Кто ищет…
Шрифт:
— Если хотите, найдем другое место, — произнес Виктор, теребя ручку портфеля.
Аня догадалась, что ему неловко.
— Много народу? — понимающе спросила она.
— Нет, просто, я не знаю: в какие кафе нынче водят девушек. А здесь все так пестро и просто…
— Мне все равно. Главное, пересидеть где-нибудь часок-другой. Но если вам неудобно, то давайте уйдем…
— Не стоит, я все равно лучше не найду, — Виктор виновато улыбнулся и двинулся вглубь помещения — к свободному столику.
Через несколько минут к ним подошла официантка в черной прямой юбке по колено и белой
— Девушка, нам пока два кофе и мороженое.
Официантка кивнула и поспешила к другому столику, где клиенты просили счет.
— Будете что-нибудь еще? — обратился Виктор к Ане.
— Нет. Кофе вполне достаточно.
— А как же мороженое?
— А оно тоже для меня? — удивилась она.
— Ну… да! Детям — мороженое, — он улыбнулся.
— В таком случае я бы предпочла быть женщиной, — пошутила Аня, но по недоуменному взгляду Виктора поняла, что получилось у нее не очень.
Она повернулась к окну, за которым терзавший весь день небо сумрак разразился наконец-то дождем. Мелкие капли ползли по стеклу сначала медленно, а потом забарабанили быстрее, выводя меланхоличную мелодию. Несмотря на погоду и отсутствие зонта, Аня сияла от счастья. «Хорошо бы, полил подольше, — мелькнула мысль. — Тогда нам придется все это время сидеть здесь… Вдвоем… Если, конечно, у него не найдется в портфеле зонта. Но тогда Вите придется провожать меня домой…»
— О чем думаете? — голос Виктора вернул Аню к реальности.
— А что?
— Интересно, почему вы так загадочно улыбаетесь.
— Думаю о дожде… Мне нравится такая погода, она дает возможность остановится и подумать, заглянуть в себя и найти ответы на многое. А вам что нравится?
— Я больше солнце люблю. И тепло.
Между ними снова повисла неловкая пауза. Как порядочные люди они обсудили погоду и дальше разговор не клеился. Досада копошилась в Анином сердце. Сквозь залитое дождем стекло она всматривалась в размытые фигуры прохожих, словно ждала, что один из них разрушит ее скованность и стеснение. Виктор тоже молчал, посматривая то на бармена, то на часы. Похоже, торопился домой, а тут Аня со своими проблемами… И с чего она, в самом деле, решила, что он смотрел на нее? Может, вовсе не так? И взгляд его нежных глаз устремлялся в бесконечное пространство, а не на одну из отстающих студенток? К горлу подступил ком отчаяния — теперь, когда любимый мужчина оказался так близко, что и мечтать нельзя, она не может сказать ни слова! Более того, вообще сомневается, что их надо произносить…
Через минуту вернулась официантка с заказом и аккуратно поставила все на стол. Аня уцепилась взглядом за ее монотонное лицо — усталые красные глаза, словно приклеенная «для клиентов» улыбка, слегка нахмуренные брови. Сколько она уже на ногах? И все равно не сдается — приходит на работу, надевает пресную униформу и скользит между столиками, выполняя чужие поручения. А Аня еще не попробовав толком, опускает руки… Выходит, не так уж ей нужен Виктор, как кажется, как чувствуется, как бьется тревожно и томно сердце от одного его сквозного взгляда…
— Что-нибудь
— Пока нет. Если что — мы вас позовем, — дружелюбно ответил Виктор. — Спасибо.
Не дожидаясь последнего слова, она развернулась и направилась к двери с надписью «служебное помещение». Аня проводила ее взглядом, а потом повернулась к Виктору. Видимо, он этого не ожидал — она застала его с тем же выражением, что и в аудитории. Витя любовался ею! Но это был всего лишь миг. Застанный врасплох, он тут же отвернулся к окну, мешая в кофе несуществующий сахар.
Аню как обожгло — ни одно прикосновение не сравнилось бы с этим взглядом! Ответная нежность, желание, яростная страсть, разожженные единой искрой, смешались и искали выхода.
— А я вам нравлюсь?! — выпалила Аня, покрываясь холодным потом от собственной наглости.
Время застыло. Аня перестала чувствовать сердце, словно оно растворилось в бесконечности ожидания. И, кажется, забыла дышать — пауза затягивалась. Виктор так и смотрел в окно, будто не слышал ее слов.
— Я не знаю, как корректнее вам ответить, — сухо произнес он, наконец. — Кроме того, что вы студентка, вы еще и слишком молодая для меня девушка. Даже если бы я позволил себе нарушить этические нормы, вы меня все равно не заинтересовали бы…
Его слова отдавали канцелярским нафталином, они кусками льда впивались в Анину душу. Как можно говорить такое, даже если ты ничего не испытываешь? Может, эта наивная девочка помечтает пару ночей и забудет — зачем так резко обрубать концы? И тут Ане показалось, что она нашла причину — он и правда к ней неравнодушен!
— Неправда! Я ведь знаю, как вы на меня смотрите! — на повышенных тонах проговорила она. Слова застревали в горле, слезы просились на глаза, но Аня не давала себе волю. Если Виктор Андреевич и впрямь черствый лживый сухарь — стоит ли тратить на него рыдания? — И почему вы не смотрите мне в глаза?!
Несколько молодых людей — в основном девушек, уставились на них. Наверное ждали, чем дело кончится. Виктор тяжело вздохнул, сцепил руки и повернулся к Ане, заглянул в ее глаза лазурными грустинками.
— Анна, давайте не будем об этом. У каждого есть свои тайны, и иногда не стоит их ворошить…
— Это не тот случай! — резко оборвала она.
— Успокойтесь. Не надо нервничать. Вам это не к лицу…
— Витя, — Аня потеряла голову, слова которые так долго хранились на языке, неожиданно сорвались с него помимо ее воли. — Я тебя люблю, — зашептала она, хватая его за руку. Голова кружилась, его кожа казалась бархатной, мягкой, от которой не было сил оторваться. — Как только тебя увидела — люблю! Ну что же ты молчишь?!
— Вострикова, очнитесь, — настойчиво произнес он, отодвигая руку. Но Ане показалось, что получилось у него это не без усилия. И не потому, что она крепко держала, а потому, что он сам этого не хотел.
— Зачем ты меня мучаешь?
Виктор наклонился к Ане и прошептал на ухо:
— Остановитесь… Пока не поздно… Прошу!
Каждое слово обдавало теплом, его губы так близко дразнили.
— Почему? — беспомощно ответила она так же тихо.
— Анна, вы действительно хотите знать причину?