Метро до Африки
Шрифт:
– За коробку? – потряс головой Александр Михайлович. – А сколько в ней рулонов?
– Цена указана за одну единицу, – пояснила баба и вновь сцапала детектив Устиновой.
– Больше трех тысяч за рулон? – обомлел полковник. – А нам надо… нам надо… Пошли отсюда!
– До свидания, – ожила продавщица. – Только можете больше по рынку не шастать, мой павильон самый дешевый, потому что я работаю с поставщиками напрямую.
– Мы уже всех обошли, – напомнила Маня, – она права. В соседней точке за такие же четыре штуки
– Они сошли с ума! – завопил полковник. – Все! Никаких обоев! Я сам стены разрисую!
– Значит, вам красочка нужна? – оживилась любительница детективов. – Опять же у меня дешевле. Вон баночки стоят…
– И сколько? – звонким голосом поинтересовалась Таисия.
– Дешевенькая? – с презрением уточнила торгашка. – С двухсот рублев начинается.
– Замечательно! – потер руки Андрей. – В конце концов, куски бумаги на стене – это прошлый день, лучше использовать краску. Любезная, покажите те, что по две сотни…
Баба лениво встала со стула, потянулась, засеменила в самый дальний угол будки, вытащила с полки крохотный флакончик, чуть больше пузырька с лаком для ногтей, и протянула художнику.
– Во! Держите! Швейцарское качество по лучшей цене.
У Корундова отвисла челюсть, а Машка ядовито спросила:
– Вы краску по каплям продаете? Как лекарство для глаз?
Глава 19
Продавщица не успела подыскать достойный ответ.
– Ната! – заорали с улицы. – Товар прими!
– Ни сна, ни отдыха, – горестно вздохнула тетка и ушла.
– Цены здесь, однако, ломовые, – отметила Машка. – И где люди деньги берут? Новая квартира в жуткие бабки обходится, а еще ремонт.
– Воруют! – рявнула Дина. – Сволочи!
– Наверное, кредит берут, – предположила интеллигентная Таисия, – или по приятелям в долг собирают.
– Какого… ты пакеты вперемешку свалил! – завизжали на улице.
– Идите сюда! – приказал Дегтярев. – Давайте обсудим покраску стен.
Машка, Ира, Дина, Тася и Андрей обступили полковника, я же незаметно выскользнула наружу – очень хотелось курить.
– Вот урод… – шипела торговка, подбирая с земли упаковки с какими-то пластиковыми кружочками.
– Я не виноват, – оправдывался парень, стоящий у грязных «Жигулей», до отказа забитых товаром, – хотел побольше напихать. И еще у них сумок прихватил.
Я внимательно оглядела машину, внутри которой было множество фирменных пакетов с надписью «Касторама», и все, как один, туго набиты товаром. Так и не закурив, я вернулась в павильон и поманила полковника.
– Пойди сюда!
– Я занят, – отмахнулся от меня, как от назойливой мухи, Дегтярев.
– Все же отвлекись на пару секунд!
Александр Михайлович недовольно поморщился, но пошел ко мне.
– Что?
– Видишь во дворе «Жигули»?
– Ну?
– Ничего странного не заметил?
– Где? – засуетилась
– Обычный загвазданный автомобиль, – разозлился полковник, – не понимаю, почему ты отвлекаешь меня от выбора краски. Мы решили не заморачиваться с обоями.
– Оцени ситуацию: в магазин привезли новый товар…
– Эко удивление!
– Ассортимент разложен в фирменные сумки…
– Конечно! – фыркнул полковник. – Не навалом же обои сыпать.
– Прочти название на пакете, – потребовала я.
– Хватит! – топнул полковник.
– «Касторама», – озвучила Маня. – Ой, я поняла! Это тот строительный гипермаркет, про который ты говорила. Хозяйка там товар закупает, а здесь продает. Круто!
Александр Михайлович заморгал.
– Знаешь, почему она помощника именно туда посылает? – улыбнулась я. – Там и дешево, и качество хорошее. А мы, дураки, наживаться ей помогаем. Берем у нее втридорога то, что можно самим в «Кастораме» купить.
Дегтярев постоял пару минут и закричал:
– Нечего тут делать! Идиотов переплачивать нет! Поехали, я знаю отличное место! Андрей, бери пакет, вон там валяется! На нем адрес. Ну! Цыгель-цыгель ай люлю! Время поджимает! Шагом марш!
– Семь пятниц на неделе… – возмутилась Дина, но послушалась.
Я повернулась и чуть не упала. Мешок, лежавший под ногами, показался мне знакомым – бело-синий, с надписью «Вечная пломба». В ту же секунду я вспомнила: точь-в-точь такой стоял в квартире у Юли возле буфета. Интересно, зачем ей был нужен строительный материал?
– Едешь за всеми, – приказал мне полковник.
Я украдкой глянула на часы и закивала. Очень довольный Александр Михайлович резво поскакал к парковочной площадке, а я сделала вид, что заинтересовалась пластиковыми стульями. Сейчас Дегтярев и возглавляемая им ремонтная бригада помчатся в «Кастораму», а я поеду к Жуковой.
Дверь в квартиру медсестры вновь оказалась запертой, на звонки никто не отвечал. Я вышла во двор и села на лавочку. Минуты бежали… сложились в час… в доме начали гаснуть окна… В конце концов свет потух во всех квартирах, а на улице воцарилась сонная тишина.
Я встала с лавки и поехала домой. Жукова не придет. Скорей всего, у девицы есть любовник, у которого она осталась ночевать. Ну ничего, завтра рано утром я поймаю медсестру на работе и вытрясу из нее необходимые сведения. Будет запираться – напугаю ее или предложу ей денег.
Человечество делится на «сов» и «жаворонков», во всяком случае, так принято считать. Но мне более правильной кажется другая классификация: на ленивых и работоспособных. Думаю, мало найдется людей, охотно выскакивающих из постели в пять утра. Просто одни способны заставить себя вылезти из-под одеяла, а другие нет. Так называемые «совы» из второй категории, вот они-то и оправдывают свое нежелание работать физиологическими причинами.