Лев в долине

Питерс Элизабет

II

Первым делом мы отправились в полицейское управление, что на площади Баб-эль-Халк. Майор Ремси, неисправимый грубиян, заставил нас прождать целых десять минут. Ожидание затянулось бы еще, если бы не Эмерсон: со свойственной ему решительностью он оттолкнул секретаря и распахнул дверь кабинета. Последовал обмен колкостями. Я не вмешивалась, полагая, что у Эмерсона есть все основания бушевать. Но, сотрясая кабинет криком, он сумел между делом усадить меня в кресло, а потом и сам

уселся. Ремси был вынужден смириться со вторжением.

Эмерсон не стал терять время на пустые любезности.

– Вам, майор, несомненно знакомо дело о кражах древностей, с которыми мы с миссис Эмерсон столкнулись в прошлом году.

– Это дело как раз сейчас передо мной, – ответил Ремси кисло, указывая на тонкую папку. – Если бы не ваше появление, я бы как следует его изучил и...

– Тысяча чертей! Сколько времени вам требуется на десяток страничек? Другой на вашем месте давно бы вызубрил их наизусть.

Я сочла необходимым слегка притушить страсти:

– Лучше не будем тратить время на взаимные обвинения. Мы пришли к вам, майор, чтобы узнать побольше о Гении Преступлений.

– О ком, о ком? – переспросил Ремси.

– Это одна из его кличек. Он известен также как Сети.

Во взгляде Ремси не прибавилось осмысленности. Я предприняла еще одну попытку:

– Главарь шайки грабителей, специализирующейся на древностях. Если вы знакомились с делом, то знаете, что ему удалось от нас скрыться.

– Знаю, как же! – От неторопливости, с какой Ремси переворачивал страницы, можно было спятить. – Так все и было. Поздравления от мсье де Моргана, главы Ведомства древностей, от сэра Баринга...

– Полиция наверняка пыталась установить личность этого незаурядного злоумышленника и выяснить, где он скрывается. Есть ли успехи?

Ремси закрыл папку и сложил руки на груди.

– Миссис Эмерсон, администрация и полиция благодарят вас за помощь в изобличении шайки воришек. Но разговоры о крупных преступниках с международными связями лишены всяких оснований.

Я украдкой пнула Эмерсона, чтобы предотвратить скандал.

– На базарах о Сети знают все! Люди шепчутся о том, как страшна его месть изменникам.

Ремси попытался спрятать улыбку:

– Мы не обращаем внимания на болтовню местных жителей, миссис Эмерсон. Они слишком суеверны и невежественны. Если бы мы серьезно относились к каждому слуху, то ни на что другое времени попросту не осталось бы.

Эмерсон забулькал, как закипающий чайник.

– Прошу вас, не делайте таких опрометчивых заявлений, майор! – взмолилась я. – Если вы будете продолжать в том же духе, я не ручаюсь за вашу безопасность. Давайте говорить конкретно. За неделю, проведенную в Египте, мы уже несколько раз подвергались нападениям этого человека, существование которого вы отрицаете. У нас пытались похитить сына, а нынче утром пули, выпущенные из засады, чудом не задели меня,

зато ранили До... в общем, одного из наших помощников.

Тупица Ремси не заметил моего секундного замешательства, но смысл сообщения согнал с его самодовольной физиономии улыбку.

– Вы заявили об этих преступлениях в полицию, миссис Эмерсон?

– Вообще-то нет. Видите ли...

– Почему?

Эмерсон вскочил.

– Потому что полиция – сборище набитых болванов! – проревел он. – Идем отсюда, Амелия.

Эти выскочки знают еще меньше, чем мы. Лучше поторопимся, не то я разобью этот стол в щепки, а с его хозяином поступлю так, что сам потом буду горько сожалеть.

Мы вылетели на свежий воздух, а Эмерсон продолжал клокотать, как чайник, под которым оставили слабый огонь.

– Неудивительно, что никто пальцем не шелохнет, чтобы прекратить разграбление древних сокровищ! Если за это отвечает такой остолоп...

– Успокойся, Эмерсон. Майор не имеет никакого отношения к древностям. Ты же сам говорил, что не надеешься узнать от него что-то полезное.

– Верно. – Эмерсон утер потный лоб.

– Напрасно ты так разбушевался. Я как раз собиралась спросить, как продвигается расследование убийства Каленищеффа...

– Этот Ремси, проклятый идиот... Давай вернемся и...

– Лучше не надо, Эмерсон...

Но он уже бросился назад. Пришлось мчаться вдогонку. Поравнялась я с супругом лишь перед кабинетом майора.

– Это ты, Пибоди? – вопросил мой муж радостно, словно мы не виделись несколько месяцев и он уже не чаял встретить меня. – Я быстро. У нас масса дел!

При очередном вторжении секретарь тут же юркнул в соседнюю дверь, и Эмерсон беспрепятственно проследовал в кабинет майора. Тот резво вскочил и занял оборонительную позицию – спиной к стене.

– Сядьте, – великодушно позволил Эмерсон. – Передо мной ни к чему стоять по стойке смирно, хотя я к вам ненадолго. В каком состоянии расследование убийства мерзавца Каленищеффа?

– Что?.. – пролепетал Ремси.

– Медленно соображает, – объяснил мне ситуацию Эмерсон. – С такими, как он, приходится быть терпеливым. – Он повысил голос на несколько октав и заговорил нарочито медленно, словно обращался к глухому: – В ка-ком со-стоя-нии...

– Я вас понял, профессор, – простонал Ремси.

– Тогда выкладывайте! Не могу же я терять с вами весь день. Молодая леди по-прежнему под подозрением?

Видимо, Ремси пришел к выводу, что перед ним опасный безумец, с которым надо обращаться осторожно, дабы он не впал в буйство.

– Нет. – Вымученная улыбка. – Я никогда не считал ее виновной. – Еще одна страдальческая улыбка. – Женщина ее происхождения и воспитания не в состоянии совершить подобное преступление. – В очередной улыбке сквозило самодовольство.

– Моей жене вы говорили другое, – напомнил Эмерсон.