Геракл
Шрифт:
Для этого у меня еще сил хватит,- ответил голос из камня.
Начинай, прошу тебя. Я внемлю тебе.
Так слушай же. После твоего последнего подвига на службе у царя Эврисфея распрощался я с тобой и отправился в далекую область Эллады Галларию, где правил мой давний знакомый царь Даллий.
А как же Мегара, Иолай? Почему ты не вернулся к своей жене?
Не хотел я рассказывать тебе об этом, Геракл, но если уж ты об этом спросил... Мы поссорились с ней, и я покинул ее...
Как? Первый раз об этом слышу!
Ведь мы так долго не виделись
Да, ты прав, Иолай... Продолжай же свой рассказ.
Так вот, пошел я в Галларию...
Но зачем, Иолай? С нашей славой ты легко мог найти себе почет и подобающую службу в любой из центральных областей!
Не все так просто, Геракл, не все так просто. Ведь не люди распоряжаются делами мира, а боги.
Иолай помолчал немного, как будто собираясь с духом, потом продолжил:
Когда-то давно я поклялся отработать остаток моей жизни на службе у царя Даллия, если мы с тобой победоносно завершим подвиги. Судьба и боги были благосклонны к тебе, Геракл, в результате чего ты стал известнейшим изо всех смертных, наиболее почитаемым изо всех героев. О тебе стали петь песни, слагать легенды. И я подумал: без моего обещания богам ничего бы этого не было. А обещания надо выполнять, Геракл.
Геракл вспомнил маленького мальчика у костра и свое обещание взять в жены прекрасную Деяниру - сестру Мелеагра. Вздохнул он тяжело и протяжно.
Да, Иолай, прав ты, как всегда. Прошу тебя, не прерывай долгим молчанием свой рассказ, ибо велико мое любопытство.
Муки любопытства - не самые тяжелые, друг, их можно перенести. Но что вытерпел я за время моего нахождения в облике сего камня...
Хорошо, Иолай, я верю, что твои страдания неисчислимы. Так что же Даллий, царь Галларийский?
Он встретил меня радушно, как и подобает встречать если не прославленного героя, то его верного спутника. Я служил ему верой и правдой три долгих года. Но потом приключилась со мной великая беда...
Какая же?
Все из-за моей легкомысленности, о Геракл, все из-за моей легкомысленности.
Постой-постой, Иолай. Я знаю тебя, хвала богам, очень давно. И никогда не мог обвинить тебя в легкомысленности. Тут что-то не так, или я ошибаюсь?
Не знаю, Геракл. Так мне объяснила легкокрылая Ирида, посланница Геры в отдаленных уголках Земли. Она-то и обратила меня в камень.
Ладно, Иолай. Прости, однако, я устал выслушивать твои вздохи. Расскажи, пожалуйста, только саму суть дела.
Дело простое, Геракл. На празднике, посвященном дню рождения Миноты, дочери царя Даллия, испросил я позволения взять юную Миноту себе в жены.
Прекрасная мысль, Иолай! Что же девушка?
Она была согласна, потому как давно любила меня большой и сильной любовью.
А Даллий?
Старик также был не против. Это была большая честь для него - породниться со мной, ведь таким образом он становился родственником человека, о котором знали, практически во всех уголках Греции. Благодаря тебе, Геракл, и тому, что мы с тобой совершили!
Что же сказал царь Галларийский?
Слушай
Почему, Иолай?
Понимаешь, мне необходимо было уладить кое- какие дела. Ведь множество девушек из самых славных родов Греции покорно ждали моего согласия взять одну из них в жены. А где девушки, там и их отцы, матери и куча остальных родственников.
Ты боялся стать многоженцем, Иолай? Насколько я понимаю, с Мегарой ты расстался. После нее у тебя никого не было?
Точнее, Геракл, не было жены, но я пообещал свою руку многим женщинам, и многие цари желали породниться со мной. Они ожидали моего решения. И мне пришлось навестить каждого из них...
Если бы это пришлось делать мне, то это был бы мой настоящий тринадцатый подвиг, Иолай.
Правильно, друг. Ты себе представить не можешь... Хотя нет, о чем это я? По твоим только что прозвучавшим словам я понимаю, что ты себе это представляешь очень даже хорошо! Да, ты себе представляешь, как тяжело было исполнить мне эту миссию!
Я только одного не представляю, Иолай,- как ты вообще остался в живых после этих путешествий?
Тем не менее, это так,- ответил голос Иолая.- К мукам моей совести добавлялись иные муки. Те, которым меня подвергали отцы и родственники отвергнутых невест. Нелегко было забирать данное в спешке слово. Но, никогда сгоряча ничего не обещай, Геракл, иначе попадешь впросак, попомни мои слова!
Геракл снова подумал о Деянире и опустил голову.
Что же было с тобой дальше?
– поспешно спросил Геракл, чтобы отогнать тревожные мысли.
Я заимел кучу врагов, Геракл. Отец каждой невесты норовил оскорбить меня, обозвать лицемером и своим врагом до конца дней. Один запер меня в подземелье, чтобы потом рассчитаться со мной. Если бы не халатность ленивого стражника, не знаю, разговаривал бы я с тобой сейчас даже в таком виде...
Ты хочешь сказать, что существование в виде камня лучше смерти, Иолай?
О да, Геракл, потому что пока у меня есть надежда снова стать человеком. А из царства мертвых не возвращаются, ты ведь хорошо знаешь это.
Геракл вспомнил своего друга, царя Адмета и его жену Алкестиду, которую спас от мрачного царства теней, вырвав из рук бога смерти Таната.
Постой, Иолай!-вскричал Геракл.- Разве не помнишь ты, как я сражался за прекрасную Алкестиду? Мне тогда удалось вернуть ее к жизни.
Разве ты легко сделал это?
– возразил Иолай.
Нет,- признался Геракл.- Мой поединок с Танатом был долог и ужасен. Бог смерти тогда страшно обиделся на меня.
Танат приходит к человеку, которому суждено умереть и срезает своим мечом прядь волос с его головы...