Лия
Шрифт:
— Ты прочла их? — говорит он.
Мне потребовалось несколько минут, чтобы собраться с мужеством и слабо сказать:
— Нет.
Он удивленно моргает и произносит:
— Ну, если ты не прочла их тогда, сейчас тоже не стоит.
Он отворачивается в ночь, и я выдыхаю.
— Я игнорировала тебя от злости, — пытаюсь объяснить. — Я просто... я хотела прочитать их, когда была бы в лучшем месте.
— Но ты все еще этого не сделала.
— Нет.
— Значит, ты не в лучшем
Казалось, день, когда я буду в лучшем месте, все больше и больше становился недоступным. Боль никуда не исчезала, я просто нашла способы отвлечь себя, чтобы чувства были не такими сильными.
— Я в другом месте, — в конце концов говорю я. Он хмурится, и, хотя это кажется смутным ответом, думаю, он понимает, что я имею в виду; нужно было разбираться с картой, когда она была на руках.
— Ты была с кем-то с тех пор, как я ушел? — внезапно спрашивает он, даже не моргнув в мою сторону.
Я колеблюсь, и он поворачивается ко мне, тщательно изучив мою реакцию. Его лицо выглядит лишенным эмоций.
— Правильно, — бормочет он, делая еще один глоток. — Конечно была.
— Картер…
— Ты сейчас в отношениях?
Мое сердце захлопывается у меня в груди, и на долю секунды я думаю о том, чтобы сказать правду. Но тогда я могу выглядеть уязвимой.
— Да, — я лгу. Мне нужно доказать, что все в порядке. По какой-то причине мне хотелось, чтобы он думал, что я двигаюсь дальше, особенно после того, как увидела его девушку. Я хотела, чтобы это было ясно — даже для меня — что я никогда больше не буду жертвой своих желаний.
Он замер, как будто это совсем не то, что он ожидал услышать.
— Как его зовут? — спрашивает он.
Я беру минутку, прежде чем ответить, и думаю о последних неудачных отношениях.
— Коул.
Его лицо корчится.
— Как вы познакомились?
— Школа.
Еще один странный взгляд.
— Он изучал бухгалтерский учет, как и ты?
— Инженер.
— Инженер, — он издает низкий свисток. — Прекрасно, Лия. Как долго ты с ним?
Придерживаясь своей лжи, я сказала:
— Пять месяцев.
Картер внезапно отодвигается от балкона и подходит ближе ко мне, с сомнением во взгляде.
— Он хорош?
Я с трудом сглатываю, осторожно смотря на его близость.
— Да.
— Смешной?
Я делаю паузу.
— Бывает.
— Он заставляет тебя чувствовать?
— Как?
— Знаешь как.
Мои губы дрожат.
— Да, — неуверенно шепчу.
Ложь, все ложь.
— Все это звучит неубедительно, — саркастически говорит он.
— Картер…
— Как насчет того, как он тебя чувствует, — он делает еще один шаг ближе, — физически.
Я делаю шаг назад в удивлении, мое тело пылает, и теперь
— Он... лучше? — Его голос низкий, серьезный.
Я не отвечаю.
— Давай же, — настаивает он, пока его лицо в нескольких дюймах от моего. — Я хочу знать, Лия. Я должен знать, что о тебе заботятся. Он тебе помогает? Прикасается к тебе в нужных местах? Делает это достаточно грубо? Он заставляет тебя дрожать прямо перед тем, как войти, заставить тебя кричать прямо перед тем, как шлепнуть?
Я хочу ответить, но мой рот раскрывается на полпути. Святое ебаное дерьмо. Хотя, если говорить откровенно, Картер всегда был таким.
Он ухмыляется, как будто доволен моим молчанием.
— Да, я подумал, что он не может так, как я. Никто не знает твое тело, как я.
Я щурюсь.
— Все еще дерзкий.
— Всегда.
— Хорошо, пока не убегай со своим эго. Я не говорю об этой части своей жизни.
— Почему?
— Это личное.
— Личное? — усмехнулся он. — Херня.
— Почему это херня?
— Потому что я знаю, если бы ситуация была другой, ты бы задала мне тот же вопрос и захотела бы узнать ответ. Но теперь я бы сказал, что это довольно очевидно, а?
Мои брови сужаются.
— Почему мы говорим об этом?
— Потому что часть тебя хочет знать.
— Что именно?
— Двигаюсь ли я дальше.
Я резко вздыхаю. Он прав, конечно.
— Не оскорбляй мой разум, Картер.
— И как я это делаю?
— И так ясно, что для тебя это так.
— Правда?
Я устало смотрю на него. Его всегда так трудно читать; закрытая книга, о которой нельзя судить по обложке.
— Что ты нашел в ней? — вдруг думаю я, ссылаясь к Молли. — Она тупая, и я не имею в виду грубость или что-то еще. Она великолепна, я понимаю. Но она выглядит действительно глупой.
Он усмехается.
— Да, Лия, это так.
— И тебе все равно?
— Девочки, как она, забавны.
— Забавны?
— Ничего серьезного.
Я хмурюсь, просто подумав об этом.
— Еще ни одного свершения, хах?
Казалось, это сразу омрачило его настроение, что справедливо. Я просто разгромила его замечанием, но он также интересовался моей сексуальной жизнью.
Он бросает на меня горький взгляд, его ноздри расширились, когда он отвечает:
— По крайней мере, они не трахаются со мной, так же...