, невольно вызывало в нем напряжение. Димка сразу ощутил это и поспешил сменить тему.
– Ну, а как Любаня твоя?
– словно ничего не заметив, спросил он.
– Как встретила? Мне она ни разу не позвонила. Раньше-то чуть что, так сразу ко мне.
Это было действительно так. В самых редких случаях, когда Любаня не могла найти Женьку, она звонила Димке, так что он всегда находился в курсе их отношений.
Любаня - давняя и единственная боль Женьки, а история их длинная и запутанная.
– Смотри, вон она, - на первой же переменке показал Женька на незнакомую девчонку.
Друзья жили в соседних домах, образующих один общий двор, а учились в параллельных классах, так что Димка не мог еще знать о том, что в классе Женьки появилась новая ученица.
Заканчивалась уже вторая четверть шестого класса, когда на урок географии классная руководительница привела новенькую. Ее отца, военного, перевели к ним с Украины, и девочке пришлось поменять школу уже в середине учебного года.
Женька от новенькой обалдел сразу, с первого взгляда. Димка же в ней ничего замечательного не находил - полненькая простушка, неприметная, с конопушками, да еще и ушки оттопыренные. Женька же словно помешался. На следующий год он даже попросил, чтобы их посадили вместе.
Почувствовав свою власть над мальчишкой, Любаня очень скоро превратила его в своего раба. Он занимался с ней математикой и физикой, в чем она не была сильна, таскал после школы ее портфель, угощал на переменках яблоками и конфетами и тайком, как ему казалось, приносил к дверям ее квартиры цветы и красивые открытки.
Тянулось это наваждение до окончания школы. А потом Любаня непонятным образом вдруг почти сразу после выпуска вышла замуж.
Что творилось с Женькой! Димка даже испугался. Да, он тогда не на шутку беспокоился за него. К тому же в это время надо было как раз сдавать экзамены - Димке в медицинский, а Женька поступал в политехнический. Удивительно, но им обоим это удалось.
Однако едва начались занятия, Женькины родители, посчитав, что их сын, наконец, стал совсем взрослым, самостоятельным и в них уже не нуждается,
Когда, наконец, закончилась эта разводно-разбежно-квартирная кутерьма, и Женька прожил в своей собственной квартире целых десять дней, он прочувствовал, как сладка свобода. Вот тогда он посчитал, что его жизнь налаживается, и вдохновенно принялся за ремонт.
Спустя год, ни квартиру, ни Женьку было не узнать. Он легко и с удовольствием учился, активно занимался спортом, успешно защитил диплом и устроился на хорошую работу по специальности. Вот только с девушками Женька не встречался, хотя и нравился многим.
Но тут с Любаней, у которой уже рос ребенок, вдруг расстается муж. Он ушел от нее, даже не объяснив, чем это она его не устроила, и Любаня бросилась к Женьке.
Она плакалась, что совершила ужасную ошибку, так скоро и неблагоразумно выскочив замуж, что ей очень одиноко и невероятно трудно материально. Говорила, что Женька единственный хороший человек, который ей встретился в жизни и вообще...
Конечно, Женька быстро растаял, всячески успокаивал и утешал бедную Любаню и взял ее под свою опеку. Помогал по дому, снабжал продуктами, гулял с ребенком, покупал ему игрушки и находил мыслимые и немыслимые способы подработать, чтобы иметь возможность помогать им. Но однажды пришел к ней с целой сумкой провизии и застал у нее на кухне мужика в одних трусах. Он сидел за кухонным столом в тапочках бывшего Любаниного мужа, одетых на босу ногу, и с шумом наворачивал окрошку.
– Это Петя, - пояснила Любаня, - пришел помочь мне, полочку повесить.
– Ну и как, повесил?
– подчеркнуто спокойно спросил Женька.
– Повесил, - с вызовом ответила Любаня.
Женька оставил пакеты с продуктами и ушел.
Вечером он напился, а на следующий день запретил себе даже думать о Любане, а Димке говорить с ним о ней.
Запретить-то запретил, но Димка видел, как ему было больно.
Специалист по полочкам прожил у Любани недолго. Она его сама прогнала - работать не хотел, перебивался случайными заработками, да и те тратил только на себя. Но по слухам, которые Женьку, конечно же, интересовали, Любаня одна не оставалась. Правда, все так же ненадолго.
Но однажды они встретились. Совершенно случайно, как посчитал Женька. И надо же было такому случиться именно тогда, когда Женьке понравилась, наконец, девушка, которая пришла к ним работать после окончания института. Димка видел ее, и ему показалось, что это не она понравилась Женьке, а, скорее, он ей. Миловидная, не по-современному скромная, но, по сравнению с Любаней, несколько болезненного вида.