Красуля
Шрифт:
Купцов «доказывал». Красуля с интересом вчитывалась в абсолютно секретные протоколы совещаний в уголовке, заранее знала о засадах и проверках. Но каждый раз «доказательств» не хватало и дверь в спальню оставалась закрытой.
И вот вдовцу, наконец, предоставлена реальная возможность открыть ее. Может быть — последняя.
Несколько раз подполковник снимал трубку телефона и снова, будто обжегшись, бросал ее. За время службы в милиции у него появилось множество друзей и знакомых.
Позвонить, например, в ГАИ: так и так, окажи услугу, друг, убери завтра утром часика на
Или — заместителю начальника Дмитровского горотдела. С аналогичной просьбой… Или — в Министерство… Нет, в Министерство не стоит, слишком для него высокий порог, недолго споткнуться о каверзные вопросы.
К двум часам ночи Купцов понял — никому звонить не станет. Ибо не с"умеет отыскать правдоподобных ответов. А это может завершиться провалом. Самые верные друзья услышавв необычную просьбу, неминуемо насторожатся. А от настороженности до выдачи «друга» — один единственный шажок. Нередко, не шажок даже — едва заметное шевеление.
Остается шаткая надежда: авось, таинственная операция, затеянная Красулей, завершится благополучно и тогда он припишет себе, якобы, оказанную любимой женшине помощь. А уж разрисовать упомянутую мифическую «помощь» подполковник сможет, набил руку при составлении всяческих рапортов и донесений. Не зря ведь благодарное начальство присвоило недавнему майору очередное звание досрочно.
Но как он узнает об успешности красулиной акции? Дожидаться ее телефонного звонка — глупо и ненадежно. Сотова — эмоциональна и непредсказуема, может и не позвонить. Хотя бы из-за женской обиды.
Значит, единственный выход — поехать под Дмитров самому. И причина имеется — посмотреть, как идут дела в Дмитровской уголовке, почему так много нераскрытых преступлений? Может быть, тамошние сотрудники, вместо борьбы с преступностью, жрут водку и щупают баб.
Отлично! Повод для официальной поездки найден. Остается правдоподобно подать его руководству.
В восемь утра подполковник доложился начальству, продемонстрировал служебное рвение. Начальство согласилось с его доводами, разрешило поездку в Дмитров.
Он не знал о том, что вот уже больше месяца находился «под колпаком». Слежка проводилась так скрытно и талантливо, что самый опытный криминалист, а Сергей Тимофеевич считал себя именно таким сыщиком, даже помыслить о ней не мог. Все это время под разнообразными благовидными предлогами подполковника «освобождали» от участия в служебных совещаниях, а их протоколы, которые он по долгу службы внимательно читал, ничего общего с действительными протоколами не имели.
Все были довольны. Купцов терпеть не мог совещаний-заседаний, Красуля бегло просматривала бумаги в день их составления, начальство не испытывало тревоги за судьбу разработанных оперативных мероприятий.
Купцов не знал, даже не догадывался о том, что в ту ночь, когда он маялся, не зная, как поступить: выполнить просьбу-приказ Красули или потерять надежду попасть в ее спальню, в кабинете начальника управление состоялось
Речь шла не о ликвидации очередной банды и не о поимке перевозчиков наркоты — стоял вопрос о задержании подполковника Купцова, видного работника уголовного розыска. Это вам не гаишник, получивший в зубы взятку от нарушившего Правила автолюбителя и не сержант, который за солидное вознаграждение охраняет безопасность «работающих» проституток, — человек посвященный в самые сокровенные тайны сыска.
— «Мальчик» сообщил: завтра утром под Дмитровом состоится разборка. Противодействующие «силы» — группировка Красули и банда Жетона. Купцову отведена роль прикрытия.
— Не пора ли взять Серегу за известное место? — пробормотал начальник управления, обозленный тем, что именно в его учреждении завелся мерзкий «клоп». — Страшно даже представить себе, как нам навредил мой помощничек, скольких людей подставил. Возможно, гибель Яркова и Безверхова тоже на его совести… Я за то, чтобы немедля повязать и посадить в камеру…
— Простите, но лично я — против, — не отрывая взгляда от ползущей по столу мухи, возразил заместитель, ведающий внутренней безопасностью. — Об"ясню причину. Красуля — умная баба, она сразу поймет — утечка информации и примется перебирать по одному своих шестерок. Самых приближенных и самых доверенных. Может добраться и до «Мальчика». Не резон ради нескольких недель подставлять своих агентов.
— Я тоже так считаю, — поддержал еще один из участников секретного совещания. — После того, как мы по наводке «Мальчика» вычислили предателя, он стал абсолютно безопасен. Мало того, с помощью Сереги мы подсовываем криминальным структурам выгодную для нас информацию… Пример? Ради Бога. Разве Купцов не «помог» нам в ликвидации группы фальщивомонетчиков? Разве не он «вывел» нас на грабителей, похитивших ценные коллекции Смирнова?… Честно говоря, если бы предатель отсутствовал — его нужно было придумать.
— К тому же, что у нас имеется против Купцова? Сообщения агента? Но это еще не факты, а пролог к ним. К тому же, не станем же мы выводить «Мальчика» из игры?
— Кажется, я остался в одиночестве, — начальник обвел взглядом участников совещания. Помолчал. — Ну, что ж, будь по вашему. Потерпим еще недельку… А как нам поступить утром? Загрести сразу и Красулю и Жетона — слишком заманчиво, чтобы отказаться…
Неодобрительное молчание сыщиков продемонстрировало, что и на этот раз начальник остался в одиночестве.
— Обстановка покажет, — туманно проговорил первый зам. — Очень уж не хочется выводить из игры Мальчика.
— Почему выводить? Он «спасется» и переберется к тому же Ахмету…
Глава 7
До позднего вечера Федоров отсыпался. Неутомимая Красуля выкачала из него все силы. Еще не открыв глаза, Михаил потянулся к телефонной трубке — позвонить домой, успокоить жену, но во время отпрянул. Что он может сказать Оленьке? Наворочать очередные глыбы вранья? Она с первых слов поймет и сделает выводы. Если уже не сделала.