Магма
Шрифт:
Однако как быть с сплавившимися лучиками?
Лучики можно будет восстановить по фотографии «солнца» из каталога Мигранова. Каталог он возьмет завтра у Юли, девушки, которая сейчас занимает кабинет Миши. А вот восстановить лучики... тут нужен какой-то реставратор. Найти такого человека можно – Женя знал кое-кого из Эрмитажа. Этому знакомому Кузнецов сдавал старинные предметы, которые для него были неинтересны.
Ему повезло, знакомый оказался дома, а не где-нибудь на даче за городом. Назвать фамилию реставратора он не смог и перенаправил Кузнецова
Ладно, он займется этим завтра. Может быть, придется съездить в Эрмитаж. Кузнецов положил трубку на рычаг, и почти тут же раздался телефонный звонок. Поднимая трубку, Женя подумал, что это гостиничные девушки пытаются найти работу на ночь. Но он ошибся. Звонил Бисбрук.
– Вы следите, что ли, за мной? – спросил Кузнецов.
– Я вам не раскрою свои секреты. Вы готовы обменять Иттлу и «солнце» на доктора Граббс?
– "Солнце" – да, – ответил Кузнецов. – А вот Иттлу я не могу найти.
– Даю вам срок до завтрашнего вечера. Позвоню в это же время. А иначе...
– Что – иначе?
– Вспомните вашего друга Мигранова.
– Сволочь!!! – закричал Кузнецов в трубку, из которой уже доносились короткие гудки.
– Сволочь, – повторил Кузнецов, вешая трубку на рычаг. До завтрашнего вечера нужно найти ключ от сейфа.
Он достал из посылки еще один сверток. Даже сквозь оберточную бумагу Женя чувствовал тепло, исходящее от отрубленной руки Мдрага. Он снял бумагу. Рука полностью почернела и теперь ничем не отличалась от камня. Женя задумался.
8.05 по московскому времени, 14 июля, Санкт-Петербургский государственный университет
– Девушка, вы опаздываете на работу!
– Ой! – испугалась Юля. – Это вы?
– Кандидат физико-математических наук Кузнецов, – выпалил Евгений. Юля засмеялась.
– Вы ко мне? – спросила она.
– Да. Может, откроете дверь?
– Конечно. – Она два раза повернула в замке ключ, и они вошли в бывший миграновский кабинет. Пока Юля включала свет, Женя успел занять единственное в комнате кресло на колесиках. Девушка пристроилась на стул, не сводя с Кузнецова глаз.
– Мне нужен каталог 1955 года Королевского музея истории города Брюсселя, – начал с ходу Кузнецов.
– Кажется, я его где-то видела, – немного подумав, ответила девушка. Она повернулась к двум огромным стопкам книг, стоявшим в углу. – Наверное, здесь. Все полки были сломаны, поэтому я собрала книги в стопки... Чаю хотите?
– Я предпочел бы кофе.
– На кофе у меня денег не хватает, – извиняясь, ответила Юля.
– Ну раз нет... – развел руками Кузнецов. – Тогда давайте чай.
Из пластиковой бутылки Юля наполнила водой электрический чайник и включила его. После этого из маленького кармашка на груди она достала...
(Глаза Кузнецова округлились, ему не хватало воздуха)... МАЛЕНЬКИЙ ЖЕЛТЫЙ КЛЮЧИК. Она отодвинула книжную полку, за которой
– Стойте, – прохрипел Кузнецов. Девушка удивленно повернулась к нему. Женя поднялся с кресла и на негнущихся ногах подошел к ней. – Откуда у вас этот ключ?
– От Михаила остался, – быстро ответила она. – Все знают, что это ключ от его сейфа. Вот мне милиционеры его и отдали.
«Вот так в безопасности! – подумал Кузнецов. – Оказывается, о сейфе все в университете знают. И я хорош. Вместо того чтобы спросить напрямую, где ключ, начинаю что-то выдумывать и врать. В результате пропал целый день».
Женя усмехнулся, словно ненормальный, отстранил девушку от сейфа и, повернув ключ в скважине, открыл дверцу. Первое, что он увидел, – три чашки с лежащими в них ложками, раскрытую пачку чая «Дилмах». Больше ничего. Он пошарил рукой на обеих полках. Ничего! Неожиданно вспыхнувшую радость как рукой сняло. Иттлы в сейфе не было.
– А где вещи Мигранова?
– Ничего не было, – ответила Юля. Женя повернулся к девушке.
– Вы уверены?! – с угрозой в голосе спросил он.
– Да, – испуганно ответила она.
– То есть, когда появилась милиция, сейф был пуст?
– Ну да!
Это было потрясением. Женя не помнил, как забрал ксерокопию «солнца» и, даже не попробовав чая «Дилмах», покинул бывший кабинет Мигранова. Теперь найти след Иттлы представлялось невозможным.
– Женя, – окликнули его. Он обернулся. Позади Кузнецова в нерешительной позе стояла седоволосая полноватая женщина с наивным детским взглядом. Это лицо он знал, но вот как звали женщину – вспомнить не мог.
– Не зайдете ко мне? – спросила она.
– Нет, спасибо. Я спешу.
– У меня есть кофе. Хороший кофе. Она сделала ударение на слове «хороший».
– Ладно, – ответил Кузнецов и нырнул в полутемную крохотную комнатку.
Заваленный бумагами стол, заваленный пыльными папками стул на гнутых ножках. Старая лампа с облупившимся плафоном отбрасывала неровный свет.
– У меня тут бардак, – заметила она, начиная убирать папки со стула. – Садитесь, кофе почти готов. Мой племянник говорит, что я очень неряшливая, но это не так. Когда человек неряшлив, он не может разобраться в своих бумагах, но я то могу! А меня все время загружают работой! Только разберешься в одних документах, как тут же сваливают другие. А я ведь уже не молода, мне не двадцать лет...
– Светлана... – подбирая имя, начал Кузнецов.
– Ирина, – поправила женщина.
– Петровна, – без надежды угадать, произнес Кузнецов.
– Георгиевна.
– Ирина Георгиевна! Давайте без кофе. Что вы от меня хотите? Я очень спешу.
Действительно, нужно было связаться с человеком из Эрмитажа, телефон которого дал знакомый Кузнецова. После этого необходимо найти реставратора. Отдать ему фотографию «солнца» и оплавленный диск. Сколько он провозится, восстанавливая диск, неизвестно. Да еще нужно где-то искать Иттлу.