Клятва
Шрифт:
Их тела, то, как они двигались, были абсолютно завораживающими.
Они обеспечивали развлечение вечера.
Одна девушка особенно привлекла мое внимание тем, как её бедра раскачивались в безупречном ритме с песней, пульсирующей в воздухе.
Яркий голубой луч света был направлен на неё, заставляя кожу переливаться неимоверными оттенками сапфира.
На ней были бусы, прикрепленные к тонкому ошейнику. Они обвивали её шею и тянулись к ремню, свободно повязанному
Когда она кружилась, бусины стучали друг о друга, перемещались, разделялись.
Так же, как и любой другой девушки на помостах, бусы практически ничего не прикрывали, но я была уверена, так и было задумано.
Она старалась привлечь внимание к своим стройным грациозным ногам, будто специально этому обучалась.
Возможно, так оно и было.
Жизнь изгоев полностью отличалась от жизни всех остальных. Они выполняли работу, неприемлимую для живущих внутри классовой системы.
Танцы точно попадали в эту категорию.
Особенно вид танца, который исполняла девушка.
Я понаблюдала за ней еще некоторое время, восхищаясь свободой, которой она обладала там наверху.
Дочери торговца ни за что не позволят зарабатывать на жизнь представлениями.
— Я рад, что ты пришла.
–
Глубоким голосом кто-то громко произнес за спиной, прерывая мои размышления.
Я резко повернулась, смутившись быть пойманой глазеющей на танцовщиц.
— Мы знакомы? — спросила я, и тут же узнала его.
Я видела его прежде.
— Ресторан, — поправила я себя.
— Вы были там сегодня вечером.
–
Мужественные черные брови сошлись вместе. Он смотрел на меня с непроницаемым выражением лица.
Возникло такое чувство, что меня изучают, но совсем не так, как вышибала у входа.
Что-то темное и непонятное зашевелилось в желудке. Какая-то неуверенность.
Он казался больше, чем я его запомнила, слишком большим для заполненого толпой пространства, в котором мы находились, и это заставляло меня чувствовать себя по-детски маленькой.
Он занимал слишком много места, забирал слишком много воздуха.
Кожа у меня на затылке напряглась, наркотик, путешествующий по моей кровеносной системе, испарился в мгновение ока, в голове сразу посветлело, очистилось.
К слову сказать, все ощущения усилились, пока глаза оставались прикованными к нему.
— Я не был уверен, что ты придешь сюда сегодня.
–
Его голос был низким — почти приглушенным — несмотря на громкую музыку, гремящую вокруг нас.
— Да, я тоже
не была уверенна, что пойду вообще куда-нибудь сегодня, — резко ответила я.
Он неуверенно поднял бровь.
— Я не вовремя?
–
Я посмотрела на неугомонную толпу вокруг нас.
Если бы мне на самом деле захотелось побыть одной, “Жертва” был последним местом, куда бы я пошла.
И вдруг я почувствовала себя в ловушке его холодных глазах цвета кремния.
Они каким-то непонятным образом волновали меня.
Дыханье сперло, появилось ощущение, что я должна отвести взгляд.
И все же не могла.
— Да нет, все нормально, — наконец выдавила я. В животе затянулся узел. Узел из тугих нитей нерешительных эмоций.
Чувство, что от этого парня нужно бежать, укрепилось.
Он нахмурился, но губы изогнулись в ухмылке.
— Хорошо, потому что я все равно не ушел бы.
У меня есть все намерения остаться.
Я Макс.
Его улыбка стала шире, и было видно, что он дразнит меня.
В этот момент мне ужасно захотелось быть больше похожей на Брук.
Захотелось быть более уверенной, когда дело касается парней.
Он протянул руку,
и когда я не взяла, убрал и потер ею подбородок. Ничего особенного, но в то же время я не могла заметить, что двигался он практически слишком грациозно.
Наступила тишина — меняли музыку.
Я понимала, что должна назвать свое имя, но вместо этого притворилась, что заинтересовалась танцовщицами на помостах над нами.
По правде, все, что меня действительно интересовало, был он, поэтому при любой возможности я украдкой посматривала на него.
Его одежда была сшита из материала, прекраснее которого я еще не видела — даже лучше шелка, который подарил мне Арон — бессознательно мои пальцы потянулись вверх, чтобы погладить богатую ткань его куртки.
Хоть разочек.
Я вовремя спохватилась, отдергивая назад руку и вздернув повыше подбородок, благодарная себе за то, что остановилась прежде, чем успела коснуться его и тем самым, выставив себя на посмешище.
И как раз в этот момент, увидела, что он улыбается мне, и мое сердце замерло.
Я обернулась, чтобы взглянуть на него.
Черты его лица смягчились, и от этого оно вдруг стало выглядеть по- мальчишечьи юным.
И красивым.
Даже слишком красивым.
И, так же, как к ткани на его куртке, мне захотелось прикоснуться к нему.
.
.
Пробежать пальцами по коротким темным волосам, по гладковыбритому подбородку, по чуть пухлой нижней губе.
Меня передернуло.
О чём я вообще думала? Может я была слишком похожа на Бруклинн!
— Я…Я передумала.