Избавитель
Шрифт:
Внутри дом оказался большим и светлым, состоящим по крайней мере из пяти-шести комнат с центральной гостиной-горницей. А у накрытого стола стояла смуглолицая женщина ослепительной красоты в русском сарафане, с короткой прической и с улыбкой смотрела на гостей. С минуту длилось молчание. Потом Никита шагнул вперед и поцеловал ей руку.
— Привет, жрица. Хорошо выглядишь.
Женщина засмеялась.
— Ты тоже, посланник. А это кто с тобой?
— Мои друзья и сын.
— О-о! Ты не побоялся взять сына с собой? Похож, похож. — Хозяйка обошла Будимира, разглядывающего
— Сука-си, [5] — вежливо ответил Такэда.
Женщина белозубо засмеялась, перевела взгляд на Ростислава, и тот почувствовал холодный сквознячок, проникший в голову изнутри. Светлов ощетинился. Сквознячок прекратился. Глаза хозяйки расширились, в них мелькнуло удивление, сменившееся иронической искрой.
— Меня зовут Тааль. А вы, наверное, новый оруженосец?
— Его зовут Ростиславом, — сказал Сухов. — И он не оруженосец. Защитник.
— Хромой? — Тааль оценивающе прошлась взглядом по фигуре Светлова. — И защитник? Оригинально. Хотя, может быть, я чего-то не вижу.
5
Немного (яп.).
— Не держи гостей на пороге, — проворчал Вуккуб с какой-то странной интонацией. — Усаживай за стол. Самое время ужинать.
Тааль отступила, сделала широкий приглашающий жест.
— Проходите, гости нежданные, присаживайтесь. Давно хотела с вами увидеться, да все муж не позволял. Уверял — сами придете. Вот вы и пришли. Первое будете? Я хорошие щи научилась варить, с олениной.
— Пожалуй, не откажусь, — сказал Сухов.
— А вы, Ростислав?
— Я как все, — пробормотал застигнутый врасплох Светлов.
— Тогда сейчас принесу горшок со щами.
Тааль вышла на кухню. Ростиславу показалось — сквозь занавеску, не отодвигая ее. Он встретил взгляд Такэды и понял, что не ошибся в своих ощущениях. Здесь царили законы иного мира, мира Хаббарда, родины Вуккуба и Тааль, где волшебство являлось неотъемлемой частью бытия. Физические законы реальности Земли запрещали слишком масштабные проявления магии, но хаббардианцам удалось создать свой локальный мирок, замаскировав его под деревенскую избу.
Они разделись, по очереди умылись в прекрасно обставленной туалетной комнате.
— Никогда не ел щи с олениной, — сказал Такэда. — Не запротестовал бы организм.
— Свиней у нас не разводят, — усмехнулся Вуккуб, изредка поглядывающий на осоловевшего от тепла Будимира. — Иногда охотники приволокут кабана, но это бывает редко. А вот диких оленей развелось столько, что приходится отстреливать сотнями. Ягель сдирают, травяной покров, тундра начинает заболачиваться. Да и климат меняется, у нас среднегодовые температуры поднялись на десять градусов. А ведь это край вечной мерзлоты, если он потечет — придется переносить города и поселки, строить заново, по
Тааль принесла горшок со вкусно дымящимся варевом, разлила по тарелкам. Будимир хотел было отказаться, но уловил едва заметное движение бровей отца и взял ложку. Правда, съел он немного, однако не без удовольствия и даже похвалил, тихо проговорив:
— Вкусно…
Тааль зарделась, словно получив приз за изготовление блюда, бросила на Сухова-старшего косой взгляд, погладила Будимира по голове.
— Спасибо, мужчинка. Надеюсь, остальным тоже понравится моя стряпня. Насколько мне помнится, оруженосец не ест мяса.
— Я тоже, — сказал Никита.
— Понятно, это возрастное. Помолодеть вы не помолодеете, но сохранитесь дольше. А вы, защитник?
— В принципе большого значения это не имеет, хотя и я предпочитаю растительную пищу.
— Вы думаете, что это характеризует мужчину положительно?
— Я как-то на эту тему не задумывался, просто живу так.
— Люди Земли изначально создавались хищниками, пожирателями животных, хотя опять же обвинять их в этом не стоит. И все же заменить мясо, богатое белками, пока еще трудно. Могу предложить всем тушеные овощи, грибы, жареную оленину и зайчатину.
— Овощи, — в один голос проговорили Такэда, Сухов и Светлов.
— И грибы, — добавил несмело Будимир.
Вуккуб засмеялся. За ним засмеялись остальные, и этот смех на несколько мгновений сблизил столь непохожих друг на друга людей и существ иного мира, «сосланных» в ад Земли за прошлые грехи.
Ужин закончился чаепитием. Чай был заварен травами и листьями брусники и был необыкновенно вкусным. Клевавшего носом Будимира уложили спать, и взрослые собрались в одной из комнат, оказавшейся кабинетом хозяина. В нем умещались два стула, диванчик, стол и на нем современный отечественный «ПиСи» марки «Золотой прииск».
— Теперь выкладывайте, с чем пожаловали, — хмуро произнес Вуккуб, у которого явно испортилось настроение.
Ростислав не знал причин изменения душевного состояния хаббардианца, но догадывался, что оно связано с поведением жены. Тааль слишком много внимания уделяла старшему Сухову.
— Нам нужен выход в Шаданакар, — сказал Никита, как никто другой понимавший состояние Вуккуба. Тот скривил губы.
— А меч Святогора в придачу вам не нужен? Могу сбегать.
— Нужен, — остался серьезным Никита. — Только вряд ли тебе известно, где он находится в данный момент. Вуккуб сверкнул глазами, отвел взгляд.
— Я пошутил. Но и с выходом в Веер помочь не смогу. Ты же искал Книгу Бездн, — повернул он голову к Такэде. — Так и не нашел?
— А разве она не у вас? — с изумительной восточной корректностью спросил Такэда.
Вуккуб посмотрел на него, на Сухова, в свою очередь с прищуром разглядывающего хозяина, покачал головой.
— Вы напрасно рассчитываете на…
— Не становись занудой, — вошла в комнату Тааль, — иначе я решу, что ты постарел. Как говорит древняя мудрость: никогда не ври, если правдой можно добиться большего. Двенадцать лет назад эти люди помогли нам, и не их вина, что мы остались в их хроне в роли отбывающих наказание.