Лорем

Лифанова Ксения

— Да, я могу.

— Хорошо. Тогда иди, нам еще нужно поговорить с Эзобериеном, — Лесовик собирался возразить, но Ян жестом остановил его.

— Ладно, — Клин встал, — Вот еще что. Передайте, пожалуйста, привет Аштанар и Зэбору.

Эзобериен икнул.

— От кого?

— От доброжелателя, — Он помахал рукой на прощанье и ушел в ночь до того, как Ян решил, что на это ответить.

— Это я, — Сказал Эзобериен, — Это меня в племени зовут Зэбор. Чего-то фелл не договаривает.

— Погоди, может

он специально не сказал, чтобы мы захотели найти его.

— Может быть. Ян, твоя рука, возьми вот это, — Эзобериен достал деревянную баночку, внутри была какая-то мазь, — Костяшки совсем разбиты, так быстрее заживет.

— Спасибо. — Ян посмотрел на кисть правой руки. Странно, а ведь совсем не болело. Взял баночку и принялся аккуратно втирать мазь. Чтобы было удобнее, он снял кольцо и положил рядом с собой. — Ты молодец. Что бы дальше не было, я горжусь тем, что знаю тебя и что мы в одной лодке.

— Я тоже. Можно потрогать?

Ян удивился вопросу и поднял глаза. Эзобериен указывал на кольцо.

— Почему нет, бери.

Следопыт повертел кольцо в руках, дотронулся до бусин.

— Почувствовал что-нибудь?

— Нет, ничего. Ян, я хотел спросить твоего совета про Ассеев.

Яну потребовалось вспомнить, что так лесные маги называли цыган.

— Они призвали меня, чтобы я рассказал, что произошло и как им поступить с беженцами. Но я никогда не вел переговоры. Ассеи, они совсем не такие, как мое племя. Мы обычно избегаем их, но сейчас они могут помочь беженцам, провести их в безопасное место. Сокол прилетит только утром. А я не знаю, что сказать им.

Ян потом уже и вспомнить не мог, что он насоветовал. Они говорили недолго, после чего он наконец лег спать, прямо в повозке.

Он сам не заметил, как провалился в сон.

Ему снились кошмары. Инквизиторы схватили Аштанар. Он слышал, как она кричит, как зовет его. Он сказался в темном тоннеле, и стал пробивать себе путь. Скала становилась все плотнее, или это он стесал кулаки, тогда он начал копать, раздирать твердь, прокладывая себе проход. Темнота давила на него, он был совсем один. А затем стены начали сжиматься вокруг него.

С криком он проснулся. Утер пот.

За окном светало, и спать уже не хотелось.

На крыльце он встретил Глэна и пересказал, что понял из разговора с Клином. Узнал, что девушки уже не спят, и что Эзобериен ушел говорить с цыганами. Попросил Глэна постараться разузнать, правда ли, что штурм начался лишь после того, как начала подниматься крепость. Зашел внутрь проведать девушек.

Аштанар снова плакала, Магуи сидела рядом с ней и гладила ее по голове. Они подняли глаза на вошедшего.

— Ян! Ты в порядке? Мы так рады тебе! — воскликнула Магуи.

Аштанар тоже было открыла рот, но промолчала.

— Да. Простите, что задержался. Как вы тут?

— Ну,

переживаем.

— Вот что. Собирайтесь, отведу вас на реку.

— Но Ян, это может быть… — запричитал Глэн.

— Никто их со мной не тронет. Пойдем, встретим восход.

За дверью был мир.

Он медленно просыпался, умытый росой и озаренный мягким светом. Девушки вышли в прохладу утра, они улыбались и щурились, плотнее запахивали куртки.

Мы пошли через поле в направлении реки.

В воздухе стоял терпкий запах мокрой травы.

Небо горело розовым и лиловым. Медленно поднималось солнце.

Разговоры умолкли сами собой.

Мы вышли к реке и смотрели, как встает солнце.

Магуи стала мастерить кораблик. Аштанар не отводила взгляд от восхода, и ее удивительные радужные глаза сияли.

Мир еще дышал. Вчера все мы пережили что-то ужасное, но наступил следующий день.

Под ногами плескалась вода. Мы с Глэном могли найти в ней утешение, девушки — нет. Но восход солнца был понятен каждому.

— Спасибо, Ян, — Аштанар смотрела мне в глаза, — Знаешь, там, в городе, я вдруг… Я вдруг перестала слышать их, — Магуи ахнула, — Подумала, это потому, что не соблюдала традиции. Я честно пыталась молчать и стоять на ковре, Ян, но потом пришлось бежать, и снова стало не до этого, и… И эти люди… Они правда были готовы отдать меня инквизиторам, понимаешь?

Аштанар дрожала, и он обнял ее. Девушка уткнулась ему в плечо и он долго говорил что-то утешительное, все, что в голову приходило. Демоны с ними, со сказками. Что ей, бедняжке, пришлось пережить вчера…

А потом Аштанар мягко отстранилась.

— Ян, сейчас они снова со мной. Ты снова меня спас, — Она улыбалась, и от этой улыбки теплело на душе, — Мне уже почти не больно, правда. И знаете, я слышу новую сказку. Думаю, нужно созвать беженцев и всем рассказать.

Магуи всплеснула руками и побежала в деревню. Глэн взял Аштанар под руку, и они пошли вперед. Она обычно сперва рассказывала новую сказку толмачам, а уже затем публике. Ян пошел следом, но приметил неподалеку знакомый силуэт.

Что ж, случай как раз подходящий.

— Доброе утро, Клин. Чего не присоединился к нам?

— Не хотел портить момент, — Неизменная улыбка горела на его лице, — И тебе доброе утро. Оно наступило, как я и ожидал.

— Хорошо. Что ты хочешь знать?

— Что про магов правда, а что нет. Кто такие феллы, зачем ты искал гадалку и каковы ваши планы.

— Этого так сразу и не расскажешь. Что-то из того, что вы знаете, правда, а что-то совсем нет. Все эти сюжеты, которые ваши родители рассказывают детям — про ангелов и демонов, про русалок, лесовиков, оборотней и про все остальное — они довольно тесно переплетены с реальностью. Ты веришь в Девятерых?