Кутузов

Шишов Алексей Васильевич

По данному представлению высочайшим указом императрицы Екатерины II от 26 ноября 1775 года подполковник Голенищев-Кутузов был «пожалован кавалером “военного ордена Святого великомученика и победоносца Георгия в четвертом классе”».

Ко времени получения звания георгиевского кавалера он состоял уже в штате Тульского пехотного полка. В январе 1775 года одинаковые по структуре Московский и Санкт-Петербургский легионы были расформированы, из входивших в их состав пехотных батальонов с командами егерей образовали новые армейские полки: Ревельский, Полоцкий, Тульский и Днепропетровский пехотные. Тульский же пехотный полк был сформирован из двух батальонов Московского

легиона.

После полученного тяжелого ранения М.И. Голенищев-Кутузов около года находился на излечении, после чего подал по команде прошение о предоставлении ему годичного отпуска для завершения лечения. Екатерина II удовлетворила просьбу боевого офицера, разрешив ему годичный отпуск «без вычета жалования». Несколько позднее самодержавная государыня «соизволила указать выдать из кабинета тысячу червонных господину подполковнику Михайле Кутузову, едущему для лечения к водам».

Императрица Екатерина II имела несколько бесед с М.И. Голенищевым-Кутузовым, связанных с его прошением об отпуске, представлением к награждению и во время самой процедуры вручения ордена Святого Георгия. После чего искушенная в людях Екатерина II заявила: «Надобно беречь Кутузова. Он у меня будет великим генералом».

Получив монаршие разрешение убыть на лечение, М.И. Голенищев-Кутузов отправился в Берлин. Прекрасное знание немецкого языка сослужило ему хорошую службу. Помимо принятия медицинских процедур, он старался получше приглядеться к прусским военным порядкам, которые не раз в истории России пытались насадить в ее армии.

Затем последовало посещение Вены, где русский офицер не раз встречался и подолгу беседовал с престарелым фельдмаршалом Лаудоном, хорошо познавшим военное искусство полководца при короле Пруссии Фридрихе II Великом и отстаивавшим как военный теоретик кордонную стратегию.

Во время лечения за границей Кутузов кроме Пруссии и Австрии побывал также в Англии, Голландии и Италии. И всюду он интересовался современным состоянием военного дела: организацией европейских армий, их вооружением, уровнем военной науки, системой подготовки офицерских кадров, печатными трудами по кругу своих интересов.

Из-за границы в Санкт-Петербург М.И. Голенищев-Кутузов возвратился в начале 1777 года. Решение Военной коллегии от 3 апреля определило его ближайшее будущее: пятерых штаб-офицеров, в том числе и подполковника Тульского пехотного полка Михаила Голенищева-Кутузова, направляли к генерал-аншефу Г.А. Потемкину для их дальнейшего определения в службе по его личному усмотрению. В Новороссийской губернии в то время шло формирование новых гусарских и пикинерских полков, для которых требовались командные кадры.

Такое решение было объявлено Голенищеву-Кутузову 28 апреля. Исключив его из списков Тульского пехотного полка, Военная коллегия предписывала немедленно отправиться к Потемкину, в то время командующему всей легкой конницей и всеми иррегулярными войсками. Генерал-аншеф определил прибывшего к нему офицера, «излечившего рану на теплых водах», на свободную вакансию в Луганский пикинерский полк, сформированный как воинская часть в 1764 году.

Спустя ровно два месяца, 28 июня, высочайшим указом Екатерины II подполковник Михайла Голенищев-Кутузов производится в полковники. Ему было тогда 30 лет. А10 июля того же года он назначается командиром Луганского пикинерского полка.

Полковник Голенищев-Кутузов, вне всяких сомнений, с большой радостью принял командование полком. Пикинеры представляли собой вид легкой кавалерии, вооруженные саблей, пикой (отсюда их название) и карабином. Такие легкоконные полки были созданы в русской

армии по инициативе самого Григория Потемкина, будущего всесильного светлейшего князя, генерал-фельдмаршала Потемкина-Таврического.

Наряду с казачьей конницей они как нельзя лучше были приспособлены к действиям в южных степях, по своей организации и боевому применению приближались к другому виду легкой конницы — гусарским полкам, которые в то время комплектовались из поселенцев на степном Юге России, создаваясь из бывших слободских и украинских казачьих полков. Пикинерский полк состоял из 10 эскадронов. Обер- и штаб-офицеры проходили тщательный отбор. Зачисление в такой полк делало офицера на ранг выше по сравнению с пехотным в той же должности.

Луганский пикинерский полк стоял в Новороссийской губернии (Малороссии), охватывавшей тогда Северное Причерноморье. Это была огромная, преимущественно степная территория, которую еще предстояло освоить в хозяйственном отношении, заселить, построить города и порты, проложить дороги, сделать полноправной частью державы.

По указу императрицы Екатерины II с 1764 года в Новороссийскую губернию вошли земли на запад от Днепра до реки Синюхи и границ с Польшей, на юге они граничили со степью — владениями Крымского ханства, где в крепостях стояли турецкие гарнизоны. Северное Причерноморье и Крым России еще предстояло завоевать.

Главными городами Новороссии являлись Новомиргород и крепость Святой Елизаветы. Земли на востоке от Днепра вдоль украинской укрепленной пограничной линии до станиц донского казачества, отделенных рекой Северский Донец, образовали Екатерининскую провинцию с главным городом Бахмутом и крепостью Белевской. Провинция подчинялась в административном отношении Новоросийской губернии.

В 1773 году по предложению Г.А. Потемкина, царского наместника в Астраханской, Новороссийской и Азовской губерниях и командующего над всеми войсками, поселенными в этих губерниях, состоялась новая административная реорганизация, утвержденная государыней. Новороссийская губерния разделилась: ее Бахмутский уезд с новоприобретенными землями образовали Азовскую губернию. К Новороссийской же губернии присоединилась Запорожская Сечь.

С января 1776 года Г.А. Потемкин осуществляет хозяйственное попечение в Новороссийской и Азовской губерниях. Екатерина II поручает своему фавориту «бережение» южной государственной границы — укрепление Днепровской линии на случай ожидавшейся войны с Блистательной Портой.

Выполняя столь ответственную задачу, Потемкин входит в непосредственное сотрудничество с П.А. Румянцевым, командовавшим войсками на Юге страны. Они направили в помощь нерешительному командующему Крымским корпусом генерал-поручику князю A.A. Прозоровскому деятельного помощника на случай возможных осложнений в Крыму. Выбор пал на генерал-майора A.B. Суворова.

После «первой екатерининской войны» с Оттоманской империей обстановка на южных российских границах и в Крыму стала быстро обостряться. Несмотря на подписание Кючук-Кайнарджийского мирного договора, согласно которому ханство, объединявшее Крым и земли на Тамани, в Прикубанье и Северной Таврии, было объявлено независимым от Стамбула, там постепенно вызревал очаг нового военного конфликта России с Турцией. «Крымская заноза» вновь давала о себе знать.

Основной причиной стала смена политического руководства в Крыму. Вместо хана Давлет-Гирея, стремившегося любыми способами восстановить протекторат Турции над ханством, его правителем при поддержке русских войск был избран Шагин-Гирей. Он ориентировался на Россию, но сторонников среди подданных имел немного.