Корабль беглецов
Шрифт:
К изумлению Двенадцатого Юби никак не отреагировал. Он просто посмотрел на Марию со странным выражением на лице.
— И да, и нет, — поправилась девушка. — Поведение людей в фильмах может быть очень разным. Здесь демонстрируется весь диапазон возможного поведения людей, а не рассматривается один конкретный случай в качестве примера для коррекции.
Юби взглянул на Двенадцатого.
— Мария права, — подтвердил он.
Двенадцатый застыл в изумлении. Командор не только позволил спорить с собой, но и изменил свое мнение под действием аргументов слуги. Слабость охватила Двенадцатого.
Двенадцатый сходил в туалет и, не дожидаясь сигнала, устроился в кресле перед коммуникационной панелью. Мысли его путались.
Воздух в помещении был ужасно сухой и плотный. Желтый свет притуплял его зрение. Маленькое белое существо с четырьмя лапами появилось в дверном проеме и поплыло через всю рубку. Оно ничего не сказало, коснулось противоположной стены и поспешно удалилось. Мысль Двенадцатого билась в тщетных поисках Возлюбленной. Он включил второй канал звукозаписывающего устройства.
— Да. Нет.
«Отвратительно. Ужасно. Кощунственно».
«Да/нет, — прыгало у него в голове. — Нет/да».
Они все сумасшедшие. Они заражают друг друга ложью и спорят с высшими по рангу без страха быть дезинтегрированными. Он здесь в ловушке. Паника опять охватила его.
Зазвучал сигнал, предупреждающий о перегрузке. Мария спросила, готов ли он.
«Да/нет», — подумал он и внутренними пальцами набрал на клавиатуре утвердительный ответ.
Рубка повернулась. Корабль начал набирать скорость, сначала медленно, а затем со все возрастающим ускорением. Сила тяжести сжимала плоть Двенадцатого, камнем давила на сердца. Стало трудно дышать, мысли путались. Он зажмурился, приготовившись к страданию и смерти.
Страх его, казалось, ушел навсегда.
Затем все закончилось. Грохот утих, и Двенадцатый повис на удерживающих его в кресле ремнях. Его сердца стучали так сильно, словно хотели наверстать упущенное время.
«Возлюбленная!»
«Да, — подумал он. — Нет».
Мягкие волосы Марии нежно касались лица Юби. Он потерся о них щекой. Мария еще теснее прижалась к нему, поцеловала в шею и обвила ногами его бедра.
Юби висел в воздухе, ухватившись верхней парой рук за поручни, установленные под потолком его каюты. Перед набором скорости центрифуга была выключена, и он удерживал свое тело на месте лишь кончиками пальцев. Нижней парой рук он удерживал бедра Марии, позволяя ее телу свободно двигаться в такт дыханию.
Мария целовала его, ощущая соленый вкус кожи на губах. Он висел неподвижно, а она гладила кончиками пальцев его тело, касалась сосками его груди, медленно поворачивала голову, проводя волосами по его лицу и шее.
Юби отпустил поручни, и они, медленно вращаясь, поплыли в воздухе. Оказавшись в его кровати, они привязались друг к другу эластичными ремнями. Четыре руки Юби путались в ремнях, его мускулы напряглись в поисках опоры…
Мария медленно возвращалась к действительности.
— Интересно, что бы об этом подумал наш пассажир? — произнесла Мария.
Юби немного помедлил с ответом.
— Наверное, он подумал бы, что мы соединяемся друг с другом, как он с Возлюбленной.
— Именно этим мы и занимались.
— У нас получается лучше, — усмехнулся Юби.
— Возможно. По крайней мере, это не покажется ему смешным.
— Вряд ли он понимает, что такое «смешно».
Она опять откинула волосы со лба.
— Ты не заплетешь мне волосы? Они мешают в невесомости.
— Давай.
Мария повернулась к нему спиной. Он уселся на нее верхом, крепко сжав ее тело своими мощными бедрами, и всеми четырьмя руками ловко и аккуратно принялся заплетать косу. Когда он закончил, Мария опять довольно потянулась, упираясь в держащие ее ремни.
— Я не хочу возвращаться, — сказал Юби. Его тон заставил Марию внимательно посмотреть на брата через плечо.
— А я с удовольствием. Мне хочется еще раз пройтись по Фринжу, — она улыбнулась. — Повидаться с друзьями, сыграть в «Черную дыру». Это будет забавно, когда ставки не имеют значения.
— Фринж умирает, — сказал Юби. — И мы не можем это остановить, как бы хорошо не пошли у нас дела.
Он отвел взгляд.
— Я не хочу смотреть на это.
Мария нахмурилась. Что-то изменилось в нем.
— В чем дело? Что случилось?
Он пожал плечами.
— Я подумал о том, что сейчас мы победители. Мы единственные обладаем сведениями о другой цивилизации, у нас трюмы заполнены бесценным грузом, мы свободны… и если дела пойдут хорошо, мы сможем лишь сохранить то, что имеем. Если нет, то все потеряем.
Мы потеряем друг друга. Вот что он имел в виду. Она повернулась и посмотрела ему в лицо.
— Но ведь мы ничего не можем сделать, правда? Не можем же мы вечно прятаться здесь.
— Нет.
— У нас есть план. Твой план. Построенные на заказ корабли, станции…
— Да, — он слегка усмехнулся. — Масса планов. Теперь удача улыбнулась нам. Мне не приходилось испытывать этого раньше, и сейчас хочется, чтобы все это быстрее закончилось.
Она вздохнула.
— Не понимаю, что тебе нужно, Юби.
— Только то, что у меня сейчас есть. И ничего больше.
Мария обняла его за шею и заглянула в глаза.
— Все меняется.
— Да, — его глаза вдруг приняли холодное выражение — голубые стеклянные кристаллы. Он приподнялся и стал отстегивать ремни.
Сердце Марии учащенно забилось.
— Ты куда?
— Пора готовиться к полету, — его голос звучал резко. Он сердился, и Мария не могла сказать, почему. — Кроме того, нужно объяснить Двенадцатому, как пользоваться лифтом центрифуги. Иначе он сломает себе что-нибудь.