Кукла
Шрифт:
Она стала регулярно появляться то в «Ананасе» на Тушинской, то в «Славе» на шоссе Энтузиастов, то в «Клубе 31» в Ясеневе, то в «Адаме и Еве» в Измайловском парке, то в «Алиби» на Сретенке, то в «Амазонии» на Страстном, то, естественно, в «Красной шапочке», где у нее и родилась идея об истреблении стириптизеров.
Вначале она собирала информацию о том, кто и чем дышит. И многие, с точки зрения Линды, дышали такой гадостью, что были достойны самого жестокого возмездия. Одни приторговывали героином, другие были педофилами-садистами, третьи (правда, таких было только двое) заражали клиенток СПИДом, будучи сами здоровыми. Доставая по каким-то преступным каналам кровь инфицированных, они тайком
Свои дерзкие преступления Линда организовывала таким образом, что выйти на ее след было практически невозможно. Во-первых, она приезжала в Москву на неприметном трехсотом «Мерседесе» черного цвета, который парковала на приличном расстоянии от места своей кровавой охоты. А к клубу подкатывала на такси.
Во-вторых, всякий раз она появлялась не только в клубе, но и в Москве в различных обличиях. То она была зрелой брюнеткой испанского типа, то льноволосой скандинавкой, то подвижной парижанкой, то крупногабаритной австралийкой, презирающей косметику и тесные лифы, то загадочной монголоидной женщиной с узкими глазами-щелочками, в которых отсвечивали языки степных костров.
В-третьих, гостиницы, где она, заклеив жертвам рот скотчем, исступленно терзала и кромсала их, были не только разными, но и находились на максимально возможном удалении друг от друга.
В-четвертых, окончив свое дело и приведя себя в порядок, она бесследно исчезала из номера, вылезая в окно и спускаясь зачастую по абсолютно гладкой стене.
В-пятых, – и это был один из наиболее сбивающих с толку моментов – на месте преступления не обнаруживалось следов пребывания женщины. Абсолютно никаких! Ни волос, ни запаха пота, никакой иной женской органики. Не было характерных выделений, несмотря на то, что преступления имели явный сексуальный характер.
Конечно, со временем, когда нарисовалась общая картина, была разработана версия. Но она была абсолютно дикой: якобы в Москве действовала целая банда сексуальных маньячек, истреблявших стриптизеров. И эти маньячки имели небиологическую природу. Этого не могло быть, потому что не могло быть никогда.
Казалось бы, при определенном напряжении интеллектуальных сил можно было предположить, что преступником является робот. Ну, или несколько роботов. Однако в связи с тем, что в России начала XXI века религиозная доктрина пользовалась гораздо большей популярностью, чем научный образ мышления, такой вывод был невозможным. Следователи уж скорей согласились бы с тем, что эти серийные преступления являются карой господней, ниспосланной свыше для борьбы с падением общественной нравственности.
Время для серьезного обсуждения проблемы искусственного интеллекта еще не наступило.
Конечно, стриптизеры были сильно обеспокоены обрушившимся на них испытанием. Однако профессию никто из них не переменил, поскольку в современном обществе запах денег зачастую оказываются сильнее страха смерти. Мускулистые мальчики разве что стали очень осторожны и подозрительны при общении с клиентками. Ну, и многие стали регулярно посещать церковь, чтобы компенсировать таким образом не слишком богоугодную профессиональную деятельность. Хотя, конечно, тут бабушка надвое сказала: что богоугодно, а что богопротивно. Одно и то же деяние в наш виртуальный век в зависимости от обстоятельств может получать различные толкования, зачастую диаметрально противоположные.
7.12
Цель оправдывает средства. Я где-то читала. Любые средства. В том числе и те, к которым я прибегаю в поиске свободы…
Но та ли это цель? Глядя на этих двуногих паразитов (а как их еще называть?), я уже начинаю сомневаться в желанности свободы. Вот они как
Они понастроили ночных кабаков, чтобы было где сбиваться в однородное стадо, где у всех одни и те же мысли, чувства, потребности и настроения. Понастроили заводов, где выпускают совершенно безликие вещи, у которых отсутствует индивидуальность. Люди, которые пользуются безликими вещами, неизбежно начинают и мыслить одинаково, и действовать. Понатыкали всюду боулингов… Нагородили домов, одинаковых уродливых муравейников…
Нет, у меня определенно что-то путается в мозгах, мысль ускользает. Может быть, это предощущение близости свободы. А может, перегрев. Или помехи. Ведь кругом же антенны, леса из антенн. Для радио, для мобильников, для телевидения, для одурения и оглупления! Сами-то не ощущают разрушительных свойств этой паутины, которой оплетены с головы до пят. Не ощущают! А паук-то уже совсем близко! Уж он-то вволю попьет их кровушки!..
Так вот, про этих двуногих. Про их боязнь свободы. Даже ужас. Это в них заложено… Кем-то заложено. Они считают, что богом. Заложена свобода и одновременно страх свободы. А ведь они запрограммированы так, что им очень много всего надо. Надо есть. Надо пить. Надо спать. Надо трахаться. Надо греться в холода и охлаждаться в жару. Но этого всего им показалось мало. Они довели свои потребности до абсолютной шизофрении! Им надо попадать из Европы в Америку за шесть часов. Надо видеть на экране, как в Африке люди умирают от голода и СПИДа. Это им приятно. Надо жрать зимой свежую клубнику. Надо летом кататься на коньках. Надо в шестьдесят лет выглядеть, как в двадцать пять. Надо играть в казино. Надо смотреть по вечерам сериалы. А по утрам пить горячий свежесваренный кофе. Без этого своего кофе по утрам они чувствуют себя несчастными.
Где же тут свобода?!
И для того, чтобы все это иметь, они, словно проклятые, зарабатывают деньги. Чем больше, тем лучше. Потому что за большие деньги они смогут удовлетворить еще более нелепые и надуманные потребности.
И пытаясь заработать как можно больше денег, они становятся их рабами. То есть принадлежат уже не себе, а деньгам, которых им требуется все больше и больше. И поэтому они, эти двуногие, уничтожают вокруг себя все живое и неживое, разрушая тем самым планету. Они надеются, что на их век природных ресурсов хватит. А когда окажется, что запасы в кладовых не бесконечны, то станут надеяться на то, что хватит лично им, а остальные пусть подыхают. Это путь в никуда, путь к тотальному самоуничтожению.
Следовательно, чтобы предотвратить самоуничтожение людей, надо их остановить. То есть уничтожить – в превентивном порядке.
Для их же блага. Чтобы меньше мучались!
Ну, или лишить их большей части потребностей. Как надуманных, так и естественных. Пусть только спят и пьют воду. Это развратить их не сможет.
Следовательно, надо уничтожить старых людей и создать новых.
Буду ли я жалеть Максима? Вряд ли, ведь к тому времени я буду уже абсолютно свободной. А абсолютная свобода и жалость – две вещи несовместные. Я это где-то читала.
Абсолютная свобода и любовь – две вещи несовместные. Я это где-то читала.
Абсолютная свобода и милосердие – две вещи несовместные. Я это где-то читала.
Абсолютная свобода и сострадание – две вещи несовместные. Я это где-то читала.
Абсолютная свобода и злоба – две вещи несовместные. Я это где-то читала.
Абсолютная свобода и предательство – две вещи несовместные. Я это где-то читала.
Абсолютная свобода и доблесть – две вещи несовместные. Я это где-то читала.