Герцогиня

Деверо Джуд

— И что же Велли натворил на сей раз? — спросил он, сняв руки с плеч Клер.

— Я была с ним. — Девушка не плакала, но он чувствовал, что она дрожит.

— Была с ним? — тихо переспросил Гарри, поняв ее по-своему. — Так вы что, хотите выйти за него замуж?

Клер отпрянула назад.

— Замуж?! За него?! Да вы в своем уме?! Гарри почувствовал несказанное облегчение.

— Мы подождем немного и посмотрим. Если окажется, что вы ждете ребенка, мы поженимся как можно раньше. Я скажу, что ребенок мой, и…

Клер в ужасе посмотрела на него.

—

О чем это вы?! Что вы…

— Ну, если вы… были с ним, то… Клер захохотала.

— О, Гарри, какой вы смешной! Я имела в виду совсем другое. Последние несколько дней я не болела, а ухаживала за заболевшим Тревельяном.

— О-о! — только и смог сказать Гарри. Он не мог показать Клер, что ничего не знал о ее болезни. Всего несколько часов назад он возвратился из поездки и больше всего на свете мечтал о хорошем обеде. Гарри, конечно, заметил, что Клер не было за столом, но к этому он уже привык. Гарри не понимал американцев, да и не имел ни малейшего желания понять. Если Клер не желает обедать за общим столом, это ее дело.

— Он — капитан Бейкер, — сказала Клер гневно.

— Да.

— Я хочу знать о нем больше. Что он здесь делает, почему скрывается?

Гарри никогда не видел Клер такой возбужденной. Лицо ее раскраснелось, глаза горели.

— Клер, вы влюбились в него?

— Нет, — ответила она, и Гарри по глазам понял, что это правда. — Я не люблю Тревельяна.

Гарри опять вздохнул с облегчением, хотя и нахмурился. Он знал по опыту, что, если женщина хочет поговорить о чем-то, беседа может затянуться надолго. И он с тоской вспомнил об обеде. Открыв дверь, он сказал слуге, чтобы тот принес его обед в голубую гостиную и приказал не мешать им с Клер.

— А теперь, дорогая, расскажите мне, что сделал Велли, чем так вас расстроил. — Он хотел знать, что его брат рассказал Клер, как много она теперь знает о подлинных отношениях Тревельяна с его семьей.

Клер начала рассказывать и не могла остановиться. Гарри думал, что его невеста спокойная и немногословная девушка (кстати, он считал эти качества большими достоинствами). Но сейчас он с трудом разбирал слова, так быстро говорила Клер. Она рассказывала о времени, проведенном с Тревельяном, о том, как Велли взял ее с собой к Мактавриту. Она рассказывала Гарри об их прогулках и обедах, о книгах, увиденных в кабинете. Клер замолчала, когда слуга принес обед и поставил его на большой стол. Как только они опять остались одни, Гарри принялся за еду, а Клер, расхаживая по комнате, продолжила рассказ.

— Вы не знаете, что значил для меня капитан Бейкер. Я изучала его жизнь и труды. Я так много знаю о нем!

Гарри никак не мог понять, чем Тревельян так огорчил Клер. Тем, что не сказал ей правду, лгал, держал в тайне свое настоящее имя? Это ее так разозлило?

Но, когда она стала рассказывать о карикатурах, сделанных Велли, он начал понимать. Когда Гарри впервые увидел карикатуры на себя, он был оскорблен до глубины души. Тревельян изобразил его малышом с буклями, вцепившимся в мать. На одном рисунке, изображавшем мать,

у нее было лицо Гарри. Впрочем, было еще много обидных карикатур.

Гарри рассказал Клер, что Тревельян рисовал карикатуры на всех, в том числе и на себя самого. Они были самыми злыми. Тревельян изображал себя легковерным глупцом, доверяющим людям, которые его всегда предавали.

Но что-то беспокоило Гарри. Он не знал, что Клер проводит так много времени с его братом, предполагая, что она занимается обычными для женщин делами. Для него стало неприятным открытием, что его невеста проводит с Тревельяном дни и даже ночи, бродит с ним по холмам и подземельям.

— Тревельян может быть очень злым, — проговорил Гарри с набитым ртом. Он наблюдал за Клер. — Но женщинам он нравится.

— Мне он тоже нравился. Я думала, он мне друг, а он просто изучал новый объект! Ваш брат пишет обо мне так, будто я какая-то дикарка, а он описывает для нации мои странные привычки.

— Не хотите ли кусочек ростбифа? Он отлично приготовлен.

Клер села за стол, Гарри положил ломтик мяса ей на тарелку, но она не стала есть.

— Расскажите мне о нем. Что сделало его таким холодным, таким бесчувственным?

Гарри удивился. Это Велли то человек без чувств?! Он был одним из самых темпераментных людей.

— А почему он здесь? Почему вы приютили его?

— Что он рассказывал вам о родственных узах с моей семьей?

Гарри затаил дыхание в ожидании ответа. Тревельян говорил, что ему не нужен ни титул герцога, ни то, что ему сопутствует. Но стоит ему переменить решение, и Гарри окажется в глупейшем положении. Он получит какие-то деньги от матери, но на большее нечего и рассчитывать. Если он потеряет американскую наследницу (а этого ему хотелось меньше всего), то будет гол как сокол.

— Тревельян сказал, что он ваш двоюродный брат или что-то в этом роде.

— Да, все так. Он мой родственник, впрочем, как и многие другие обитатели дома.

— И вы заботитесь о всех! — сказала Клер, глядя в красивые глаза Гарри.

— Я делаю, что могу, — ответил он смиренно.

Клер встала из-за стола и начала расхаживать по комнате.

— Объясните мне, почему его так зовут. И почему он держит свое настоящее имя в тайне?

Гарри ответил не сразу.

— Велли отослали из дома, когда ему было девять лет.

— В школу?

— Нет. Насколько я знаю, Тревельян не получил нормального образования.

— А почему его отослали из дома? Гарри пожал плечами.

— Это было года через два после моего рождения, так что я толком ничего не знаю. Мне говорили, что Велли был трудным ребенком. Они со старшим братом все время попадали в неприятные истории. — Гарри улыбнулся. — Однажды, когда они были с отцом во Франции, там разразилась какая-то страшная эпидемия — чума, кажется. Специальные люди на телегах подбирали трупы. Тревельян с братом подкупили возницу, чтобы он взял их в ночную поездку. Мне рассказывали, что они сбрасывали трупы в глубокую яму, где горел странный голубоватый огонь.