Монгол
Шрифт:
Девчонка открыла глаза, тут же зажмурилась от яркого солнечного света и вскрикнула, когда поняла, что лежит в его объятиях. Попыталась вырваться, но Монгол лишь изогнул губы в усмешке.
— Давай без резких движений. Спокойно, — надавил ей на спину, принуждая лечь обратно. Обратил внимание, как девчонка дёрнулась, словно от удара током. Захотелось отходить её ремнём. Прям по худощавой заднице.
— Отпусти! — прошипела, упираясь руками в его рёбра.
— Уймись, Алина! —
Алина пискнула и испуганно обхватила его шею руками, когда направился к двери.
— Мама… Мамочка! Куда? Пусти! — не знала, что делать — держаться за шею Монгола или прикрывать обнаженную грудь.
— Каждое утро я хожу плавать на озеро. Ты теперь будешь ходить со мной, — поцеловал её в щёку, а Алина зло выдохнула и, скрестив руки на груди, отвернулась. Капризный ребёнок, блядь. — Ничего, привыкнешь. Это полезно для здоровья.
— Трахаться с тобой тоже полезно для здоровья? — враждебно зыркнула и ойкнула, когда слегка тряхнул её.
— Конечно. А ещё, очень приятно. Скоро убедишься в этом.
Фыркнула и оглянулась по сторонам, когда Архан ступил за порог дома.
— Я раздетая!
— Я тоже. Не бойся, здесь никого нет, и в ближайшие пять часов не появится ни один живой человек. А меня стесняться не нужно. Теперь я твой муж. Привыкай.
Посмотрела на него, как на сумасшедшего, разве что пальцем у виска не покрутила. Нет, всё-таки стерва живёт в каждой бабе. Даже в такой невинной.
Остаток пути Алина молчала, лишь иногда испуганно оглядывалась вокруг, а когда Монгол вышел с ней на берег озера, напряглась.
***
— Не бойся, волчонок. Я буду держать тебя. Не отпущу.
Не знаю, к чему он это сказал, но подумала я не о воде. Набрала в лёгкие побольше воздуха, а уже в следующее мгновение ощутила ледяные объятия воды. Сердце трепыхнулось от страха, и я крепче вцепилась в Монгола. Выбора особо не было, пришлось обнять его за шею и обхватить ногами.
Приготовилась выныривать, но Монгол почему-то не торопился. Открыла глаза под водой и потормошила его за плечо, но он ухмыльнулся и потянул меня вниз. Дикий ужас прошёлся по всем конечностям, обездвиживая, словно парализуя, и я, оттолкнувшись от психопата, засучила ногами, пытаясь выплыть самостоятельно. И тут же, как и ожидалось, пошла на дно.
Монгол схватил меня за руку, дёрнул на себя и приблизил своё лицо к моему. Да он же ненормальный! Я тону, а он решил скоротать время до того, как захлебнусь за поцелуями?! Отвернулась, подняв голову наверх, всей душой желая увидеть солнышко, ещё хотя бы разочек… Голова уже кружилась от нехватки воздуха, а я кусала губы, лишь бы не открыть рот.
Монгол больно сжал пальцами моё лицо, прижался
— Тшшш, всё, волчонок. Всё, — прижимался своим лицом к моему, а я думала лишь о том, как хорошо дышать и какая мокрая у него борода. — Я не собирался тебя топить, глупая. Я хотел показать, что ты можешь мне доверять. Смотри на меня, — заглянул в глаза, удерживая за подбородок. — Со мной ты в безопасности.
И я почему-то верила ему. Ну, наверное, потому, что если бы у него было желание убить меня, то он уже сделал бы это. А ещё, я видела в его раскосых карих глазах твёрдость. Он уверен в своих словах. Хотя, кто его знает, чего там эти психи себе думают. Может, в следующее мгновение он снова заставит меня «нырять» и случайно утопит.
— Я хочу на берег… Пожалуйста, — зубы отбивали чечётку, а тело била крупная дрожь.
— Хорошо, — успокаивающе погладил своей ручищей меня по спине, мягко поцеловал в щёку, чем непременно вызвал бы моё изумление… Если бы я хоть что-то соображала в этот момент. — Сейчас пойдём домой.
Выбравшись из озера, поставил меня на песок, но не отпустил.
— Так всё! На меня смотри! — тон стал строже, холоднее. — Прекрати дрожать. Думай о хорошем.
Трудно, знаете ли, думать о хорошем, когда ты в руках насильника-психопата. Отвернувшись от него, позорно заревела, проклиная тот день, когда меня угораздило устроиться на работу в бандитское логово. Нужно было после выпуска из детдома сразу же бежать куда-нибудь. Да и неважно куда, лишь бы подальше от этого полоумного. Но разве могла я заподозрить, что моя жизнь уже давно мне не принадлежит?
Монгол гладил меня по голове, как ребёнка, а я осознавала, что этот человек единственный, кто может поделиться со мной кислородом под водой. И виной этому он же.
— Ну всё, хватит сырость разводить. Пойдём завтракать.
А завтрак ожидал нас на столе. Исходящие паром тарелки, полные всяких деликатесов сразу же привлекли моё внимание. Есть хотелось так, что, будь там просроченная тушенка, я, ни минуты не раздумывая, всё слопала бы. Несколько дней практически впроголодь уже давали о себе знать, ещё немного и начнёт ветром уносить.
Но кто каждый раз привозит еду? Батый? Да, скорее всего он. Появляется здесь по приказу хозяина и тут же испаряется.
На всякий случай запоминала разные мелочи. К примеру, мне казалась полезной информация о времени приезда-отъезда Батыя. Кто знает, возможно, когда-нибудь мне это пригодится. Например, для побега из дома психопата.
— Приятного аппетита, — надев лишь одни домашние штаны, Монгол свалился на стул.
Запахнув на себе теплый, махровый халат, села за стол и, наплевав на все правила приличия (а их в такой ситуации уже быть не должно), принялась за еду.