Хрусталь
Шрифт:
Впрочем, зачем я вообще разглядываю её как объект своих притязаний? Зачем мне себе самому объяснять, что она не в моём вкусе? Ведь это самая настоящая глупость… Я знаю, что она не в моём вкусе. Я здесь для решения своих корыстных целей. Извини, Олесь, но никто не говорил, что я настоящий джентльмен.
– Как прошёл твой рабочий день?
– У меня дежурство завтра, эти два дня я отдыхал.
– Ой, поняла, привыкла судить о себе… Прости.
– Да ничего…
Меня поразила её мягкость и податливость.
– Значит идём играть в штосс?
– На деньги.
– Есть ли смысл играть иначе?
– Думаю нет, - Она протянула мне ромашку, и я её почему-то взял. – Просто хочется развеяться, я ведь тогда
– Я думал ты меня ненавидишь.
– Дурость какая-то, с чего мне тебя ненавидеть? Ты вроде неплохой парень, с которым можно и в столицу съездить… Просто съездить одним днём, не смотри на меня так!
Неужели она на меня запала?
– Да, иногда ты бываешь каким-то… Козлом… - Она вскинула брови. – Не обижайся, это не злобный козёл, а такой… Маленький, вредный козлик.
– Прекрасно. – Её сравнения меня не то, что не обижали, они не вызывали во мне вообще никаких внутренних колыханий.
– Значит туфли отменяются?
– Пусть это будет на твоей совести, я между прочим рассказала тебе всё, что тебе было интересно, а ты сам обещался, никто за язык не тянул, знаешь ли…
– А на что ты потратила те деньги, что я тебе перевёл?
– Положила в копилочку, но я не буду на них ничего покупать.
– Звучит так, будто у нас теперь общий бюджет, - Я тяжело вздохнул. – Чувствовать себя женатым просто отвратительно.
Она пихнула меня в бок с улыбкой.
– Как хорошо, что я не женат.
Девушка снова приподняла брови, косо на меня поглядывая. Но я как будто был в ударе, ей точно нравился мой идиотский юмор.
Придя на место, мы расположились с другими незнакомыми мне людьми в тесном, тёмном помещении, где дурно пахло потными подмышками. Уж не знаю нынешние участники виновны в этом или же предыдущие посетители, впрочем, чего не сделаешь ради того, чтобы отвлечься от навязчивых мыслей. Олеся сразу же взяла себе какое-то горячительное, достала пачку денег, от которой у меня глаза на лоб полезли. Тут было пять моих зарплат, не меньше… На мой пронзительный, немой вопрос в глазах, она ответила игривым и лёгким наклоном головы, с приподнятыми бровями, шумно отхлебнула какой-то бормотухи из красивой коктейльной рюмки, после чего началась игра. Всего было пять игроков, я был зрителем, сидел чуть позади. Напротив, меня какой-то молодой парень в тёмных очках явно пытался походить на мастера игры в техасский покер, но как по мне выглядел просто смешно. Ещё одна дама справа тучных размеров, явно работала в бухгалтерии, ибо ну как это возможно, что пачка её денег была ещё внушительнее, чем у Олеси?! Какой-то старик слева у меня вызывал странные чувства, мне казалось, что он вот-вот рассыплется, при этом движения у него были чёткие, уверенные, как будто старость – это лишь внешний вид, а внутри он живчик каких поискать. Ну и последний игрок тоже мужчина уже средних лет, чем-то похожий на Макса по своей комплекции, только не лысый, а с роскошной шевелюрой, собранной в хвост.
Игра началась, играли по двое, победитель всегда оставался в игре, а проигравший ждал своей очереди, если желал этого и имел деньги.
Последующие три часа буквально пролетели как миг, я наблюдал за какой-то неведомой для меня магией. Олеся буквально не оставляла никаких шансов своим оппонентам и проиграла лишь в трёх партиях… Из тридцати? Я сбился со счёту. Её и без того внушительная пачка денег росла, как на дрожжах. В один момент, она оказалась на грани, потеряла около семидесяти процентов своего банка, отдав его бухгалтерше, но через несколько туров вернула всё обратно, да ещё и сверху доложила. Полностью «раздела» мальца в солнцезащитных очках, довела до исступлённой ярости владельца роскошной шевелюры, который если бы не я, находившийся рядом,
Только лишь умудрённый опытом дед, сидел, улыбался и строил глазки Олесе, не реагируя никак на то, что его банк тает. На мой немой вопрос, он ответил вслух: «Я молодой человек, в том возрасте, когда находиться с такой статной дамой часами напролёт – это даже ещё большее удовольствие, чем выигрывать у неё». После этих слов, старик совершенно без стеснения потянулся к её руке, нежно взял и начал целовать без остановки, пока Олеся, поперхнувшись своим коктейлем со смеху, не высвободилась, при этом не забывая поблагодарить деда за потрясающее время, проведённое за столом.
Тем не менее, хитрый дед оказался на так прост, и под шумок стянул у неё с десяток банкнот, пока Олеся о чём-то разговаривала с крупье за соседним столом, который оказался её давним знакомым. Я среагировал быстро, схватил ушлого старика за руку так, что тот даже и не понял сначала что произошло. Олеся, отвлекшись на шум, обернулась и жестом показала, чтобы я его отпустил, оставив ему деньги. Он вновь принялся целовать ей руки, говорить, что век не забудет её щедрости, на что она снова самозабвенно расхохоталась и попрощалась с ним.
Далее за столом стартовал техасский холдем, и крупье с соседнего стола, пересел за наш, осведомляясь у Олеси, не собирается ли она всех обыграть и в этой дисциплине?
– Не сегодня, Саш, я уже порядком пьяна… Больше, чем нужно. Рука тяжелеет, а надо, чтобы лёгкая была. Хих…
– Как будто в руке всё дело, ага…
– Так, контору не пали, да?
Она как барышня-боярыня подошла ко столу, достала пакет, взяла в охапку деньги, но некоторые из банкнот просыпались на пол, на что она махнула рукой, щёлкнула пальцами явно в мою сторону и поманила рукой на выход.
* * * * *
– Что. Это. БЫЛО?!
Я находился под впечатлением от произошедшего.
– Это же сколько деньжищ?! И ты ещё хотела, чтобы я купил тебе туфли?! Да ты ходячий банкомат! На эти деньги я бы мог жить… ГОД!
– Ну всё, всё, миленький мой, ну тихо… - Она приложила ладонь ко лбу тыльной стороной, всучила мне пакет с деньгами и обвила своими руками моё предплечье, чтобы лучше держать равновесие. – Голова уже начинает болеть, ужас…
– И ты хочешь, чтобы мы все думали, что вы там реально работаете? Ха! После увиденного сложно делать какие-то выводы в пользу ваших связей с общественностью. – Я сделал паузу, мы каким-то образом уже шагали в сторону её дома, хотя я даже не помню момента, когда мы тронулись. – Нет, не то, что я побегу всем рассказывать, ты не подумай… Я не крыса.
– Вот и славно, пирожочек… Я знала, что на тебя можно положиться.
Она зевала, а я чувствовал себя частью какого-то зловещего плана, о котором ничего не знаю…
– Слушай, давай начистоту, что всё это было? Нет, правда! Какого чёрта?
– Гриша, милый мой, ну выпила немного, перебрала, ну чего бубнить то?
– Да в смысле?! Какое к чёрту перебрала? Это меня беспокоит меньше всего… Я, что твой телохранитель? Этот волосатый чёрт уж точно бы тебя приложил где-нибудь за углом, не будь здесь меня…