Мальчик
Шрифт:
Мощный мужчина с бычьей шеей - князь Тавр д'Агри из долины Агер, главный политический противник короля. Их род вечно соперничал с королевским. На гербе д'Агри красуется бык. Сами князья говорят, что это символ силы и мощи, а их противники - что первые д'Агри были пастухами.
Потомки героев: князь Геминус Дейнер с близнецами на знамени, князь Вирго де Виртутис с прекрасной девой в белом, князь Аквариус Вейл с кувшином, из которого льётся живая вода, и княгиня Сагитта Арчер с лучником, единственная женщина-правительница в двенадцати
Рядом с ними сидят лысый Кансер де Марис, князь приморья, и красавец Скорпион д'Аренэ, князь южных степей. На гербе де Марис - краб, на гербе д'Аренэ - скорпион.
Ну и, наконец, под изящным гербом с двумя чёрными рыбами в серебристой реке сидели князь и княгиня д'Акве, его дед с бабкой. А рядом с ними - мама.
Во время всего пира Фенрис, не отрываясь, смотрел на неё. Ему отчаянно хотелось, чтобы она сидела ближе. Но, увы, их разделяла широкая столешница, поэтому Фенрису ничего не оставалось, кроме как обмениваться с матерью быстрыми взглядами. У неё красивые глаза - ярко-зелёные, совсем как у него.
Периодически кто-то из князей поднимал кубок за здоровье именинника. Один раз со своего места привстал, пошатываясь, сам король. Он вздёрнул руку, чуть не расплескав вино из кубка, и громко провозгласил:
– Будь храбрым воином, мальчик, и не опозорь нас! Ты ведь знаешь, что ты королевский родственник?
Конечно, Фенрис знал! Отец ему все уши об этом прожужжал. Предыдущий король, подаривший прадеду княжество, подарил ему ещё в жёны одну из своих кузин.
И всё-таки слышать такое пожелание было приятно.
Король потрепал мальчика за волосы, потом тряхнул собственной белокурой гривой и тяжело опустился обратно в кресло. Громко икнув, он приложился к кубку.
В зале становилось жарко и душно. От поднимавшихся вверх винных паров запотевали стёкла. Заметив, что все гости напились и никто не обращает на него внимания, Фенрис тихонько выбрался на улицу.
Ворота в замок были гостеприимно распахнуты, и он увидел на опущенном подъёмном мосту мальчика в нарядном зелёном камзоле. Кажется, это был кто-то из детей сьердов или даже князей. Он стоял у самого края, чуть покачиваясь, и задумчиво разглядывал тёмную воду, будто искал там ответ на мучительный вопрос: блевать или не блевать?
– Эй, - окликнул его Фенрис, подходя ближе. Мальчик оглянулся.
– И тебе привет. Я тут немного перебрал, - он смущённо улыбнулся.
– Отец говорит, нельзя так много пить, но, чёрт побери, в этом замке такая здоровская пирушка... Кстати, где-то я тебя видел... Ой, ты же именинник!
– паренёк испуганно вытаращил глаза.
– Поздравляю!
Он попытался пожать Фенрису руку, но вместо этого покачнулся и обхватил его за плечи, чтобы не упасть. Фенрис засмеялся.
– Ты из д'Агри?
– спросил он, заметив крохотного бычка, вышитого на плече мальчика.
– Я Ламиан д'Агри, - мальчик важно надул щёки.
–
– Конечно, знаешь, - снова засмеялся Фенрис.
– Моё имя произносят в каждом тосте.
– Да, в твою честь даже устраивают турнир. Это здорово. Всё потому, что тебе исполняется четырнадцать. Повезло! А мне ещё ждать целых полгода...
– Но зато ты высокий, - тактично ответил Фенрис.
Это правда, мальчик хоть и младше его на полгода, но уже выше на полголовы. По нему сразу видно, что он из д'Агри: белокурый, голубоглазый, плечистый. А ещё мальчик был очень стройным, не то что его отец, князь Тавр.
Фенрис гостеприимно предложил Ламиану посидеть на лавочке под крепостной стеной. Молодой д'Агри согласился, и Фенрис помог ему добраться до места. Ламиана пошатывало, так что без посторонней помощи он мог бы запросто свалиться в ров.
– Ты будешь участвовать в турнире?
– спросил Ламиан, когда Фенрис усадил его на лавку.
– Нет, я по возрасту не прохожу, - княжич вздохнул.
– Но поскольку это мой День рождения, я буду открывать турнир. Король разрешил мне скрестить копья с принцем Лео.
– Здорово!
– выдохнул Ламиан. Фенрис скромно улыбнулся. Всё-таки хорошо иметь в родственниках самого короля, пусть и в отдалённых.
Тут он увидел две маленькие фигурки, приближающиеся к ним. По тому как блестела при свете луны голова одной и как темнела голова другой, Фенрис догадался, что это его сёстры. Рин держала Рену за руку.
– Про нас все забыли!
– пожаловалась Рена, когда сёстры подошли ближе.
– Ой, какой мальчик!
– Я действительно пьян, или я вижу фею?
– засмеялся Ламиан.
– Кто ты, прекрасный гномик?
– Это мои сёстры, Рена и Рин. А это Ламиан д'Агри, - представил их друг другу Фенрис. Ламиан галантно поцеловал руки обеим.
– Я бы встал и поклонился, но я боюсь упасть, - он подмигнул Рене. Та залилась звонким смехом.
– Там стало так шумно и накурено. Отец занят гостями, ему не до нас. А Рене уже пора спать, - объяснила Рин брату.
– Я не хочу спать! Я хочу ещё поговорить с мальчиком!
– возмутилась Рена. Рин положила ладонь на её лохматую каштановую голову.
– Завтра поговоришь с мальчиком. За ночь он никуда не исчезнет.
– Но...
– Я сейчас не в том состоянии, чтобы разговаривать с дамой, - ласково сказал Ламиан, пожимая ладошку Рены.
– Давай, вместе пойдём спать, а утром поговорим?
Рин обвела парня с ног до головы острым оценивающим взглядом. Фенрис хорошо знал этот взгляд, сестра всегда встречала им незнакомцев. Иногда, глядя на сестру, ему становилось страшно. Пять лет назад он таскал её на плечах, а она радостно хохотала и обзывала его лошадкой. Теперь же от неё целыми днями не дождёшься смеха. Холодные серебристые глаза, так плохо сочетающиеся с невинным детским личиком, вгоняли его в дрожь.