Лицедеи

Андерсон Джессика

Склоненные головы не шелохнулись. Лица, обращенные к священнику, оставались бесстрастными, только по лицу Стивена видно было, что он слушает с интересом, а на лицах Греты и Розамонды было написано вежливое ожидание: «В самом деле? Продолжайте, пожалуйста». Сильвия чувствовала, как панцирь благопристойности все надежнее сковывает ее бурлящую горячую враждебность, она слегка наклонила голову. В самом деле? Продолжайте, пожалуйста.

— Так как я не знал покойного при жизни, мне пришлось навести о нем справки. Он родился на северо-западе этого штата, но с шестнадцати лет погрузился в разнообразную деловую

жизнь здесь, в Сиднее. Он оставил вдову… — Молли приподняла голову, но тут же снова опустила, — и двух взрослых детей. Он преуспел в делах, а значит, проявил трудолюбие. Он жертвовал деньги на дела милосердия, и какими бы мотивами он ни руководствовался, это его украшает. И вот сегодня мы собрались здесь, чтобы почтить память трудолюбивого милосердного человека и…

— И помолиться за его душу, — громко крикнул Сидди.

Молодой священник покраснел и еще крепче ухватился за лацкан пиджака.

— И помолиться за его душу, — произнес он медленнее и глуше, обращаясь только к Сидди. Потом сказал всем остальным:

— Друзья мои, прочтем молитву господню. Отче наш, иже еси на небесех…

— Отче наш, иже еси на небесех, — повторили все или сделали вид, что повторили, потому что некоторые просто что-то пробормотали или пошевелили губами.

— …да святится имя твое.

— Да святится имя твое… — услышали все приятный поставленный голос Стивена и резкий — Сидди. Молодой священник выдержал паузу после «Аминь», повернулся к гробу и уже своими словами поручил душу Джека Корнока заботам Всевышнего. Несколько человек подняли было голову, но, увидав, что гроб медленно заскользил к занавесу, снова опустили. Откуда-то послышалась тихая музыка. Занавес раздвинулся. Старик, стоявший рядом с Сильвией, шепнул своему соседу: — Без прикосновения рук человеческих.

Музыка стала громче, гроб исчез, занавес медленно сомкнулся.

Сильвия шла к двери в окружении мужчин и прислушивалась к их негромким замечаниям.

— Хотел бы ты, Ральф, заполучить такого священника на свои похороны?

— Он еще зелен. Обучится.

— Деньги-то ему платят, верно? По-моему, он это нарочно, а ты как думаешь?

— Что-то есть в его словах.

Дождь усилился. Теперь мужчин занимала только одна мысль, как бы быстрее добраться до машин, они выставляли вперед зонтики, нажимали кнопки на ручках, и над их головами, словно по волшебству, вырастали одинаковые черные купола. Сильвия услышала за спиной голос Молли и отошла в сторону, чтобы избежать встречи с матерью. Из дверей вышел Тед, он неуклюже пробежал по лужайке, лавируя между людьми, и поднялся по лестнице. Молли, похлопывая рукой по шляпе, открывала шествие семей:

— Мой зонтик в машине.

За ней шел Кейт Бертеншоу: — Если вы, миссис Фиддис, не сочтете за труд подождать, я скажу несколько слов миссис Корнок и провожу вас до машины.

— Лучше я провожу, — вмешался Гай. И тут же ловко выхватил зонтик у Кейта Бертеншоу. — Одна нога здесь, другая там.

Кейт Бертеншоу не успел опомниться, как Гай уже открыл зонт и, обеспечив тяжело дышавшей Молли надежную защиту, увлек ее под дождь.

Грета вышла, ни на кого не глядя, занятая своими мыслями. Она достала из сумочки складной зонтик, не торопясь открыла его и посмотрела на Сильвию. Поколебавшись минуту, Сильвия рассталась с дверным проемом

и подошла к Грете. Появился озабоченный Гарри, он торопливо поцеловал Грету и Сильвию, помахал остальным и побежал под дождем. Гермиона и Стивен вышли вместе, прячась под сломанным зонтом, к Кейту Бертеншоу подошел Стюарт. Кто-то изнутри закрыл дверь, двое высоких худощавых мужчин равнодушно переговаривались и смотрели на уходивших людей. Сидди галантно предложил Розамонде укрыться под его зонтом, Сильвия шла с Гретой под ее зонтиком. Метью бежал впереди без зонта.

— Я, пожалуй, рискну, — сказал Стюарт.

— Что вы, не стоит мокнуть, — попытался отговорить его Кейт Бертеншоу. — Подождите, пойдем вместе. Гай не задержится. Он пошел провожать вашу мать.

Метью догнал Стивена и Гермиону под кирпичной аркой недалеко от вывески «Контора». Вслед за ним появились Сидди и Розамонда.

— Рози, — сказала Гермиона, — маме, наверное, не понравился этот священник.

— Мне показалось, что он очень мил, — рассеянно ответила Розамонда.

— Слушателям некуда было деться, и он прекрасно этим воспользовался, — улыбнулся Стивен.

— Если бы кто-нибудь подбросил меня в город, — сказал Метью.

— Побудь дома хоть одну ночь, — взмолилась Розамонда.

— Дома?

— У меня дома, — сказала Грета, подойдя к ним вместе с Сильвией.

— Ну, пожалуйста, — просила сына Розамонда.

— Ладно. Но только одну ночь.

— Мама, этот священник…

— Что ты хочешь сказать об этом священнике, Гермиона?

— Он прочел нам настоящую нотацию.

— Бедный молодой человек. Ему это, конечно, было нелегко.

— Так как я первый раз на похоронах… — начала Сильвия и отвернулась от всех, пожав плечами.

— Метью страшно боялся встречи с Тедом, — тихонько сказала Розамонда сестре, — но Тед бросил ему на ходу: «Привет!» — и помчался к машине, где сидит его прелестное дитя.

Гермиона не успела ответить, потому что дождь вдруг полил как из ведра, и Стивен предложил всем поторопиться. Подойдя к стоянке, они увидели, что из ворот выезжает большой черный лимузин. Стюарт, перескакивая через лужи, подбежал к машине Стивена, когда Стивен и Гермиона уже пристегивали ремни.

— Вы не видели мою мать?

— Видели, — сказала Гермиона, продолжая возиться с ремнем.

— Я хочу сказать, сейчас. Черная машина уехала при вас?

— Уехала, мы видели.

— Где же тогда Гай, черт возьми? Он взял зонтик у Кейта Бертеншоу.

— Гай нам не попадался, — сказал Стивен, — но, может быть, тут есть другая дорога…

— Стивен, — оборвала его Гермиона, — нам пора к детям.

Стюарт бросился к машине Греты, но она уже выехала за ворота.

Выруливая со стоянки, Стивен спросил: — Будем ждать Гая? Совершенно не понимаю, что нам делать.

— Не понимаю, чего ты не понимаешь. Гай и не собирался возвращать этот зонтик. Поехали.

— Наверняка не собирался, — фыркнул Стивен. — Мне все-таки удалось избежать встречи с Тедом.

— Да, дорогой. А он заметил твои старания? Поехали.

Стюарт сел за руль своей машины, снял мокрый пиджак и набросил на спинку соседнего сиденья. Причесываясь, он смотрел в зеркальце дальнего вида, хмурился и тихо, со злостью бормотал: — Пропади все пропадом, пропади все пропадом, пропади все пропадом…