Молчи, терпи
Шрифт:
– Так ты замерзла?
В его глазах теплился странный огонечек.
Королева сразу узнала пламя, полыхавшее в ледяных очах. Это страсть, что течет по венам Джека, это агония томления, сладострастная жажда. Даже сейчас, будучи обессиленным жестокой болезнью, он умудряется испытывать желание. Эльза испугалась, встретив знакомый огонек, рука ее медленно переместилась к краю широкой кровати. Королева не хотела показывать волнения, но выдала себя.
Джек
Королева не стала противиться. Может быть, она и сама скучала по нежности, по такому пылкому проявлению любви. Джек опустил руку вниз, коснувшись округлости ее уже спелой груди. Он нечаянно или намеренно задел сосок Эльзы, чуть прикрытый тканью ночнушки, которую девушка успела надеть, пока король ее спал.
– Хочешь? – спросил он, отодвинувшись.
Джек видел, как зрачки Эльзы дрогнули.
Она раздумывала, хочет ли… Мысли менялись в голове, каждая из них шептала королеве свою идею, свое видение. Юноша боялся, что Эльза ответит не то, что он хотел услышать в столь приятный момент. Сможет ли тогда Джек отказаться от своего желания также легко? Сможет ли он забыть о том, чего хотел так страстно?
– Хочу.
Правильный ответ.
Юноша вновь прильнул к ее губам, не давая времени, чтобы одуматься, скинуть пьянящий дурман слабости и поменять решение, пока не поздно. Эльза отвечала на поцелуи робко, только так, как могла себе позволить. В голове больше не было страха, ведь все мысли занимали его теплые пальцы, шарящие по изнеженному телу в поисках самых чувствительных его участков.
Джек вновь начал развязывать тесемки ее наряда, с той же прытью, с тем же рвением. Королева смущенно ждала, пока Джек продолжит. В этой игре она никогда не была настоящим игроком, лишь фигуркой в руках руководящего ею. Фигуркой в руках ненасытного Джека. Наверное, это уже не пройдет. Супруг будет руководить ее жизнью на постоянной основе, с новой силой, все настойчивее…
Но гордость Эльзы не была столь сильной, чтобы не привыкнуть к этому ощущению. Джек оставил ее без белья, вновь нагой перед его жадным взором. Бледная кожа покрывалась мурашками, они бегали по ней, словно хозяева, словно единственные, кто достоин… Джек прильнул к ее груди, впился в бесконечно чувствительный сосок зубами, то лаская его языком, то играя пальцами.
Сам он не спешил раздеваться.
Только целовал ее тело, ее руки, грудь и плечи, то спускаясь вниз, к талии, то поднимаясь к самой шее. Кровь вскипала под кожей, заставляла Эльзу краснеть. Стоны, срывавшиеся с губ королевы, становились все громче и громче, рваные вздохи ласкали слух Джека лучше
Он понимал, что слишком слаб, но не желал останавливаться, подавляя желание. Джек спустился ниже, заставил Эльзу лечь, вжаться в подушки и притихнуть, ожидая чего-то. Он осторожно провел языком по ее плоскому животу, рисуя на нем кривую мокрую линию. Нервы ее тела отвечали юноше со всей пылкостью, на которую только были способны.
Теплые пальцы прошлись по внутренней стороне бедра девушки. Они – хозяева ее хрупкого тела, суть вещей в эту долгую секунду. Королева прижалась к матрасу, закрыла глаза, почувствовав касание там, внизу. Джек осторожно тронул ее нижние губы, нежно поцеловал девушку в трепещущий от неги живот, чуть выше самого заветного кусочка ее хрупкого тела.
– Джек, – чуть вздрогнув, прошептала королева.
– Не волнуйся.
Его тон не был игривым.
Он жестко отрезал слова, кинул их, словно приказ, а не просьбу. Эльза сжала губы, почувствовав его язык меж своих ног. Какое теплое чувство, какое сладкое чувство, горячее, словно солнце, обволакивающее кожу, мышцы… Джек заставлял супругу плавиться в его умелых руках.
Откуда он знает, откуда? Каждое его движение – совершается с грацией дикого кота, с умением мастера. Почему он помнит самые чувствительные точки, почему он так ловок в этом деле? Эльза совершенно об этом не думала, единственное, что ей оставалось – слабо постанывать в такт движениям юноши, извиваться в его руках.
Когда чувства ее обострились, ноги перестали слушаться. Эльза начала выскальзывать из липких рук Джека, и тот схватил ее холодную ладонь, сжал ее сильнее, чем должен был. Юноша не хотел, чтобы королева толкнула его в столь ответственную минуту. Пальцы их переплелись, с губ девушки сорвался тихий всхлип, оборванный на самой высокой, на самой сладкой ноте.
– Джек… – вновь шепнула Эльза, когда супруг отпустил ее.
Искорки вспыхнули в девичьих глазах, легкая дрожь объяла молодое тело. Юноша улыбнулся, радостно прижал Эльзу к себе, чтобы вновь поцеловать ее горячие дрожащие от ожидания губы. Он поднялся над супругой, погладив ее по длинным волосам, надел сандалии, валявшиеся не так далеко от кровати и встал, окончательно избавившись ото сна.
– Ты не…
– Нет, – ответил Джек, так и не дослушав.
Он понимал жену с полуслова. Тем более сейчас, когда все прошло не так… Как проходило раньше. Джек прошелся вперед, к закрытой двери, остановился у нее, чтобы перевести дух. Желание еще держалось за его измученный болезнью разум, но юноша не спешил избавляться от него. Он знал, что тело его слишком слабо для подобных развлечений.
– Что хочешь на завтрак? – спросил юноша, улыбнувшись.